Annotation


Она сидела, прислонившись к одному из камней и вяло переводила блуждающий взгляд с дерева на дерево, изредка вытирая рукой нос. Где-то в глубине всплывали мутные обрывочные и бессвязные мысли: я наверное здесь умру... сюда нужно дурочкам, которые мир хотят спасти... если здесь есть рабство - из меня рабыню сделают... а где здесь цитрамон купить?... обычно в другой мир уходят когда нет привязки к своему... и вообще, где принцы, эльфы и драконы которые влюбятся в меня, а я их всех спасу.... Неожиданно она замерла... Какая-то мысль задела ее сердце, отчего оно забилось быстрее. Пропали вялость, безразличие. Взгляд стал осмысленным. Она подскочила с места и лихорадочно начала шагать - три шага влево, три шага вправо. Мозг, встряхнувшись, начал выдавать информацию - все прочитанные рассказы про попаданцев вспоминались как по заказу.





* * *



Мари

1 глава

2 глава

3 глава

4 глава

5 глава

6 глава

7 глава

8 глава

9 глава

10 глава

11 глава

12 глава

13 глава

14 глава

15 глава

16 глава

17 глава

18 глава

19 глава

20 глава

21 глава

22 глава

23 глава

24 глава

25 глава

26 глава

27 глава

28 глава

29 глава

30 глава

31 глава

32 глава

33 глава

34 глава

35 глава

36 глава

37 глава

38 глава

39 глава

40 глава

41 глава

42 глава

43 глава

44 глава

45 глава

46 глава

47 глава

48 глава

49 глава

50 глава

51 глава

52 глава

53 глава

54 глава

55 глава

56 глава

57 глава

58 глава

59 глава

60 глава

61 глава

62 глава

63 глава

64 глава

65 глава

66 глава

67 глава

68 глава

69 глава

70 глава

71 глава

72 глава





* * *





Мари

Я должна вернуться





Сегодня Эллина была счастлива примерно так, как описывают это в книгах. Ей все время хотелось улыбаться, она ничего не замечала, ее ничего не раздражало. Она шла по лесной тропинке, которая сокращала путь до села, в котором она жила, не замечая сырой воздух, чуть влажную почву, что кусты цепляются за ее сумку… Наверное, именно поэтому она не заметила как на тропе, по которой она шла, появилось какое-то свечение. В диаметре оно было около трех метров, четкой круглой формы и тропинка пересекала ее не прямо посередине, а чуть левее. Эллина, которая в этот момент вспоминала, как Руслан говорил, что их отношения должны перейти на новый уровень, шла, опустив голову и улыбаясь во весь рот. Не обращая внимания на свечение, вступила в круг. Пройдя пару шагов, ей стало не по себе, она медленно подняла голову, улыбка сползла с ее лица. Деревья вокруг закружились, ей показалось, что они ее задавят, и она неуклюже отступила на несколько шагов. Эллина оказалась прямо в центре круга. И в ту же секунду она полетела в яму. Она летела и думала «какой идиот вырыл здесь волчью яму, ведь здесь волков не было уже лет…» додумать, сколько именно лет она не успела, ее накрыла тьма.





1 глава




В густом лесу, который славился большим разнообразием целебных трав, находится лужайка около трех метров диаметром. Лужайка эта четко ограничена камнями, на камнях надписи, но и без этих надписей всем здесь живущим было ясно, что подходить к ним нежелательно. И вот однажды вечером в этом круге сначала послышался тихий гул, затем появилось свечение, спустя 15–20 секунд раздался хлопок, и когда свечение исчезло, оказалось что в круге лежит молодая девушка, а в шаге от нее — сумка.

Девушка довольно долго лежала неподвижно, потом ее веки начали вздрагивать и она застонала. Очнувшись, девушка некоторое время разглядывала небо, затем резко начала подниматься, но от вспышки боли в голове, снова потеряла сознание. В каменном круге она пролежала до утра.

А утром, придя в себя, она медленно, стараясь не делать резких движений, начала подниматься. Поморщившись, потерла виски и стала осматриваться. На лице замелькали самые разные выражения: недоумение, изумление, любопытство, удивление, неверие, подозрение…

Резко сложив руки в молитвенном жесте, подняв влажные глаза к небу, она с жаром зашептала:

— Господи, боженька, умоляю…я очень редко тебя о чем то молила, прошу…прошу, пусть это не то что я подумала…пожалуйста, только не сейчас, боженька умоляю…пусть не то что я подумала…что угодно…

Вот так она и стояла на зеленой лужайке, посреди каменного кольца, с дорожками слез на лице, когда напротив нее раздвинулись кусты и из них вышел парень с мешком в руках и чем-то похожим на рюкзак за спиной. Несколько секунд поглядев на нее в недоумении, он как будто пришел в себя, что прошептал и поклонился. Распрямившись, он нахмурился и что-то еще прошептал. Эллина, а это была она, отрешенно думала «чего он там шепчет?». Парень вдруг заволновался, подошел прямо к каменному кругу и начал делать знаки, что-то выговария при этом. Эллина, чувства которой в этот момент были какими-то заторможенными, вяло подумала, что она, должно быть, стукнулась головой, потому что она его не слышала и вообще чувствовала себя не очень хорошо. Парень с таким умоляющим видом протягивал ей руку и что-то говорил, что она, не думая о последствиях, подошла к нему и взялась за нее. Он помог ей подняться камень и спуститься с него с другой стороны. Только выйдя из круга, она поняла, что все это время слышала гул, который не давал ей ничего услышать. И еще ее перестало подташнивать. Ноги подкосились, и она опустилась на один из камней. Она сидела, опустив голову, и глубоко дышала, пытаясь придти в себя. А парень тем временем раскрыл свой «рюкзак» и вынув оттуда колбочку, откупорил ее. Взяв ее за запястье, накапал туда две капли и растер, повторив процедуру со вторым запястьем, он закупорил колбочку и уложил обратно в «рюкзак». За это время голова у Эллины успела очистится, тошнота прошла, слух вернулся. И тогда она услышала шум леса.

Это точно был не ТОТ лес через который она ходила домой несколько лет. Здесь все было слишком… Слишком сочная зелень, слишком высокие деревья, слишком густой кустарник и по шуму было ясно, что лесных жителей здесь тоже слишком… много. Она перевела взгляд на своего спасителя. Что сказать… голубоглазый шатен, среднего роста, среднего телосложения, на вид ему было лет двадцать, у него было очень открытое лицо и невероятно обаятельная улыбка. Одет он был в полотняные штаны, сапоги из кожи, рубашку темного цвета и кожаную куртку. Завершали портрет «рюкзак» и мешок, который он бросил, когда помогал ей выйти из круга.

Спаситель между тем начал говорить, сопровождая слова жестами, которые должны были объяснить Эллине, что он хочет сказать. Насколько она поняла, все это означало: вот мой мешок, ты сиди здесь, я кое-куда пойду и вернусь, и…дальше не совсем понятно. Она усиленно кивала головой, мол все поняла, а сама думала только о том чтобы он поскорее ушел. И он ушел. Несколько раз обеспокоенно обернувшись.

Когда пропал шум его шагов и остался только шум леса, Эллина обхватив себя руками, медленно опустилась на колени, и тогда к шуму леса прибавился еще один звук…рыдания. Рыдала девушка. Не картинно так, с красивыми слезами в уголках глаз, с красиво прикушенной губой. Нет. Она плакала, подвывая и всхлипывая, раскачиваясь, размазывая слезы, вытирая нос руками. И вместе с рыданиями приходило осознание того что произошло. Среди воя и всхлипов были слышны слова «За что…что я сделала…почему…я ведь не хотела и не просила…мне сюда нельзя…я должна быть там… с ним…ведь у нас все только началось…за что…почему я…». А на ветках, устремившихся в небо деревьев, сидели птицы и с удивлением смотрели на чудного зверя, который странно выл, сидя рядом с изумрудным лужком, заключенным в каменное кольцо.

Сколько продолжалось это безобразие никто сказать не сможет. Но пришло время когда из-за кома в горле тяжело было сглотнуть, из носа обильно текло, а глаза превратились в щелки. Она сидела, прислонившись к одному из камней и вяло переводила блуждающий взгляд с дерева на дерево, изредка вытирая рукой нос. Где-то в глубине всплывали мутные обрывочные и бессвязные мысли: я наверное здесь умру…сюда нужно дурочкам, которые мир хотят спасти…если здесь есть рабство — из меня рабыню сделают…а где здесь цитрамон купить?…обычно в другой мир уходят когда нет привязки к своему…и вообще, где принцы, эльфы и драконы которые влюбятся в меня, а я их всех спасу… Неожиданно она замерла… Какая-то мысль задела ее сердце, отчего оно забилось быстрее. Пропали вялость, безразличие. Взгляд стал осмысленным. Она подскочила с места и лихорадочно начала шагать… три шага влево, три шага вправо… Мозг, встряхнувшись, начал выдавать информацию — все прочитанные рассказы про попаданцев вспоминались как по заказу.

— Так…так…Чтобы уйти из своего мира, надо чтобы не было привязанностей в своем, так…ну чаще всего так! Но иногда бывает, что надо кого там спасти…мир, блин, в опасности, и только, блин, такая из себя растакая попаданка и может всех спасти… Нет, нет, нет… Я не о том думаю. Я хочу вернуться. Я ОЧЕНЬ ХОЧУ ВЕРНУТЬСЯ! А потому меня НИЧТО не может здесь удержать, ведь так? Когда умерли родители, и я осталась одна на целом свете, и до меня никому не было дела…да, тогда могли сюда забросить. Но когда я после стольких лет ожидания, наконец, встретила человека, который идеальная половина меня… неееет, они не могут. Значит нужно вернуться. А как? — произнеся этот сумбурный монолог, Эллина резко остановилась около каменного ограждения. В самом центре лежала ее сумка, о которой она до сих пор не вспоминала. После некоторых раздумий Эллина резво перескочила через камушек пониже, подбежала к своей сумке, схватила ее и прижав к себе, зажмурилась. С первой секунды, как она попала в круг, звуки леса заменил уже знакомый гул. И сопровождалось это не очень приятными ощущениями. Но Эллина стиснув зубы, продолжала стоять в центре. Уши заложило, а от желудка медленно начала подниматься тошнота, а в остальном все оставалось прежним. Никаких изменений. Вспомнив, что деревья вокруг нее тогда дико кружились, она приоткрыла глаза. Черт! Деревья стояли неподвижно. И свечение, о котором она только что вспомнила, не было. И все равно она упрямо продолжала стоять на месте. И только когда тошнота подобралась прямо к горлу, она сдалась и убежала с лужайки. Выбежав из круга, она судорожно дышала, пытаясь прийти в себя. Когда ей полегчало, она достала из сумки, которую уже не выпускала из рук, бутылку воды и начала жадно пить. Выпив полбутылки, оставшейся водой она умылась. Вытащив телефон и посмотрев на него, горько усмехнулась. Нет сети. Кто бы сомневался. Потом она достала косметичку и начала приводить себя в порядок. Влажные салфетки, пудреница…аккуратно снять тушь, убрать остатки помады… В этом чуждом мире, знакомые, доведенные до автоматизма действия, помогли привести мысли в порядок. Смирившись с фактом нахождения здесь, а не там (надежду, что это не так развеяла одежда на ее спасителе, даже в джунглях Амазонии так не одевались), она начала думать, что делать дальше. Первоочередная задача — язык. Если она не сможет объясниться, она не сможет собрать информацию. А без информации, как известно…хм, можно даже не продолжать. Научится говорить без помощи аборигенов не возможно. Значит нужно искать такого аборигена, который не продаст ее в рабство…ну или что там еще может грозить… Остается только уповать, что это окажется какой-то принц, или на худой конец герцог, который должен по сценарию помочь ей обустроится в этом мире, подумала она, бросив взгляд на мешок, оставленный спасителем. Черт! Черт! Черт! А если он пошел за подмогой. Вдруг она по их понятиям ведьма и ее надо сжечь, а он пошел звать церковников, у которых лицензия и монополия на разведение костров вокруг этих самых ведьм. Черт, надо прятаться и побыстрее. Я даже не знаю, сколько времени я здесь сопли размазываю. Все, ухожу…





2 глава




Нарис Авера стремительно шел по тропинке. До городка нужно идти 2 кана (кан — час по местному времени), а он хотел уложится в меньшее время. О Килах, неужели это правда! Это что-то невероятное. Даже ксан-магистр(ксан- главный) вряд ли может сказать, что сталкивался с таким! Нарис снова и снова вспоминал картину, которая предстала перед ним, когда он вышел из зарослей нили(кустарник). Камни вокруг Колдулы,(колдул — пространственный портал) искрились, что то звенело, а центре круга стояла хрупкая девушка и подняв глаза к небу и плакала. Он думал, что это видение, что Колдул решил завлечь его и выкинуть в другой мир. Хотя ничего такого он никогда не слышал. Колдулы действовали спонтанно, хаотично. Их потому и оградили оградкой, чтобы случайно не оказаться в центре и не переместится. Нет, вначале он на Колдул даже внимания не обратил, он видел только девушку. Разглядев цвет одежды, он поприветствовав поклонился. Девушка же продолжала смотреть на него странным взглядом. Вот тут он и разглядел Колдул и нахмурился, неужели местная аристократка не знает, что в круг нельзя. Да это даже дети знают. «Сува, вы стоите прямо в центре Колдула, это опасно, он становится активным» сказал он. Девушка даже не шелохнулась. Тогда он рассмотрел, КАКАЯ на ней одежда. Неужели она оттуда?! Он мало знал про порталы, но смутно помнил, что на человека они воздействуют не очень хорошо. Догадываясь, что девушка не понимает его, он жестами объяснил, что оттуда нужно выйти. Слава Килах, она спокойно подошла и, приняв его руку, перебралась через камень. Усадив ее, он накапал ей на запястья настойку, чтобы привести в чувство. В себя-то она пришла…только взгляд этот…отрешенный, как будто ей все равно где она, что с ней, все равно, что рядом чужой человек, а она беззащитна. Нарис, пока она его с полным безразличием разглядывала, решал, как будет действовать дальше. Всеми доступными ему жестами он попытался объяснить, что он ненадолго уйдет, а когда вернется, они смогут поговорить. Она, конечно, кивала головой, мол, все ясно, но что-то его беспокоило. Он решил — надо вернуться как можно быстрее. Несколько раз, обернувшись, он ушел. А входя в городок Тирас, он думал, какой именно амулет выбрать. Ведь на языке девушки в нашем мире, скорее всего никто не говорит. Он сам никогда амулет-переводчик не использовал, не было необходимости, но он слышал, что они для каждого языка свои. Допустим приехал купец с островов Кураты(острова Кураты, расположены недалеко от материка Алетан), он пойдет в маглавку и выберет амулет который будет переводить с куру(язык островитян) на ристаларский(страна Ристалар, куда попала героиня). И наоборот. Готовые амулеты для граждан всех стран были во всех маглавках. Но та девушка ведь не говорит на этих языках.

Так и не решив, что делать он дошел до центральной площади Тираса. Как известно все самое значимое в городах находится именно там. Маглавка располагалась между зданием городской дружины и ювелирной лавкой. Приладив волосы и оттряхнув одежду, Нарис решительно вошел. Естественно в маглавке торговал не сам городской маг, а его помощник.

— Благодати Килах(Килах — местное божество) — поприветствовал его Нарис.

— Благодати всем его детям- ответил смуглый черноволосый парень, мельком взглянув на знак адепта Академии, который Нарис прикрепил к плечу как только вошел в город. — Что-то хотел, сан(сан — обращение к мужчине, сани — обращение к женщине)?

— Да, мне нужен амулет-переводчик

— У нас есть все, сан, какой ты хотел?

— Видишь ли, сан, мне нужен не обычный, а… как бы это объяснить… Такой…ну который бы переводил совсем неизвестный язык. Как думаешь это возможно?

— А зачем тебе это? — удивленно спросил его помощник- Что это за неизвестный язык? Я с магом Киром работаю уже пять лет и никогда о таком не слышал.

Пока он говорил, Нарис с отчаянием подумал, что говорить нужно с магом, а не помощником, это бесполезная трата времени. Но добраться до мага не просто. Они необычайно высокомерны. А маг, который, скорее всего единственный в этом городке, высокомерен будет вдвойне. Пока у него в голове проносились эти мысли, звякнула входная дверь, а помощник мага подобострастно поклонился.

— Рикун, я уезжаю. Вот это передашь суве(обращение к дворянке) Рон- протянул сверток помощнику — Сувару(обращение к дворянину) Конил скажешь, я пришлю заказ когда он будет готов — все эти фразы произносились так надменно и отрывисто, что Нарис сразу понял кто перед ним. Понял и не поверил своей удаче. Одетый в оранжевый колет поверх белой рубахи, бриджи синего цвета, высокие сапоги из оранжевой кожи ящерки, с наброшенным поверх плащом голубого цвета, с надменным и брезгливым выражением на лице — это мог быть только маг Кир, о котором только что говорил Рикун. Быстро сориентировавшись, Нарис поклонился:

— О, магистр Кир, я невероятно рад с вами встретиться. Мне говорили о вас как о маге, чьи амулеты являются непревзойденными и самими лучшими из них являются амулеты-переводчики. Я приехал из Ларосы, сувар — Нарис решил, что лесть не повредит и очень рассчитывал, что самовлюбленность мага будет удовлетворена, и он выслушает его. Его расчет удался. Снисходительно ухмыльнувшись, тот важно произнес:

— Здесь амулеты на любой вкус и все они самого лучшего качества.

— Но…видите ли сувар, мне нужен необычный амулет. Мне нужно чтобы он переводил совсем незнакомый язык на наш ристаларский. Я слышал, что только вы способны сделать такой, поэтому я и приехал сюда.

— Не понимаю — искренне удивился маг, несколько подрастеряв свой апломб — зачем и для кого?

— Дело в том, что деревенские рыбаки нашли в море матроса, но узнать, откуда он не могут, никто не понимает его и он не понимает их — Нарис ни в коем случае не собирался рассказывать про иномирянку. Он подозревал, что этот тип был способен даже опыты на ней ставить и скорее всего, повез бы ее демонстрировать в столицу, чтобы пробиться выше, чем провинциальный маг городишка. А вот деревенские рыбаки и матрос его точно не заинтересуют.

— Ну хорошо- сразу поскучнев и вернув свою высокомерность, произнес маг — я сделаю амулет на крови. За один золотой…

— Но сувар, как же так…это очень дорого…в десятки раз дороже… — от удивления Нарис даже перебил мага.

— Ты сам сказал, что я лучший и приехал за амулетом аж из Ларосы. Надо было там поискать, где по дешевле… Из-за тебя мне придется отложить свою поездку на 2 кана. Так что если тебе нужен амулет плати золотой.

Что бы понять как это дорого, нужно знать, что обычный амулет обошелся бы Нарису от 5 медяков до 2 серебряных, в зависимости от срока действия(1 золотой — 10 серебряных, 1 серебряный — 10 медяков). Это был невероятно наглый грабеж. Это понимал и Нарис, и простоявший, на протяжении всего их диалога с округлившимися глазами, Рикун. Было еще кое-что. У Нарис было немного меди и один золотой. Тот самый золотой, доложив который, у него было бы пять золотых. Именно пять золотых нужно было, чтобы получить лицензию и стать целителем. Уже несколько лет он ездил в самые опасные и малодоступные места, чтобы собирать редкие травы, продавать их травникам и копить деньги. Эти каникулы он провел в этих краях, потому что здесь было обширное болото, на котором можно было найти очень редкие травы. Только он один и бог на небе знали, сколько трудностей и опасностей он преодолел, чтобы достать, например цветок Луны, или например серебристый мох. В первом случае пришлось взбираться на самую макушку голой неприступной скалы, во втором — дождаться, когда из своего гнезда уползет гадюка, потому что мох был именно там… в гнезде…

Но такой уж человек это был…не мог пройти мимо чужой беды. Он понимал, что нужно как можно быстрее объясниться с девушкой. Поэтому, тяжело вздохнув — в этом году заветная мечта уже не сбудется — он снял с плеча свой знак адепта. Отковыряв заплатку, которую он сам пришивал, он достал оттуда золотой и держа его в руках спросил:

— Сувар Кир, на какой срок будет амулет?

— На пол-года.

Он судорожно вздохнул. Даже не год? Столько денег и за что только? Но спорить у него не было возможности. Нужно было идти к иномирянке, а без амулета объясниться они не смогут. Если бы здесь был хотя бы еще один маг, тогда можно было притвориться что он раздумывает — а не пойти ли к конкуренту. Но в этой ситуации этот самодовольный индюк мог и отказаться. С тяжелым сердцем он протянул монету магу:

— Когда будет готов, сувар?

— Через 2 кана. Слово — произнес маг, забирая деньги.

— Я приду, сувар. Пусть поможет Килах.

Он нехотя поклонился и вышел. Глубоко вздохнув, заставил себя успокоиться. Один золотой за 2 кана работы! На свете так много таких вот типов, магов одаренных бОльшим даром, чем другие, и из-за этого ведущие себя так словно делают одолжение тем, что продают свои товары и услуги. А ведь если бы простые люди не покупали у них ничего, что бы с ними стало? Встряхнув голову, он отогнал эти мысли и начал думать о насущном. Сегодня он только завтракал, а время перевалило за полдень и дела делами, но желудок подсказывал, что неизвестно удастся ли в дальнейшем нормально поесть. Поэтому, отказавшись от мысли дожидаться амулета на ступенях лавки, он направился к таверне, направление к которой указывал соблазнительный запах жаренной тувры(домашняя птица). Плотно пообедав, он попросил положить одну порцию в скорлупу ореха Хок, прикупил хлеб, сыр и бутыль коты. Отдав за это последние деньги, что у него оставались, он отправился в маглавку, благо оговоренные 2 кана подходили к концу.

Забрав у Рикуна амулет и выслушав его инструкции (маг Кир уже уехал по делам, и Нарис его не увидел, чему он был безгранично рад) целитель отправился в обратный путь.

Проделав это путь за рекордное время, он выскочил на поляну…

Если не считать его мешка, то никого и ничего здесь не было…





3 глава




Нарис быстро обошел весь каменный круг. Никого. Он начал звать девушку. Безответно. Некоторое время он разглядывал сам Колдул, но вступить в него не решился. Ясно ведь что девушки там нет. Глубоко разочарованный он подошел к мешку и опустился рядом с ним прямо на траву. О Килах, что же она будет делать в этом мире, где она никого и ничего не знает. Если она не вернулась в свой мир, что вряд ли — активность Колдула уже прошла, то она без средств к существованию и без знания местного языка и нравов, легко попадет в беду. Он уже начал представлять всевозможные ужасы, когда услышал хруст ветки. Он поднял голову и увидел девушку, которая вышла из зарослей и направилась к нему.

Эллина видела, какой невероятно светлой улыбкой озарилось его лицо, и подумала — этот возможно и не продаст работорговцам. Парень не знал, что все то время он носился здесь, она сидела на дереве, замаскировавшись большими лопухами, и внимательно наблюдала за ним. Отчаяние, разочарование, беспокойство… Это давало надежду, что это не очень плохой человек. А когда он уселся на траву, он оказался напротив нее. Внимательно его разглядывая, хоть и из далека, она все же вспомнила кого он ей напоминал. В их селе жила тетя Даша. У нее было такое же лицо — открытое, честное, доброе. С затеплившейся надеждой, что абориген окажется таким же как и тетя Даша (все знали, что она никому и никогда не отказывала в помощи), она тихонько слезла с дерева. Когда под ногой хрустнула ветка, парень посмотрел в ее сторону. Радость, написанная на его лице, поставила точку в ее подозреньях. Вряд ли готовят гадость с такими добрыми глазами.

— Привет — сказала она, не совсем понимая как им объясняться.

Он начал что-то говорить, часто употребляя слово «сува». Эллина покачала головой. Парень хлопнул себя по лбу и начал разматывать у себя на запястье ремешок, на котором висел какой-то кулон. Потом достал из «рюкзака» нож. И надо сказать, что тут Эллина немного струхнула. Но убегать, пока не стала. Началась новая серия сурдоперевода, из которой она сделала вывод, что ей нужно проколоть палец ножом и накапать на то, что она назвала кулоном, свою кровь и надеть на шею. Подозрения тут же вернулись. Если здесь есть магия, то это вполне себе может оказаться рабским ошейником. Не глядя на протягиваемые предметы, она пытливо разглядывала его лицо. Так и не найдя страшные приметы, она тяжело вздохнула и взяв у него кулон на ремешке, ушла присесть на камень. Абориген что-то бормотал и показывал на нож. Но Эллина покачав головой, полезла в сумку у себя на плече. Достав оттуда небольшую коробочку, вытащила иголку. Аккуратно проколов палец, она сжала его так, что набухла капля крови. Нарис удовлетворенно кивнул и показал три пальца. Амулет был сделан в виде каменного в крапинку эллипсоида и разбирался на две части. Подставив половинку амулета, он дождался нужного количества крови, потом прикрыл второй и сжал их. По месту соединения пробежали искры. Потом он засветился розоватым свечением и потух. «Значит все-таки магия» — подумала Эллина и забрав у Нариса, то что она назвала перепелиным яйцом, глубоко вздохнув, как перед погружением, надела себе на шею… Все что она почувствовала это тепло от амулета и больше ничего. Эллина продолжала анализировать свои ощущения, когда абориген заговорил:

— Я надеюсь, что он все-таки будет работать, и его не надо будет переделывать — ошарашил он ее.

— Я т-тебя п-понимаю — заикаясь от удивления, произнесла она. Он снова улыбнулся своей невероятной улыбкой:

— Для этого он и сделан.

Некоторое время они смотрели друг на друга без слов. Никто из них не знал, что нужно говорить в такой ситуации.

— Меня зовут Нарис — спохватившись, произнес он.

— Я Эллина — произнесла она.

— Ты ведь из другого мира да? — полуутвердительно спросил он. А глазах — детский восторг.

— Получается что да — со вздохом согласилась Эллина. И тут она заметила, что происходит что-то странное.

— Ты знаешь, я говорю не так как думаю, — решила озадачить собеседника Эллина — то есть…ну, эээ… в общем это не так должно произносится, а…эээ… — окончательно запутавшись, она замолчала.

— Все нормально — успокаивающе произнес он — это действие амулета. Все что ты хочешь сказать, он переводит на ристаларский, а все что говорю я — переводит на ваш…эм… какой у вас там язык?

— Русский — машинально ответила она. — То есть, думаю на своем языке, а проговариваю слова на вашем? — уточнила Эллина, хотя уже поняла, что так оно и есть.

— Да. Именно так работают амулеты-переводчики. А ваши амулеты как действуют? — с нескрываемым любопытством уставились на него голубые глаза.

— У нас нет амулетов, так как у нас нет магии — развела руки Эллина, а сама с изумлением продолжала прислушиваться к себе.

— Как нет магии? — глаза уже уставились шокировано.

— Так. Нет. Вообще. У нас все больше техника.

Эллина продолжала с удивлением участвовать в процессе перевода. Это был очень странный процесс. Когда она собиралась что-либо сказать, то в мозгу формировалась фраза, которую она собиралась произнести. Но губы произносили, а уши слышали что-то незнакомое ей. Но при этом ей было ясно, что говорит она именно, то, что задумала. А вот с Нарисом происходило по-другому. Как будто смотришь иностранный фильм с переводом. Голос персонажа слышен тише, чем голос актера, который его озвучивает. В данном случае это был один и тот же голос. Поскольку иностранных фильмов с переводом она насмотрелась, это можно было назвать привычным. Привыкать нужно было к тому, что ОНА говорит и слышит незнакомые ей слова. Ничего, привыкнем. Ведь это лучше чем вообще ничего не понимать и начинать учить язык с нуля. Когда еще она смогла бы объясниться? А так, ну подумаешь, губы бормочут незнамо что. Главное ее понимают.

Нарис догадывался, что девушка пытается разобраться с происходящим, но не знал чем помочь. Оставив на потом вопросы о ее мире, вытащил из своей котомки припасы и обед…можно даже сказать ужин. Вынув из своего мешка одеяло, свернул на траве рулоном.

— Эллина, ты, наверное, голодна — сказал он и, взяв за руку, послушно поднявшуюся девушку отвел и посадил на импровизированную скамейку. Он размотал чистую тряпицу, которой было накрыто «блюдо». Эллина почувствовала невероятно аппетитный запах, и жутко заурчавший живот напомнил, насколько она голодна. В момент забыв все вопросы, которые собиралась задать, забыв об отчаянии, о трудностях «перевода» она схватила протягиваемую чашку и деревянную ложку и не теряя времени начала есть. Это было неудивительно. Если вспомнить все события, то получалось, что в последний раз она ела вчера. Это были кофе с маленькой пироженкой. Было это около четырех вечера. Потом она час добиралась до родного села. А уже потом попала сюда. Когда же она очнулась, было утро, не самое раннее. После сценки «встреча с попаданкой» и всей беготни с заламыванием рук время перевалило за полдень. А после «догонялок» и ритуалов с амулетом день и вовсе пошел на спад. Получалось, что Эллина не ела целые сутки. Поэтому неудивительно, что «м-м-м» это все что слышал от нее Нарис следующие десять минут. Он с улыбкой смотрел на уплетающую за обе щеки девушки.

Когда первый голод был утолен, Эллина запоздало подумала, что в еде могло быть подмешано что-нибудь, а она, даже не задумываясь, набросилась и съела. Кроме того она даже не спросила из чего это сделано. Хотя было похоже на курицу со специями и какие-то овощи.

— Из чего это приготовлено? — спросила она, продолжая есть с уже меньшей скоростью

— Это тувра — ответил Нарис. «Тувра» она расслышала, но это ей ничего не дало.

— А как выглядит тув-ра? — по слогам произнесла незнакомое слово Эллина.

— Ну…это домашняя птица — подумав немного, ответил Нарис обрадовав Эллину.

— Вкууснооо — протянула она со смаком. Целитель согласно кивнул.

— Ой, а как же ты? Ты, наверно тоже голоден? — вспомнила про хорошие манеры.

— Я поел в таверне — покачав головой, ответил целитель. — Кота — сказал он, протянув ей бутыль.

— А что это? — решила не повторять прежней ошибки Эллина. Тут все незнакомое. Надо быть осторожнее.

— Это напиток. Его готовят на травах, а потом добавляют кусочки фруктов.

— Ну ладно…попробую — решилась Эллина.

Напиток был необычным, но очень вкусным. Она думала, что это что-то вроде компота… Кота была лучше. Сочетание вкуса трав и фруктов был таким, что пилась она легко и хорошо утоляла жажду. А аромат был мягкий и ненавязчивый. Кусочки фруктов были очень мелкими и совсем не мешали. Поскольку стакана не было, потягивала прямо из бутылки. «Уммм, как вкусно. Надеюсь, она не понижает давление. Иначе мне придется отказаться от нее». Разобравшись с напитком, она переключилась на опустошенную чашку, которую держала в руках. Она была сделана из необычного материала. Как будто пробка. Поверхность нежная, словно из замши.

— Из чего сделана чашка? — спросила Эллина, понимая, что сама не разберется.

— Это скорлупа ореха Хок — сказал Нарис, забирая у нее чашку — она необычна тем, что никогда не переворачивается. Смотри — плеснув в скорлупку воду из фляжки, он перевернул ее и прижал к земле. А когда отпустил «чашка» быстро перевернулась. А количество воды не изменилось.

— Ух ты, магия — изумилась Эллина, снова взяв чашку в руки.

— Как раз магии в ней и нет. Никто не знает, почему так происходит. Это обычный орех. Пока весит на дереве, пока внутри ядро — он обычный. Но стоит его очистить изнутри и у него сразу же появляется это свойство. Потихоньку из скорлупы вылить получается, а опрокинуть нет, поэтому ее берут в походы. Но на магию его проверяли. Нету там магии.

— Ясно — отрешенно-задумчиво протянула девушка.





4 глава




За всеми этими действиями, разговорами, расспросами Эллина не забывала о главном. Все это было как подготовка. Нужна информация.

— Нарис, а что ты здесь делал? Ты живешь неподалеку? — решила начать свой пристрастный допрос Эллина. Нужно поскорее все разузнать и постараться вернуться как можно быстрее. Задержаться здесь у нее не было никакого желания, даже извечное женское любопытство не проснулось. Казалось бы новый мир, столько интересного. Ан нет, она боялась, что все это может слишком углубится, и тогда пути назад не будет.

— Нет, я живу в Ларосе. Я адепт Академии магии. Учусь на целителя — в голосе проскальзывали горделивые нотки — В этих лесах есть целебные травы, и болото здесь самое большое в Ристаларе, а значит здесь большое разнообразие редких трав. Сейчас у меня каникулы, я приехал сюда за травами. Но завтра я должен уехать — обеспокоенно взглянув на нее, закончил он.

— Здорово — произнесла она и прислушалась, как сама же произносит какую-то абракадабру. Нет, не привыкла еще. — А что это за страна? Что у вас здесь происходит? Не с кем не воюете? — продолжался допрос.

И нарисовалась такая картина. Страна, хоть и не самая большая, но достаточно процветающая. Здесь были плодородные земли, морское побережье с удобными бухтами. Торговали всем и вся. И вообще, в отличии от соседних стран, у Ристалара было всего вдоволь. Много лесов, а это — древесина, в горах находили руды, огромные поля, а это — сельхозпродукты. И главное удобный выход к морю. Насколько она поняла, соседи не могли похвастаться таким многообразием.

Но это не главное. Главное то, что войны здесь не было. Это раз. Апокалипсис не намечался. Это два. У короля и королевства никаких проблем, которые должна была бы решить героическая иномирная «крутая орешка», не было. Это три. Лично Нарис ее не вызывал и не ждал. Это четыре. Единственное, что ее немного смущало — король был не женат. Неужели она должна будет стать королевной? Да-а-а, подумала Эллина. А может я просто упала в яму, стукнулась головой, а это все просто моя проснувшаяся шизофрения?

Хм, даже не знаю, что хуже. То, что я здесь оказалась или, что в яме лежу. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

— Нарис, ты знаешь что-нибудь о том, как я попала сюда? — уже в лоб спросила Эллина.

— Это Колдул… Я не знаю как у вас, но мы знаем, что существуют природные порталы. Они стихийны и хаотичны. Когда они срабатывают никто не знает. Но их местоположение известно. И их везде ограждают. Насколько я знаю, с течением времени они немного передвигаются. За этим следят маги. Где-то раз в десять лет, ну или что-то вроде этого, их проверяют, и если смещение было, ограждают заново. Говорят, еще в давние времена в этих порталах исчезали люди. На это никто не обращал внимания, пока однажды на виду у огромного количества людей не пропал король одной страны. Вместе со свитой. Вот тогда у магов потребовали узнать, что это такое. Когда, спустя сотни лет наблюдений установили, как все происходит, решили проблему ограждением и надписями. Это было где-то триста лет назад. С тех пор у нас даже дети знают, что к Колдулу нельзя подходить. А как ты сюда попала, ты не помнишь? — закончил свой рассказ Нарис.

— Ну почему же, помню. Я шла домой с работы. Можно было добраться двумя дорогами. По основной очень долго (лучше бы я полночи телепалась). Я пошла по тропинке, она короче. Я не совсем поняла, что происходит…мне как-то стало не по себе…а когда я осмотрелась…там…все кружилось… Потом мне показалось, что я падаю в яму… — она замолчала, прикусив губу.

— У вас не ограждают Колдул? — спросил Нарис. Эллина не ответила на вопрос. Вместо этого она посмотрела на него увлажнившимися глазами и прошептала:

— Я должна вернутся… Пожалуйста, Нарис, помоги мне…пожалуйста… Я…мне нельзя здесь оставаться, там человек, которого я очень люблю… Мне обязательно, обязательно нужно вернуться…

Нарис беспомощно смотрел в ее выразительные карие глаза и не зная чем помочь, взяв за руку тихонько ее поглаживал:

— Эллина ну что ты…не плач…не надо. Я в порталах ничего не понимаю, я ведь только целитель… Все ведь не так плохо. Ты жива, здорова…

— Ты не понимаешь… Я очень, очень, очень хочу вернутся… Ты совсем, совсем ничего не можешь сделать? — парень медленно покачал головой — А кто-нибудь еще может? Ну…кто-то…

В этот момент Нарис вскинул голову. Его лицо посветлело.

— Ну конечно… Как я сразу не подумал… Ксан-магистр, вот кто нам нужен! Мы поедем в Ларосу и поговорим с ним. Это лучший маг Ристалара. Он еще и Королевский маг — в голосе звучало неподдельное восхищение.

— Он точно сможет? — недоверчиво всхлипнула Эллина.

— Если он не сможет, значит это невозможно — твердо ответил Нарис. Вот только девушку он этим совсем не успокоил. Эллина вдруг разрыдалась.

Мысленно обозвав себя последним дураком, обняв за плечи, он начал успокаивать ее, повторяя, что Актравис очень сильный маг, он может невероятные вещи, но что самое главное он очень сильный «портальщик», а значит, ей он точно сможет помочь.

Спустя некоторое время рыдания утихли, всхлипы слышались все реже и попаданке, наконец, удалось успокоиться.

— Прости, я наверное тебе наверно уже надоела… Съела твою еду, задаю дурацкие вопросы…истерику устроила… — сиплым голосом пробормотала она.

— Эллина, я рад, что ты заплакала. Я боялся, что ты повредишься в уме. Я тогда не хотел уходить, но без амулета мы бы не смогли объясниться. А истерика…я даже не знаю, что бы я делал на твоем месте…

Нарис попытался представить, что он в чужом мире. Один, все вокруг абсолютно чуждое. Небо, лес, люди, язык. Он вздрогнул. Нет, даже будучи мужчиной, он не хотел бы оказаться в такой ситуации. Каково же приходится девушке в чужом мире, даже трудно представить.

Они просидели так некоторое время, она на свернутом одеяле, он рядом на траве, успокаивающе поглаживающий ее руку. А время не стояло на месте. В лесу начали сгущаться сумерки и заметно похолодало. Нарис обдумывавший, что делать дальше неуверенно начал:

— Знаешь, здесь не далеко, в кане ходьбы есть деревня…я там ночевал, все то время, что собирал здесь травы… Мы можем…

Договорить ему не дали.

— Нарис, обещай мне… Я не хочу…то есть я… Нарис никто не должен знать откуда я. Я очень боюсь. Поклянись, что никому не скажешь, без моего согласия.

— Но ксан-магистру мы должны будем сказать.

— Да это понятно. Но больше никто не должен знать. Вдруг меня не отпустят. Захотят опыты ставить…ну, я не знаю… В общем, не говори никому.

— Я об этом уже думал — кивнул головой Нарис — когда покупал амулет. Я тогда сказал, что это для матроса, которого нашли рыбаки, и которого никто не понимает.

Эллина резко побледнела. Оказывается, она чуть было не влипла. Она даже не задумалась над тем, что за время своего отсутствия он мог с кем-то поделиться. А когда он закончил говорить, подумала — как ей повезло встретить именно его. А потом сплюнула через плечо и найдя рядом ветку постучала по ней. Все эти действия сопровождались изумленным взглядом Нариса.

— Ну, это у нас так делают…я тебе потом объясню — ответила она на немой вопрос.

— Если мы не пойдем в деревню… — начал Нарис.

— Ну почему не пойдем. Не в лесу же нам ночевать. Ты только никому не говори про меня.

Нарис покачал головой:

— Начнут задавать вопросы…твоя одежда…

Ну конечно. У нее все мозги отшибло что ли? Естественно она не так одета.

— А что именно не так? — спросила Эллина, лихорадочно думая как приобрести местную одежду. Ей идти нельзя, а что купит мужчина…страшно представить. Тут она себя резко одернула. Неважно как она будет выглядеть. Ей как раз и нужно не привлекать внимания. Нельзя тут прихорашиваться.

— Цвет — ответил Нарис и ошарашил.

— Что значит цвет? У вас нельзя носит голубое и синее — спросила, оглядев себя, девушка. На ней была длинная насыщенного синего цвета бархатная юбка и ярко голубая блузка, отделанная кружевами. На ногах удобные бежевого цвета туфли, с синими вставками на небольшом каблучке. И все это порядком успело отсыреть за то время, что она лежала без сознания.

— У нас такие цвета носят аристократы — опять ошарашил Эллину собеседник — такие ярко окрашенные ткани стоят очень дорого. Это могут себе позволить в основном аристократы, немногие купцы и богатые маги.

Эллина оглядела Нариса с ног до головы. Да уж. С цветом тут действительно была проблема. Все на нем было каких-то бледных оттенков. Рубашка болотного цвета, а штаны какие-то рыжеватые. И цвета такие, как будто после многочисленных стирок выцвели. Хотя, может, так оно и было. А сапоги и куртка были кожаными. Естественно это не те кожанки, которые она встречала до сих пор. Любого цвета, оттенка, с любым узором. Не говоря уже о коже настоящих рептилий. Нет, это была когда-то шкура животного, ее обработали как-то там и… все. В общем она не знала, что именно там делают, но результат видела. И он, результат, какой-то был невзрачный. То есть кожа эта была — невзрачная.

Как выяснилось, проблема оказалась там, где она и не ожидала. Цвет. Ну и черт с ним, с этим цветом. За аристократку себя выдавать она не собирается. Значит, наденет все эти блеклые вещи. И отправится в этот…как его там… в общем город к главному магу.

— Значит, мне нужна местная одежда — выдала Эллина, после анализа всей ситуации. — Кстати, у тебя есть деньги?

Нарис смутился и покраснел:

— Я последние деньги на еду потратил — пробормотал он.

— А за амулет ты много заплатил? — заинтересовалась Эллина.

— Ну…это…не так уж… — он подозрительно замялся

— Нарис ответь честно. Сколько ты заплатил за амулет? — потребовала она

— Золотой — несчастным голосом прошептал он.

— А откуда у тебя золотой?

— Я копил.

— Для чего?

— Чтобы стать целителем нужно заплатить за лицензию.

— И ты потратил всё, что накопил на амулет?

— Нет, что ты…конечно не всё… — облегченно произнес Нарис — нужно пять золотых. Это был последний… — он с досадой замолк, потом сказал — Это не важно, Эллина, я смогу накопить еще. Целебных трав много, на них всегда спрос… Накоплю.

Девушка некоторое время смотрела на него молча.

— Я не знаю, что со мной будет дальше. Не знаю смогу ли я добраться домой — она жестом остановила пытавшегося что-то сказать парня — Я ничего не обещаю… Но если у меня будет возможность — я верну тебе деньги. А если нет… То я всегда буду молится за тебя, чтобы Бог помог тебе так, как помогал мне ты — закончила она взяв его за руку…

Вдруг что-то произошло… В эти секунды, когда карие глаза пронзительно смотрели в голубые, между ними появилась некая связь. Их окутало сияние, похожее на северное. Мерцающие нити пронизывали их… Так получилось, что эти двое оказались связанными… Навсегда.

Нарис глубоко вздохнул и мистическая сфера развеялась…

— Не думай не о чем. Килах нам поможет — пытаясь разрядить обстановку он начал доставать из котомки огниво. — Нужно собрать хворост, а то замерзнем ночью.

— Я помогу — как и он вздохнула Эллина. И ушла к деревьям собирать топливо.

Когда они вдвоем натаскали достаточное количество веток, началось таинство под названием «высекание искры». Эллина печально покачала головой и подумала, что никаких сомнений — это магический параллельный мир. Вот объяснил бы кто — как это возможно у них там магия всякая, а огонь они разжигают как пещерные люди. Бормоча, что амулет-переводчик это конечно хорошо, но почему не изобрести амулет-зажигалку, она полезла в сумку.

Вообще-то ее сумка стоит отдельного упоминания, хотя к ней до сих пор относились не очень уважительно.

Дело в том, что Эллина жила в селе расположенном в 55 км от города. В течении пяти лет учебы и одного года после оной, она ежедневно(кроме выходных) ездила из села в город, из города в село. И за все время поездок сталкивалась с самыми разными ситуациями. Поэтому в сумке старалась держать все то, что могло бы в этих ситуациях помочь. Сумку эту она совершенно случайно нашла на рынке(среди моря китайского барахла можно найти германскую жемчужину, как ни странно). Она была сшита из кожаных кусков разного размера и разных оттенков коричневого, начиная от бежевого и кончая шоколадным. Трапециевидная, с широкими ремнями, с виду не очень большая, но очень вместительная, со множеством внутренних кармашек. Постоянную прописку в этой сумке получили: ключи, кошелек, телефон, косметичка, аптечка(собранная ею самой), бутылка воды(вдруг таблетку запить), запасная батарейка к телефону, запасная симка, блокнот, ручка, зажигалка, коробочка со швейными принадлежностями, упаковка прокладок, колготки, и складной нож. Нож был не простым. Созданный для военных. В него входило лезвие ножа(невероятно острое), пила, которая с одной стороны пилила дерево, с другой металл, кусачки, открывалку и ножницы, которые могли разрезать как бумагу, так и колючую проволоку.

И вот достав из своей чудо-сумки зажигалку, Эллина пробормотала абра-кадабра и разожгла хворост.

— Ты же говорила, что у вас нет магии — неуверенно произнес Нарис, изумленно наблюдавший за ее действиями.

— У нас и нет. А это — техника — сказала Эллина

— И как он работает? — спросил Нарис с загоревшимися глазами.

— Вот тут надавливаешь, он щелкает и вспыхивает огонь. — продемонстрировала девушка — А почему ты маг, а огонь разжечь не можешь?

— Я не маг, я адепт на целителя. Дара огня у меня нет и капельки.

— Значит, если нет дара огня…

— Пользуешься огнивом — закончил за нее Нарис.

— А нельзя придумать амулет, который разжигал бы огонь. Амулет-переводчик же придумали?

— Я не знаю…я не огневик…никогда не слышал про такие амулеты — растерянно ответил целитель.

Наверно я просто не все знаю, какие-то тонкости которые не позволяют создавать такие вещи, подумала Эллина.

Между тем становилось холоднее, и она хорошо это чувствовала своей не совсем высохшей одеждой. Эллина перестелила одеяло поближе к огню, и так чтобы они могли уместиться вместе. Нарис тем временем успел нарезать хлеб с сыром, а в оставшуюся коту влить какую-то настойку.

— Это солнцецвет… чтобы согреться — ответил он на немой вопрос девушки.

Съев свои доли скудного ужина, и запив его котой, которая действительно согревала изнутри, они начали устраиваться на ночь. Она легла на одеяло у затухающего костра, он лег позади, чтобы холод не подобрался к ней и укрыл их своей курткой. Ночь, до сих пор подбиравшаяся украдкой, теперь открыто заявила свои права и накрыла мир своим темным полотном. Лес не затих. Просто зазвучал по-новому. Где-то далеко подвывал зверь, ночные птицы перелетали с ветки на ветку, слышались шорохи…

— Здесь не опасно? — шепотом спросила Эллина.

— Нет, опасных зверей здесь нет — сонно ответил Нарис — только растения некоторые ядовиты.

Через некоторое время он крепко уснул.





5 глава




Эллина заснуть не могла. Несмотря на то, что треволнения этого дня ее морально вымотали, сна не было ни в одном глазу. Раз так, используем это время с пользой, решила она. Понемногу подбрасывая в огонь собранный на утро хворост, и не давая погаснуть огню, она начала строить план. Проанализировав весь сегодняшний день, она решила, что потратила его большей частью без толку. Про место, куда она попала, выяснила не очень много, не узнала чего ей нужно остерегаться, как себя вести, какие здесь порядки, как наиболее правдоподобно прописаться здесь…временно. Этой ночью она составила список вопросов, которые ей жизненно необходимо выяснить. Потом начала думать о финансовой стороне дела. Вытащив из ушей серьги, и сняв кольцо, она начала разглядывать их в свете костра. Старинные, золотые, с крупными сапфирами. Они хорошо подходили к ее темно-синей юбке. Дааа…на свидание она собиралась с размахом. Еще ее прабабушка сумела сохранить их в голодные годы, а она… Нет, если это плата за то, чтобы вернутся, она ее заплатит. И даже больше. Все сделает и все отдаст лишь бы дома очутиться. Еще одно колечко у нее было современное. Оно ей очень нравилось. Родители подарили его, когда ей исполнилось восемнадцать. На ленте шириной 3–4 мм в виде грозди разбросаны колечки, посыпанные крохотными бриллиантами. Колечки были похожи на бублики с маком, поэтому это кольцо она так и называла — Бублик. Если удастся сохранить она отдаст его Нарису, в плату за переводчик.

За разработкой плана, за составлением списка вопросов, за решениями, за мечтами(как же без них) она не заметила как сон подкрался к ней. И сморил ее. Под утро.

Несмотря на это она сумела выспаться. Нарис собирая хворост и подбрасывая в неостывшие угли, старался не шуметь. Найдя неподалеку ручей, он набрал воду в скорлупу и поставил ее на огонь. Достав из своих запасов травы, сделал отвар. В общем, когда она проснулась к ее услугам были остатки вчерашнего хлеба и сыра, а также отвар(можно сказать чай). Нарис подсказал ей, где можно умыться. Совершив утренние процедуры, она тщательно расчесалась, расхваливая себя за то, что все носит с собой в сумке. Заплетя свои каштановые волосы в тугую косу, она присоединилась к Нарису. Налив в бутыль из-под коты половину отвара он протянул его ей вместе с «бутербродом», если его можно так назвать. Свой отвар он пил из остывшей скорлупы. Покончив с завтраком Эллина, приступила к расспросам.

На ее счастье оказалось, что здесь не средневековье. К женщинам как скоту не относятся. Они могут работать, зарабатывать, вести свой бизнес. Только мечтали здешние женщины не об этом, а о том, чтобы выйти замуж, нарожать детей… Домострой в общем.

Верили здесь в единого бога Килах. Кстати, в соседних странах тоже по большей части исповедовали единобожие. Хорошо это или плохо Эллина пока для себя не решила.

Сословия были примерно как в Средневековье. Король, храм, дворяне, купцы, ремесленники, крестьяне… Правда, было еще одно разделение — с даром и без дара. Оказалось у всех аристократов есть дар, причем сильный. Бывали случаи, когда дара нет, и это считали позором для высокородной семьи. Аристократам нужно уступать дорогу, кланяться, приветствовать, ну все в этом духе. Среди простых людей сильный дар тоже встречался, но крайне редко. Чаще всего дар был слабый или средний. Те кто были оДАРены считали себя выше безДАРных. Но каких-то ущемлений из-за отсутствия дара не наблюдалось. «Уффф — выдохнула про себя Эллина — повезло».

В плане одежды она уже информирована — яркие цвета могут позволить себе только богатые люди. Самое главное, как оказалось, одевать внутрь белую рубаху. Ее стараются одевать даже очень бедные.

Разбойников на дорогах не наблюдалось, во всяком случае на Тирасской дороге и Темнонильном лесу(в котором они сейчас находятся) Нарис их не встречал и о них не слышал.

А дальше пошли уже более конкретные вопросы. Как ей называться, какую легенду придумать, как себя вести, что ей можно делать, а чего категорически нельзя, как обращаться к людям…

Сува и сувар обращение к дворянам. Сани и сан обращение ко всем остальным. Только бы не перепутать. Вообще-то хорошо бы никому и никак не обращаться. Но скорее всего так легко она не отделается.

Она его кузина. Имя, сказал Нарис, можно оставить свое. Оно конечно необычное, но имеет право на жизнь, добавив к нему имя ее, так называемого, отца Колари. Отца зовут Тан Колари, мать Солине Лус. А если встретится тот, кто их знает? Они всю жизнь живут в деревне, и дальше городка, расположенного в 10 км от них никуда не ездили.

По легенде она его кузина, и он везет ее к себе в город, чтобы устроить на работу. На вопрос кем же она собирается работать Нарис не смог ответить, и они начали ломать голову над этим. Для достоверности нужно было, чтобы она смогла что-то сделать, если от нее это потребуют. Нарис утверждал, что это ни к чему, но Эллина была непреклонна. Она смотрела фильмы и читала книги и знает, что маленькая погрешность может порушить весь план. Перебрав все, что она умеет делать, они в итоге остановились на швее. Не то чтобы она восхитительно шила, но чтобы обновить свою старую кофточку украшала ее аппликациями. Сойдет.

Началась разработка плана. Продав ее кольцо и серьги в городке Тирас, Нарис купит ей одежду. Потом они отправятся в Ларосу. Там он живет в большом доме с сестрой… Тут возникла загвоздка. Как Эллину представить ей. Она-то знала, что кузину зовут не так и лет ей не столько. Нарис сказал, что за три дня пути они что-нибудь придумают. Ему нужно было торопиться в город, ведь у него скоро занятия начинаются. Тяжело вздохнув, Эллина его отпустила.

Пока разрабатывали этот план, они успели дойти до опушки леса. Спрятав Эллину в зарослях нили, в честь которых этот лес был назван Темнонильный, проследив за тем, чтобы ее не было видно с дороги, Нарис отправился в городок.

Стража на воротах его знала. Когда он натыкался на растения, которые не могут долго храниться, он приносил их здешним травникам. Поэтому он, привычно поприветствовав их, прошел мимо. Но в этот раз он не свернул через две улицы к дому травника, а проделав вчерашний путь, пошел к площади. Сегодня людей здесь оказалось больше, чем вчера. Около здания городской стражи было оживленно. Из маглавки вышла пышнотелая дама, все в ярких одеждах. К дому городского главы постоянно подъезжали кареты. В общем все как обычно. Ювелирная лавка, как он уже знал, располагалась рядом с маглавкой магистра Кира. Нарис помолился, чтобы не встретится с магом и его помощником. Постаравшись не привлекать к себе внимания он, быстро обходя прохожих, добрался до места. Не задерживаясь у входа, прошел внутрь. В самой лавке было темновато, но прилавок с украшениями освещался хорошо.

— Благодати Килах — поздоровался Нарис, так и не разглядев нигде продавца.

— Благодати всем его детям — старческий голос прозвучал откуда-то из-под прилавка.

Затем над ним показался владелец голоса. Сухонький старичок, с цепким взглядом.

— Что хотел, сан? — спросил его ювелир, после пристального осмотра. Особое внимание получил знак адепта на плече.

— Видишь ли сан, я лечил одного матроса, и он расплатился со мной вот этим. — изложил заготовленную версию Нарис и достав сверток развернул его — Я бы хотел узнать какова их стоимость.

— Ты хочешь продать их? — спросил ювелир, доставая кристаллическое стекло и внимательно рассматривая украшения.

— Не знаю, еще не решил — ответил целитель.

— Тонкая работа — проговорил ювелир. Потом резко вскинул голову, проморгался и снова склонился над стеклом.

— Так что, меня обманули? Это подделка? — нетерпеливо поинтересовался Нарис, стараясь играть свою роль хорошо.

— Они сделаны без магии — восхищенно произнес старик.

— И что это значит?

— Признаться, я еще не встречал украшения, выполненные без магии. Это требует намного больше сил, времени, терпения… Откуда был тот моряк? — заинтересованно спросил старец.

— Мы его долгое время не понимали, а когда надели амулет и поговорили…точно не знаю…но вполне вероятно, что он с Туманной Земли.

— Неужели возможно такое?!!! — воскликнул старый ювелир — Очень давно я слышал про человека с той Земли, и слышал, что у них нет магии… Но я в это мало верил. Как возможно так жить… Но если то, что говоришь, правда…

— Тот матрос тоже говорил, что у них нет магии — согласно кивая, сказал Нарис.

— О Килах! Если бы наши корабли могли туда добраться… — с сожалением произнес старик.

— Да, до сих пор не смогли… Так что там с моей оплатой, обманул он меня или нет? — с нетерпением в голосе спросил его клиент.

— Да, да. — старик возвратился из своих мыслей — Нет тебя не обманули. Камни неплохи, и огранены очень тонко. Даже не знал, что без магии так можно — любовно поглаживая сапфиры в кольце, ответил ювелир. — я не знаю от чего ты его лечил, но этот комплект можно оценить в 2 золотых, самое меньшее в полторы… Если ты намерен продать продай мне — пристально посмотрев ему в глаза предложил хозяин лавки.

— Я думаю продать их в Ларосе или в столице — намекнул Нарис.

— Возможно, тебе таких денег там не дадут, камни ведь не больно крупны. Могу накинуть еще пять серебряных. Итого два с половиной золотых. Это окончательная цена. И плачу я ее не за камни и золото, а только за то, они необычны. Это последнее слово — выпрямившись, твердо сказал ювелир.

— Хорошо. Слово. — ответил Нарис, предварительно сделав вид, что раздумывает над предложением. Хотя еще с той секунды как озвучили сумму в два золотых, он уже готов был расцеловать старичка. Он никогда не держал в руках драгоценности и ничего о них не знал. Но на эту сумму точно не рассчитывал.

Они быстро завершили сделку и Нарис, довольный сыгранной ролью, отправился на рынок. Закупив все необходимое и разузнав про направляющихся в Ларосу, он направился на опушку леса, где его ждали.





6 глава




Темнонильный лес располагался недалеко от Тираса. Если выйти из городских ворот и пройти немного, то дорога делала небольшой поворот у леса. Именно там, у поворота, где их не могли заметить с городских стен и встретились Нарис и Эллина.

Ожидание, как известно, очень тяжелое испытание. Когда проходит десять минут, а ты готов голову прозакладывать, утверждая, что прошел целый час. В таком ногтегрызочном состоянии Эллине пришлось провести несколько часов. Мнились всякие ужасы, в которых злой колдун требовал у Нариса рассказать, где прячется попаданка…

Но как говорится все проходит. Появившийся Нарис принес все, чтобы превратить ее в статистическую жительницу мира Алетан(название мира и материка). После инструкции что, как и на что одевают, Эллина удалилась переодеваться. А Нарис со стоном опустился на траву. Он, конечно, не будет рассказывать, каких трудов ему стоило покупка женской одежды. Эти бесконечные описывания руками: высоты, размеров груди, бёдер, длины рук, ног… Он подумал, что оказывается не так уж это и тяжело лазить в гнездо к гадюке… Уж куда как проще, чем покупать одежду девушке, смущаясь от вопросов лавочницы, краснея от двусмысленных комментарий соседних продавщиц… Никогда больше, поклялся он себе.

Затем появилась Эллина и он с сожалением вздохнул. Одежда, что была на ней раньше, была красочной и необычной. А сейчас она похожа на сотни девушек, которых он встречал раньше. Хотя… Нет, обычной она не стала. Белая рубаха с длинными рукавами и круглым воротом, поверх нее бледно-голубой колет и рыжая юбка в пол. Да сотни девушек выглядят так… Но стоило посмотреть на ее лицо…особенно — глаза…что-то чуждое в них ощущалось. Никогда она не будет обычной. Может она и права, что так боится внимания к себе.

Эллина под его изучающим взглядом нахмурилась. Там в зарослях, она тщательно свернула свои блузку, юбку и сумку. После недолгих раздумий добавила к ним и туфли(во-первых могут увидеть необычную обувку, во-вторых в своем мире понадобятся). Тщательно замотав это все мешковиной, связала и запрятала в котомку, в которой Нарис принес обновки. Колготки она оставила. В сумке были запасные. Надела поверх темно-синего кружевного белья (на свидание собиралась тщательно, ыыы)рубаху, затем юбку, а поверх — колет. Ну, колет — это что-то вроде жакета из ткани, с рукавами три четверти и круглым воротом. И застегивался он длинными петлями на деревянные цилиндрические пуговицы. Колет не совсем сходился спереди. Слишком маленький с паникой подумала Эллина. Надев на ноги тоши(местную обувь, кусок кожи на лодыжке затягивается шнурок), она отправилась к другу.

— Этот колет маленький — обвинила она его, обидевшись на молчаливое разглядывание, показывая на пятисантиметровый зазор.

— Он и должен быть таким, чтобы рубаха виднелась — ответил Нарис.

— Тогда, что не так?

— Ты выглядишь как наши девушки — со вздохом ответил он — но все равно, ты необычная.

У нее опустились плечи.

— Что же делать — жалобно спросила она.

Нарис достал из котомки какую-то белую ткань и начал разворачивать.

— Знаешь, у нас есть болезнь, после которой теряют волосы. Женщины, чтобы скрыть это одевают вот это. Кортли. Когда я увидел твои короткие волосы, я подумал, что их нужно закрыть…у наших девушек волосы длинные. Просто боялся обидеть… Ты ведь не больна…и эээ…

— Ох, Нарис, о чем ты говоришь. Я же говорила, для меня главное, чтобы никто про меня ничего не заподозрил… Если я его надену, все подумают, что я больна? Прекрасно. Тогда ко мне точно никто не полезет — говоря все это, она забрала то, что он назвал котрли и начала рассматривать. Это было что-то вроде ободка для волос, к нему была пришита белая ткань, которая должна была покрывать всю голову. Разобравшись со всем, она надела ободок, разровняла ткань и посмотрела на Нариса, как бы спрашивая «Ну как?» Глаза, конечно, необычные, но это можно списать на болезнь. Он одобрительно улыбнулся. И она в очередной раз заметила, от его улыбки ей становится легче.

Затем Нарис отправился в заросли, чтобы переодеться. Выходя в люди обязательно надевают белую рубаху, объяснил он. Вернувшись, он был в белой рубахе, колет, как и у нее, не до конца сходился, и в зазоре видна рубаха.

Как волшебник, достав из котомки обед, он накормил и напоил ее. Она была готова расцеловать его за заботу и внимание.

Затем каждый из них помолился своему богу, попросили удачной дороги, и поглядев некоторое время в глаза друг другу они взявшись за руки вышли на дорогу. Это было начало долгой дороги домой.

Нарис объяснил, что им надо перейти на другую дорогу, ведущую в Ларосу. Эта вела к портовому городку. И пока они шли, он рассказал, как он продал ее украшения. Два золотых он гордо протянул ей. Остальные он потратил на одежду и еду. Обрадовавшись возможности вернуть долг, один золотой она его заставила взять. А второй…она все равно не знает здешних цен, за все расплачиваться ему, лучше, если деньги будут у него. Решив, таким образом, все финансовые вопросы, они добрались до тракта. Там они догнали подводу, везшую соленую оленину. Нарис не просто так расспрашивал о направляющихся в Ларосу. Заплатив немного меди, они получили место, чтобы ехать, а не идти пешком.

Эллина даже не знала хорошо это или плохо, что они едут. С одной стороны ехала эта телега с той скоростью, с какой она бы шла быстрым шагом. И при этом трясло ее так, что на начала бояться за свой язык. С другой — состояние дороги было таким, что она бы быстро выдохлась, пытаясь выбраться из вязкой грязи.

Сжав зубы, чтобы не откусить язык, она тряслась и думала «Вот интересно, магия у них тут, рукой взмахнут — горы растекаются, реки пересыхают, а дороги как…как…ну как в русских деревнях… Но у нас есть оправдание — у нас нет магии, потому и дороги такие» — она чуть не фыркнула. И чтобы развлечь себя начала представлять, как российские чиновники рассказывают, что дороги плохие из-за отсутствия магии, что в Англии Гарри Поттер и ему подобные строят дороги, а в Скандинавских странах вообще все делают гномы… Представляя все это, Эллина чуть не рассмеялась. Встретившись с ней глазами, Нарис улыбнулся.

Ехать им предстояло три дня. На пути встречались постоялые дворы. И надо сказать, что все прочитанные ее описания в исторических книгах подтвердились. Темный зал, заставленный засаленными деревянными столами, оплывшие свечи на них, огромное количество запахов, начинания от пропотевших своим и лошадиным потом мужчин, до топившегося жира… Аппетит у Эллины пропал сразу. Она попросила Нариса отвести ее в комнату. Пытаясь дышать через раз, она пошла за ним наверх, чуть не споткнувшись на темной лестнице. А когда перед ней открыли дверь, заставила себя не побежать спать на телеге с олениной. Там она, как оказалось, чувствовала себя не так мерзко. Темная с низким потолком три на два комната, маленькое окошко с мутным стеклом, узкая низкая кровать у левой стены, сундук и табурет с тазиком у правой, а на полу кувшин. Запахи, чуть слабее, чем внизу. Нарис показав ей на тазик и кувшин с водой, пробормотав что-то про хорошие сновидения, ушел. Когда ей казалось, что хуже быть не может, она вспомнила, что в книгах писалось о блохах и вшах. Она осторожно отодвинула покрывало на кровати… Нет! Она ни за что не ляжет сюда. Сняв с табуретки тазик, она оттащила его подальше от стены и обняв свою котомку уселась на него. Усталое тело требовало горизонтальной плоскости, чтобы отдохнуть, но она не поддавалась. Сколько времени она просидела так, иногда вздрагивая от ощущения чего-то ползающего по ней, она не знала. Но стук в дверь вырвал ее из этого кошмара. Открыв дверь, она увидела Нариса, в руках у него было одеяло, на котором они вместе спали вчера и сверток.

— Не могу уснуть, пока ты не уснешь — ответил он на незаданный вопрос — Это одеяло обработано настойками, которые отпугивают насекомых. Завернись в него и спи спокойно. А одежду заверни вот в это — он достал из-за пазухи кусок ткани.

— А ты? — спросила она, забирая одеяло.

— А меня вся одежда так обработана. Не волнуйся — он прошел в комнату и развернул на сундуке сверток, там были оставшиеся от покупок в Тирасе хлеб, вяленое мясо и кота в бутыли. — Поешь. Нельзя ложиться голодной.

Не зная как выразить свою благодарность, она взяла его руку двумя руками и сжала. Он провел рукой поверх ее кортли

— Пусть Килах пошлёт хорошие сны — сказал он и тихо затворив дверь ушел.

Эллина, не теряя времени, быстро перекусила, умылась над тазиком. Кортли, юбку и колет она, как советовал Нарис, завернула в ткань. Рубаху она оставила вместо пижамы. Затем, завернувшись в одеяло, очень осторожно, улеглась на кровать. Она закуталась так, что на виду остались только глаза, нос и губы. Заснула она быстро. Во сне она увидела Руслана, он рассказывал, что от блох можно спастись, их нужно опалить драконовым огнем.





7 глава




Путешествие длилось три дня. За это время Эллина успела убедится, что Нарис на самом деле, невероятно добрый и отзывчивый парень. В дороге им встретилась женщина, с больным ребенком. Нарис осмотрел и подлечил его, не взяв у женщины медяки, которые она с благодарностью протягивала ему. Увидев подслеповатого нищего, накормил его. Он вообще не проходил мимо, если мог чем-нибудь помочь. Как и с Эллиной. И вот теперь они стояли на невысоком холме и смотрели вниз. Раскинувшаяся под ними равнина была аккуратно расчерчена полями, а по диагонали ее пересекала серебристая река. Вдалеке виднелись крыши деревенских домиков, паслись стада, поедая недавно проклюнувшуюся траву… И нарушая всю эту пастораль, на берегу реки высились грозные городские стены. А над стенами остроконечные крыши полыхали всеми цветами радуги. Красные, желтые, синие, черно-оранжевые, бело-зеленые, золотисто-серые… И еще какие-то самые невероятные сочетания. Зрелище было красивым. Это было похоже на огороженную клумбу с фантастическими цветами.

Эллина так и сказала Нарису. И видно было, как тот польщен. Город свой он очень любил.

Когда они подъехали к самым воротам радужное настроение, любование городом и восхищение Эллины разбились вдребезги. Так получилось, что пока они ехали к городу, ветер дул от них. А когда они подъехали к воротам, он подул от реки, протекавшей через город. Вонь была такая, что у Эллины зачесалось в носу, а на глазах выступили слезы. Путь от ворот до дома Нариса она не запомнила. Ему пришлось буквально тащить ее, потому что все ее силы были направлены на то, чтобы ее не стошнило. Втащив ее дом и усадив на стул, он накапал на запястья то же средство, что использовал тогда у Колдула. Настойка не подвела и Эллина почувствовала себя лучше.

— Извини — проговорила она — вонь была слишком сильной, мне стало плохо — она чувствовала себя виноватой. Нарис так старается, а ее от всего выворачивает

— Обычно запах не бывает сильным. Ветер уносит его. Но иногда он дует в другую сторону… — он пытался оправдаться за свой город. Он чувствовал все, что чувствовала она, и путь до дому дался ему также нелегко. Оба чувствовали себя неловко. Нарис пытаясь сгладить ситуацию начал показывать ей дом. Она охотно подхватила игру «а ничего и не было» двигалась за ним, разглядывая комнаты.

Дом, к ее удивлению, был большим. После встречавшихся им на пути постоялых дворов, которые были похожи один на другой, ей казалось, она больше не увидит просторных комнат с высокими потолками. Но здесь они были именно такими. Стены сложены из каменных блоков светло-серого цвета. Окна были узкими и высокими, но стекла все же мутные. Полы тоже каменные. Четыре комнаты внизу и четыре наверху. Верхние комнаты оказались нежилыми и полупустыми.

Эллина сказала Нарису, что ей дом кажется очень большим и светлым. Он рассказал, что у его отца был неплохой дар земли, и этот дом он создал сам. Его мать была целителем. Сильным целителем, насколько она поняла. В их доме был достаток, пока однажды не принесли весть, что рухнул мост, их родителей нашли среди погибших(Эллина вздрогнула «Даже так?!»). Арис тогда было восемнадцать, ему тринадцать. Ей нужно было учиться еще два года в Академии, чтобы начать зарабатывать. Все сбережения родителей уходили на пропитание. Прежде чем Арис окончила учебу и устроилась работать в лавку, им пришлось много чего продать из мебели, посуды, одежды. Нарис в этом году заканчивает обучение в Академии и тогда он, получив лицензию, начнет лечить.

Рассказав все это, целитель отвел ее комнату, расположенную на первом этаже.

— Эллина, это моя комната. Ты отдыхай, приходи в себя. А я пойду в Академию. Надо узнать, когда прибудет ксан-магистр. Его нелегко поймать. Иногда он отсутствует месяцами. Арис придет вечером, когда закроет лавку, может, я успею вернуться до ее прихода. А если она придет раньше, просто не выходи из комнаты, сюда она не пойдет. А когда я приду, все ей объясним — выдав ей эти ценные указания, он ушел.

А она заснула. Хотя была уверена, что это невозможно, учитывая, что решается ее судьба. Но, по всей видимости, испытание устроенное красавицей Ларосой оказалось очень тяжелым. Поэтому свернувшаяся клубочком девушка проспала до хлопка двери, указавшего ей, что кто-то вернулся домой. Приподняв голову с подушки, она стала прислушиваться. Шаги затихли у ее комнаты и в дверь постучали.

— Входи — пригласила она.

Нарис вошел и взглянув на нее чуть не рассмеялся. Сонная, с растрепанными волосами и отпечатком подушки на щеке, она показалась ему похожей на ребенка.

— Ты поспала?! — спросил он — Молодец. Выглядишь отдохнувшей — подойдя к ней, он присел на кровать.

— Ну что, какие новости? — чуть хрипловатым со сна голосом, спросила она.

— А новости такие. Не знаю, правда, понравятся ли они тебе… — вздохнув, он продолжил — Ксан-магистр был в Академии четыре дня назад. Он оставил замещать себя магистра Тулар, а сам он вернется не раньше чем через три декады.

— Три декады это тридцать дней? — спросила Эллина, после некоторых раздумий. Нарис кивнул — Значит, мне придется ждать целый месяц.

Ей казалось, она буквально видит, как тает ее возможность поскорее отсюда убраться. Подтянув ноги, она обхватила их руками. Три дня пути она успокаивала себя тем, что как только доберется до места, она приложит все усилия для возвращения. Но сейчас, оставшись без цели, она почувствовала как отчаяние и страх подползают к ней все ближе. Мысль о том, что она может застрять здесь навсегда, мысль, которую она так упорно отгоняла от себя все это время, начала набатом звучать в голове. Она с тоской вспомнила синие глаза. Неужели они больше не встретятся. Слезы, которые уже подползли к глазам, она со злостью остановила. Столько она не плакала с детской поры. С той поры, когда даже разбитая коленка казалась катастрофой. Даже на похоронах родителей она не плакала. Только много позже, приходя в пустой, холодный дом позволяла себе всплакнуть. Но с тех пор как она оказалась здесь она только и делает, что плачет. Все! Хватит! Если бы слезы помогали, она бы дала им волю. А поскольку это не так, то нужно…нужно… Нужно составить новый план!

— Молодец! — почему-то похвалил ее Нарис.

— ???

— Просто с тех пор как нас связал источник, я чувствую все твои эмоции — объяснил он.

— Это когда что-то такое светилось?

— Да, около Колдула.

— А что это значило? У меня был такой сумбур в голове, я просто не додумалась спросить.

— Это значит, что мы с тобой связаны.

— Подожди, как связаны? — запаниковала Эллина.

— Когда люди случайно или намеренно оказываются около магического источника, то там они узнают, кем они могут стать друг для друга. Например, влюбленных может связать на всю жизнь. А других сделать самыми верными друзьями. Или сделать близкими как братьев.

— А мы как связаны? — шепотом, словно боясь услышать ответ, спросила его связанная.

— Мы как брат и сестра. Я бы сказал даже как близнецы. Знаешь, у них бывает, что один чувствует то же, что чувствует другой. Вот и мы с тобой…связались — улыбнулся Нарис.

По мере объяснения Эллина начала успокаиваться, а когда проанализировала все:

— Так там на постоялом дворе ты понял, что я не могу уснуть? — догадалась она.

— Понял!!! Да я за столом сидеть не мог, мне все казалось, что по мне блохи прыгают. Хотя ведь точно знаю такое невозможно. Вся моя одежда была обработана. Ко мне даже в лесу ничего не пристаёт. А тут… На меня все там сидевшие оглядываться начали, пока я не понял в чем дело — он со смехом продолжал — Когда мы туда только вошли и твои ощущения на меня накатили, мне чуть плохо не стало… А сам думаю, я же здесь постоянно останавливаюсь, когда в Тирас езжу, что же здесь не так… В общем пока я понял в чем дело, подергался знатно — закончил он под смех Эллины.

— А потом когда мы сюда приехали? — сквозь смех спросила она его.

— Тебе смешно? А я даже про настойку не вспомнил. Не могу понять, отчего такое отвращение… И запах этот…я к нему уже и привык…а тут…с трудом до дому дошел — к концу его рассказа они уже дружно смеялись, выплескивая напряжение последних дней. И резко оборвали смех, когда услышали, как кто-то зовет Нариса.

— Это Арис пришла. Пойдем — он взял ее за руку, и они вместе вышли из комнаты.

Эллина волновалась. Нарис сказал, что сам объяснит ее появление сестре, и она не зная, что он собирается ей говорить, чувствовала себя не в своей тарелке.

— Я все чувствую — погрозил он ей пальцем. И она постаралась успокоиться.

Они прошли в комнату, которую Эллина назвала прихожая-гостинная-столовая. А как иначе ее назвать? Вы открываете входную дверь и оказываетесь в комнате, где вдоль правой стены тянется низкая мягкая кушетка, а посередине стоит стол с шестью стульями. В левой стене находилась дверь на кухню. Сейчас там находилась сестра Нариса. Эллина удивилась, когда увидела перед собой девушку лет восемнадцати. По рассказу Нариса ей должно двадцать четыре, ну в крайнем случае двадцать три. Пока они обменивались «Благодатями Килах» она хорошо рассмотрела ее. Голубоглазая шатенка и очень похожа на брата, или он на нее. Лицо у нее было таким же добрым и открытым, только Эллине оно показалось немного…наивным. Одежда на почти полностью повторяла то, что было на Эллине, разве что оттенки другие, а на голове была какая-то замысловато уложенная коса.

Закончив приветствие и расспросы, Нарис начал знакомить девушек:

— Познакомься Арис, это Эллина, наша кузина.

— Я думала, ее зовут Лотти.

— Это другая кузина, она дальняя родственница.

— Аааа. Откуда ты Эллина?

— Она из Лесовичек — ответил за нее Нарис.

— Как твои родители?

— Они погибли. Поэтому она и приехала сюда. Побудет здесь немного, может работу найдет — Нарис продолжал отвечать вместо нее, даже не подозревая, что попал в яболочко.

— О Килах! Ты только не плачь, у нас тоже нет родителей. Мы тебе поможем. Может, ты и замуж выйдешь, ты очень красивая, только надо тебя причесать. А отпечаток на щеке пройдет. Тут есть хорошие парни, мы поищем среди них. С работой поможем. А почему у тебя волосы короткие? Ты, наверное, болела. Какие косы у вас носят? Я знаю шесть способов плетения. Я тебя научу. Старайся быть красивой и замуж выйдешь очень скоро…

— Арис мы бы поели, есть у нас что-нибудь? — оборвал ее тираду Нарис. Все это время Эллина простояла в недоумении. Она вопросительно взглянула на него, он только пожал плечами.

— О да, конечно. Что это я. Вы наверняка голодны, а все расспрашиваю — она уже возилась у большой печи.

Когда они, умывшись, пришли к столу, Арис уже все выставила. Сев за стол и взглянув на рыбу, Нарис состроил гримасу. Эллина ничего не поняла, а попробовав кусочек, чуть не замычала от блаженства. Рыба была бесподобна. Учитывая, что всю дорогу сюда Эллина отказывалась есть в тавернах и только перекусывала, запивая это котой, то сегодня она будет чревоугодничать, решила она. А к двузубой вилке она быстро приспособилась. Не обращая внимания на Арис, которая рассказывала все сплетни, накопившиеся за время отсутствия брата, Эллина пробовала все, что стояло на столе. Ужин был вкусным и сытным. Так, что по окончании его она забыла все свои упаднические настроения и была настроена решить все проблемы. Но только не сегодня. Несмотря на то, что она недавно спала, ее потянуло в сон. Она махнула рукой на не составленный план. Завтра составит. Сегодня же нужно было решить, где она будет спать, о чем она и поинтересовалась у хозяев. Нарис сказал, что Арис занимает комнату родителей и там большая кровать. Она может устроиться рядом с ней. А если нет, то наверху есть кровать, только комната не очень теплая, придется кутаться. Эллина отказалась от совместного проживания. Ей нужно было личное пространство. У нее было подозрение, что про личное пространство объяснить Арис она не сможет. Поэтому выбрав комнату наверху, она пошла ее смотреть. Комната находилась прямо над кухней, поэтому в ней было теплее, чем в других. Чувствовалось, что здесь не живут. Кроме узкой кровати здесь ничего не было. Нарис и Арис ушли, чтобы натаскать сюда все, что понадобится для жизни, а она тем временем подошла к узкому окну. Попытавшись рассмотреть что-нибудь, она смогла увидеть только мутные тени.

Арис вернулась, таща огромное ведро с водой и тряпками. Не теряя времени, они, закатав рукава своих белых рубах, принялись за уборку. Эллина помыла окно, а Арис, намотав тряпку на длинную палку, собрала паутину по углам. Затем они помыли кровать. Когда они заканчивали мыть полы, их позвал Нарис. Он стоял в соседней комнате около пустого сундука, а вокруг лежали свертки, по всей видимости из того самого сундука. Сундук был тяжелым, и им пришлось поднимать его всем вместе. Кряхтя и пыхтя, они донесли его до нового места жительства и поставили напротив кровати. Пока девочки отмывали сундук, Нарис притащил шкуру волка, предварительно оттряхнув ее от пыли. Она заняла место между кроватью и сундуком. Чтобы не ходила босиком по каменным полам, объяснил он Эллине и ушел. На кровать положили тюфяк и накрыли простынкой, сверху толстое одеяло. И все. Вот и вся обстановка. Шторы на окнах не подразумевались. И так мало света пропускают. Картин и ковров даже внизу не было, не то что здесь…

Но Эллина была рада и этому. Главное здесь она сможет спрятаться от всех, если будет уж совсем худо. Это будет ее раковина на тридцать дней. Она понадеялась, что это не продлится дольше.

На улице стемнело. Арис притащив снизу ее котомку и горящую свечу, пожелав ей хороших сновидений, ушла. Развязав завязки на котомке, Эллина выложила на кровать все свое имущество. Развернула юбку из темно-синего бархата и разложила ее на одеяле. Рядом положила изрядно помятую блузку. Туфли, которые она запаковала в целлофановый пакетик(нашелся у нее в сумке), поместила рядом с блузкой и завершила эту картину сумкой. Она разглядывала все эти вещи и вспоминала, как она собиралась в тот день.

Это был воскресенье. Руслан предложил провести весь день вместе. Она прочитала много любовных романов, поэтому знала, что нужно продумать свой гардероб до мельчайших деталей. Она приняла душ, надела кружевное белье, тонкие едва различимые колготки, голубую блузку с кружевами, и длинную синюю юбку с широким поясом. Макияж она продумала еще вчера. Черная тушь, подводка для глаз, голубые тени — и ее и без того выразительные глаза, стали буквально завораживающими. Легкий мазок румян, розовый блеск для губ и последний штрих — любимые духи с легким цветочным ароматом. Из украшений — бабушкин комплект с сапфирами и любимый Бублик. Волосы она оставила распущенными. Накинув демисезонную куртку(ее она кстати потом забыла в кафе), надев бежевые туфли с синими вставками и захватив свою незаменимую сумку, она отправилась на свидание. Она провела замечательный день. Она наслаждалась каждой минутой. Но апогеем стало, когда Руслан взволнованно произнес, что боится ее потерять. Что она может встретить кого-то и решит, что им не по пути. И хотя они встречаются только месяц, он уверен на сто процентов, что она именно та с кем ему хотелось прожить всю жизнь. «Я не хочу тебя торопить. Но хочу, чтобы отныне начала задумываться о том, чтобы жить вместе» говорил он. Когда она уже решила, что он предлагает спать вместе, он сказал «Если ты сейчас скажешь, что ты согласна, то завтра я пойду писать заявление в ЗАГС. И тогда ты от меня не избавишься». Произнес он это все с шутливой угрозой, но знал бы он, как расцвело у нее все в душе! Тогда она сказала, что ей надо подумать. Но идя домой лесной тропой, которую она выбрала, чтобы не встречаться с односельчанами, она уже решила ответить согласием. Она была так счастлива, что не заметила того что творилось вокруг. Что он подумал, когда ночью не ответила на его смс-ки или, когда она не пришла на следующий день на работу? Слезы, уже в который раз за эти дни, начали катиться из глаз. Она ничего с этим не могла поделать.

Тихо постучавшись, вошел Нарис, уже как-то привычно держа в руках их походное одеяло, и сказал:

— Эллина, пора спать. Давай я помогу уложить вещи — откинув крышку сундука, он требовательно посмотрел на нее.

Она запоздало вспомнила о его информированности о ее эмоциях. Взяла юбку, аккуратно сложила и подойдя к сундуку начала укладывать ее. Нарис передавал ей вещи, а она укладывала. Туфли она оставила, их надо было почистить. Эти действия ее успокоили.

Тем временем одеяло и простыню на ее кровати откинули и застелили тюфяк походным одеялом.

— Это одеяло принадлежало моей матери. В него вплетено много заклинаний. Она часто ездила собирать травы и всегда брала его с собой. Оно не пропускает холод, влагу, отгоняет насекомых и даже отпугивает животных — пока он говорил все это, он снова застелил кровать. Потом обернувшись к ней начал расстегивать колет. Надо сказать, у Эллины даже мысли не возникло, что он будет к ней приставать. Он помог ей лечь и укрыл одеялом:

— Не переживай так. Уверен, он тебя любит и это главное. Потерпи до приезда ксан-магистра. Я помогу тебе всем, чем смогу. Мы найдем самых лучших портальщиков и откроем Колдул.

— А это одеяло…там, в лесу, я думала, у меня все тело будет болеть — сонно и невпопад сказала Эллина — а когда проснулась, чувствовала себя такой отдохнувшей…

— Да. Вот такое волшебное одеяло — тихо прошептал он, наблюдая за засыпающей девушкой. Когда ее дыхание выровнялось, он осторожно встал с кровати и, погасив свечу вышел.

Он не знал, как сказать ей правду. Он не знал, сколько затребуют у них маги. Учитывая их аппетиты… Он только надеялся, что королевский маг поможет ей хотя бы из любви к науке… Только это все так ненадежно…





8 глава




Утром, когда она спустилась вниз, жизнь в доме уже кипела. Брат с сестрой уже умытые и одетые, накрывали на стол. Нарис показал ей, где можно умыться.

Под щебетание Арис они дружно позавтракали. Дождавшись ухода сестры, Нарис обрисовал распорядок дня. Утром они оба уходят и приходят только вечером. Все это время она будет одна. Но пусть она ничего не боится, главное — не выходить на улицу, можно заблудится. Эллина спросила, где можно искупаться. Оказалось, что нужно натаскать воду из колодца, расположенного позади дома. Кто бы сомневался. В печи есть котелок для кипятка, а в углу широкая бадья.

Эллина проводила Нариса до двери и закрыла ее за ним на задвижку. А потом, глядя в потолок, громко сказала:

— Респект средневековым коммуникациям! Тридцать дней, тридцать долбанных дней… Вы придурки…думаете, уломаете меня? А вот фигу не хотите? Я вернусь…и только попробуйте мне помешать…я…я вас в дерьмовой вонючей речке утоплю. Благо она здесь рядом. Не лезьте ко мне — погрозила она кулаком потолку. Закончив аутотренинг, она решила приступить к водным процедурам.

Выйдя через заднюю дверь, она оказалась на небольшом закутке, куда выходили задние двери соседних домов. В середине находился колодец, выложенный по кругу камнями. Добравшись до него и разобравшись с конструкцией, она начала набирать воду.

Набрав воду, искупавшись, постирав все свои вещи, вплоть до белья, развесив их сушиться, закуталась в простыню.

Достав из сумки блокнот, она вырвала лист и, прихватив ручку, отправилась на кухню. Составлять план.

План состоял в следующем. ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ НЕ ВЫХОДИТЬ ИЗ ДОМА! Из прочитанных книг о попаданках она знала, сколько приключений на одно место можно найти, только выйдя за порог. Поэтому — никуда не выходить, ни с кем не говорить. А чтобы занять себя временно станет домохозяйкой. Довольная составленным планом, Эллина держа свою простыню на манер римской тоги, отправилась осматривать свои будущие владения, то бишь кухню. Шкафов здесь не было, были длинные полки вдоль стен, а на них хозяйские запасы. Изучение припасов умерило энтузиазм Эллины. Эти овощи она не узнавала. Когда она вчера ела, все было вкусно, съедобно и знакомо. Но это…эти… Взяв на пробу несколько овощей, она определила, что например оранжевый круглый корнеплод по вкусу похож на редиску, а зеленый продолговатый — репчатый лук. Пока она разберется, что к чему, готовить она не сможет. Отложив кулинарные планы на потом, она надела высохшую рубаху и отправилась делать уборку по дому. К вечеру она убрала весь первый этаж. Методом «проба языком» найдя некоторые специи, она даже приготовила рыбу под сметанным соусом, которую нашла в широкой чашке со льдом. Это был подвиг! Она проделала это в дровяной печи! Правда ее мучили сомнения, ведь вчера они уже ели рыбу… Но поскольку здесь больше ничего не было, она решила что сойдет.

Когда пришла Арис, восторги не затихали. Ой, как здесь чисто. Ой, какая вкусная рыба, и все в том же духе. Коту она приготовила сама. Нарис тоже похвалил ее хозяйские способности. Они поужинали. Арис рассказывала все слухи, что услышала стоя за прилавком. Нарис рассказал смешные случаи из Академии. Затем они дружно убрали посуду. Арис научила Эллину готовить коту и рассказала про то, какие овощи куда класть и с чем сочетать. Она обещала взять ее с собой на рынок, когда у нее будет выходной. Эллина не стала говорить, что никуда выходить не будет. Затем поболтав еще немного, они умылись и разошлись по комнатам спать.

На следующий день история повторилась.

И на следующий.

И на следующий.

На пятый день у Арис был выходной(неделя здесь длилась десять дней и каждый пятый был выходным). Но Эллина от похода на рынок отказалась. А Нарис отправился по своим делам. Вернулись они вечером. Следующие дни потекли в том же ритме.

Дом уже был отмыт. Утром она натаскивала воду, а вечером готовила ужин. Для себя она не готовила. Промежуток между водой и ужином стал мучением. Читать нечего, рисовать не на чем, да она и не умела… Начали появляться мысли, что приключения возможно не так уж и плохо. По крайней мере, у попаданок наверняка не оставалось времени на мучительные воспоминания. Или времени на выдумывание ужасов…

К концу декады она пришла к выводу, что один поход на рынок не смертелен. И было бы не плохо побольше узнать о месте, в котором она очутилась. Вдруг ей придется убегать. Или она останется здесь одна. А еще ей нужна одежда, не ходить же весь месяц в одном и том же. Такие доводы она приводила своему второму Я…

В общем, когда Арис предложила пойти за покупками, она закивала головой и сказала, что утром будет готова. Нарис ничего не имел против, только попросил не отставать от сестры, чтобы не заблудится. Утром, когда она закончила одеваться, он зашел к ней и протянул мешочек:

— Здесь деньги. Но мой тебе совет, не показывай Арис. Она начнет тебя убеждать, что например «без этих бус тебе никак не найти мужа, а в этой рубахе ты краше в сто раз» — сказал он, подражая щебетанью Арис — Бери то, что действительно тебе необходимо.

— А вдруг я и в самом деле в той рубахе буду краше? — хмыкнула она.

— Аaa, ну тогда конечно, надо брать — в тон ответил ей Нарис.

Он ушел, а она тщательно спрятала волосы под кортли и отправилась вниз.

Арис прихватила корзину и, открыв дверь, вышла. Эллина боязливо перешагнула через порог.

Иииии…ничего. Она начала озираться по сторонам. А вокруг были одни стены. Каменные. Разных оттенков. А внизу грязная жижа. В эту жижу были уложены доски. Тротуар — догадалась она и спустилась по ступенькам в количестве трех штук.

Экскурсии по городу не получилось. Как знакомится с местными достопримечательностями, если все время нужно смотреть под ноги, чтобы не попасть в грязь? Одна рука вцепилась в руку Арис, другая придерживает юбку, глаза уткнулись в доски под ногами — вот так она и добиралась до рынка.

Здесь, правда, дела обстояли лучше. Здесь не было грязи, и был булыжник. А поскольку туфель на каблуках на ней нет, то ходила свободно. Ну, если не считать того, что руку Арис не выпускала.

Вечером сидя в своей комнате и перебирая покупки, она решила, что план можно и перепланировать. Вылазка прошла без эксцессов. На нее никто не обращал внимания, не показывал пальцем, и никто не кричал, что здесь попаданка. Шум и гам, стоявший здесь, не выбил ее из колеи, а наоборот встряхнул, после столького времени, проведенного в одиночестве. Как и у всякой женщины, после покупок у нее поднялось настроение. С помощью Арис она подобрала себе пару юбок и колетов. Правда, когда она, увидев красивую бирюзовую юбку, подскочила к ней, настроение у нее стало мерзким. Два золотых! А у нее только две серебряные и немного меди. Да уж действительно, цветные вещи для богатых. Ну, ничего, успокоила она себя, когда я попаду домой, я себе юбку в сто раз красивее куплю. У них здесь даже резинки нет, все на шнурках и завязках. Беее. Аутотренинг опять привел ее в хорошее настроение.

Арис показала ей лавку, в которой она торговала рыбой. У нее дар воды и поэтому она подмораживает рыбу, чтобы она не портилась. Информация эта породила множество вопросов, но на них мог ответить только Нарис.

Прохаживаясь между рядами, они встречали знакомых Арис, и та никогда не упускала возможности поболтать. Особенно с мужчинами. В течении десяти дней, что Эллина провела в их доме, она уже поняла, что сестра Нариса хорошая и добрая девушка, но чрезвычайно легкомысленна и кокетлива. По ее ежевечерним рассказам, она уже поняла, что Арис интересуют только ее внешний вид, сплетни и замужество. Поэтому когда она останавливалась около парней, Эллина делала вид, что увлеченно разглядывает прилавки, не выпуская ее при этом из виду. Время они на ее болтовню потратили прилично. Теперь понятно, почему она так поздно возвращается отсюда, сделала вывод Эллина. Но все когда-нибудь кончается. Распрощавшись со знакомыми и закупив необходимые покупки, они отправились домой.





9 глава




Довольная что вылазка прошла без приключений, еще больше довольная, что ужин готовить не ей, Эллина отправилась вниз. Еще на лестнице она услышала жалобы Арис на мозоли от ведер, которые она таскала. Ее это удивило, ведь воду они натаскали еще утром. Нарис стоял рядом с ней, держа ее за руки с видом отца измученного капризным ребенком.

— Ты же маг воды, почему не создашь воду прямо здесь, в ведре? — спросила Эллина, вспоминая возникшие у нее вопросы, когда Арис сказала, что у нее дар воды.

— Потому что, во-первых, она не маг, а во-вторых, если она это сделает, останется с пустым резервом и не сможет завтра работать — раздался незнакомый голос за ее спиной.

Эллина резко развернулась. Чужой. Он стоял у двери в гостиную. У нее ослабели ноги, а в голове забилась мысль «Сглазила!!!». В панике она начала решать, как поступить. Может стукнуть его по голове сковородкой…или попытаться соблазнить… Она беспомощно посмотрела на Нариса. Тот спокойно произнес:

— Эллина познакомься, сувар Лаир Баникер. Мы вместе учились в Академии.

Сквозь хаотично бьющиеся друг о друга мысли, одна выскочила, подсветилась лампочкой и постучала по голове. Вместе учились! Может это не по ее душу? Просто однокурсник зашел в гости… Серые глаза внимательно смотрели на нее, чего-то ожидая.

— Благодати Килах — не дождавшись от нее реакции, поприветствовал сувар первым.

— Ааа…ООО…даа Благодати, ага — пролепетала она.

Нарис же спокойно вышел, подхватил друга под руку и увел, рассказывая, что Эллина Колари его кузина и приехала недавно…

Прошло несколько часов, прежде чем однокурсник удалился. За это время Эллина несколько раз невпопад ответила на вопросы Арис, затем позорно сбежала к себе в комнату. Где и ела себя поедом, говоря, что завалила простейшее испытание. Не вспомнила ответ на приветствие. В голове крутилось что-то про благодать и детей, но знала — чего-то не хватает…

Проводив друга, Нарис поднялся к ней в комнату, и рассмеялся, увидев жалобное выражение ее лица.

— Успокойся, глупышка, не такой он и страшный — сказал он присев рядом с ней на кровать — Лаир хороший парень, хоть и барон — амулет перевел слово барон, а как это звучит на их языке, она не расслышала, но сейчас было не до этого — Я сказал ему, что на тебя произвел впечатление его колет — смеясь, закончил Нарис.

— Он ничего не заподозрит? — с надеждой спросила Эллина.

— Брось. Чего ты все время дергаешься. Представь, что в своем мире ты встретила человека, который странно себя ведет. Чего-то боится, оглядывается, дергается, отвечает невпопад — что ты про него подумаешь?

— Ну… не знаю… Может он от кого-то убегает, может, украл чего, или он больной…

— Вооот! Но ты же про него не подумаешь, что он из другого мира?

— Нннет наверное…

— Ты точно подумаешь, что угодно, только не это. А посему давай ты успокоишься, расслабишься…

— Нарис, а почему ты мне про него не сказал? Я же была не готова… Вот про Арис ты рассказал, и все прошло нормально. А тут…

— Я был уверен, что его не будет в городе — со вздохом ответил Нарис — Он закончил Академию в прошлом году и отправился в столицу. Не ожидал, что он сюда вернется. Вообще он часто у нас бывал. Мы сдружились с ним за время учебы.

— А чего это Арис на ночь глядя, воду таскать ходила? — спросила Эллина, вспомнив, с чего все началось.

— Ты же уже знаешь ее — со вздохом сказал Нарис — При виде мужчины она прибегает ко всяким уловкам, чтобы привлечь к себе внимание. Это представление было рассчитано на Лаира. За все время, что он здесь бывает, он ее уже изучил. Но она продолжает в том же духе. Не думай, что я ей не говорил. Говорил, но…она просто такая, какая есть — с видом покорности неизбежному закончил Нарис.

— Странно, он же барон. Ты не говорил, что у вас здесь аристократы и простые люди дружат — заметила Эллина, укладываясь поудобнее.

— Он не обычный аристократ — вытянулся рядом с ней Нарис и продолжил — Там темная история. Он родился в богатой родовитой семье. Его мать умерла, когда он был еще маленьким. В доме появилась мачеха, у нее родились трое детей. Потом умер отец. Что произошло дальше непонятно. Ему было десять лет, когда мачеха заявила, что мальчик сбежал из дома. Когда ему исполнилось четырнадцать, его, как и любого ребенка с даром забрали в Академию. Он был среди беспризорников. Видишь ли, Эллина, дар, начиная с восьми — девяти лет, усиливается. Но его спонтанные выбросы еще безопасны. К четырнадцати годам резерв становится довольно большим, и тогда необходимо начать обучение, которое позволяет контролировать дар. Академию проходят все, и нищие и богачи. Так вот. Есть специальный отряд, который выискивает среди сирот и беспризорников одаренных. Среди найденных оказался и Лаир. Помнишь, я рассказывал, что аристократы в основном все сильные маги… Когда Лаира в восемь лет осматривали, сказали, что у него сильный дар и он будет сильным магом. В Академии выяснилось, что дара у него какие-то крохи… Кто он такой никто не знал, и никто, конечно, не связывал его с семьей Баникер. Тут появилась бабушка. Мать матери. Про исчезновение внука она узнала много времени спустя, она жила в другой стране. Все это время она его разыскивала. В общем бабушка захотела восстановить права единственного внука, но… Стать наследником и возглавить род может только сильный маг. Каким бы старшим и законным наследником ты не был. Поэтому наследником стал сводный брат Лаира. За ним, правда, оставили фамилию Баникер. До приезда бабушки, он проучился два года. За то время когда он не был Баникером мы с ним и подружились. Сейчас он может общаться с себе подобными. Но, как он говорит, долго он с ними не выдерживает. Слишком много высокомерия и снобизма, особенно к беднякам. А он шесть лет провел среди бедняков. И знает, что они такие же люди, с достоинствами и недостатками… Я тебя еще не усыпил?

— Нет, я не сплю. Грустная история. — пробормотала Эллина.

— Ну, раз ты не спишь, то давай поговорим о том, что важно для нас. Арис можно было сказать что угодно, даже что ты королева, и она даже не потрудилась бы засомневаться. Разве что отправилась бы поскорее рассказать об этом соседям. Но Лаир… — она затаила дыхание — Знаешь, он ведь очень умен. Один из лучших адептов. Может, вы больше и не встретитесь. Но на всякий случай, у меня есть одна идея. Мне пришло это в голову, еще в Тирасе, у ювелира…

И он рассказал ей о своей задумке.





10 глава




Следующие два дня гостей не было, и дни протекали в уже знакомом режиме. На третий день, когда Эллина на кухне разливала коту в грубые глиняные кружки, послышался стук в дверь. Прислушавшись, она услышала как Арис с привычным кокетством, здоровается, расспрашивает о делах и приглашает гостя за стол. Мужской голос ответил, и несмотря на то, что слышала она его только раз, она его узнала. К ним пожаловал барон. Глубоко вздохнув и заставив себя успокоится, она отправилась в гостиную.

Гость уже снял с себя серый с серебряной вышивкой плащ и отдал его Арис. Он был высоким и худощавым. Темно-каштановые волосы слегка вились. Кожа была немного бледной, словно он много времени проводил в помещении. А глаза серые, пронзительные и невероятно красивые, девушкам на зависть. Он был одет в синие колет и бриджи. Вместо пуговиц на колете были драгоценные камни в оправе. На ногах сапоги из серебристой кожи. Ну и конечно ослепительно белая рубаха, куда без нее. Рассмотрев его, Эллина подумала, что не стоит судить Арис слишком строго. Вокруг такого любая будет вертеться.

— Благодати Килах — отрепетировано произнесла она.

— Благодати всем его детям — ответил он, не спуская с нее глаз — Сегодня ты не такая растерянная. Нарис говорил, что тебе тогда понравился мой колет.

— Дааа, понравился — неуверенно сказала Эллина, не понимая, к чему он ведет.

— А какого цвета он был? — неожиданно спросил барон.

— Эммм, он… — она лихорадочно пыталась вспомнить, что на нем было тогда — он был з-зеленый, да зеленый — облегченно выдохнула.

— Да конечно — задумчиво согласился барон.

— Ты как раз вовремя — отвлек на себя внимание Нарис — мы собирались ужинать. Садись с нами и расскажи, что нового в высшем свете — он увлек его и усадил во главе стола. Нарис сел по правую руку от него, Арис по левую, а рядом с ней примостилась Эллина. Они приступили к ужину, а гость начала рассказывать, как король соседней страны был на охоте ужален змеей, и уже вот третий день целители не могут его вылечить. Арис перебила рассказчика причитаниями на тему как это ужасно и как это страшно, когда жалит змея.

— Я уверена, если бы ты был рядом с тем королем ты бы его спас — подавшись к нему и хлопая ресницами, закончила она свою тираду.

— Еще чего не хватало. Если бы я там оказался, все что смог бы сделать, это подставить свою шею, вместо королевской ляжки. Рад, что твои мысли не материальны — надменно заявил он.

Эллина осуждающе на него взглянула. Вот хам. Неужели нельзя было притвориться. Повести себя как джентльмен и подхватить игру. И вспомнила бабушку. Бабушка говорила, чтобы узнать человека нужно посмотреть, как он обращается с другими людьми. Не с тобой. Может оказаться, что от тебя ему что-то нужно или он хочет произвести впечатление. Смотри, как он ведет себя с другими, особенно нижестоящими. И узнаешь, что это за человек.

Одно воспоминание потянуло за собой другое.

Вот она бежит к бабушке, плача навзрыд, и рассказывает, что Алеша не хочет с ней дружить. А бабуля успокаивающе поглаживает по голове и спрашивает, почему бы ей не водиться с Витей, с таким хорошим мальчиком. На что она ответила, что Алеша самый красивый, а Витя ему в подметки не годится. Бабушка вытащила из серванта очень красивую кружку, до которой Эллина давно хотела добраться. Что-то налив туда, бабушка протянула ее девочке. Восторженно глядя высохшими глазами на кружку, она прикоснулась губами к краю…и чуть ее не выронила. В заветной красивой кружке был прокисший огуречный рассол. А бабушка тем временем взяла старый щербатый ковшик и налила туда родниковой воды и сказала «С людьми также. Не смотри, какие они снаружи, нужно знать, что у них внутри. А то выберешь себе такую красивую кружку, а пить из нее не сможешь, потому что гадость это».

Несмотря на то, что тогда она была десятилетним ребенком, она все же запомнила этот урок. Школу и институт она закончила без влюбленностей и сердечных переживаний. В красивых ребятах, за которыми толпой бегали девушки, она, прежде всего, замечала недостатки. А девушки те, вызывали только досаду.

Вот и сейчас. Лаир резко обрывал щебетанье Арис какой-нибудь ехидной фразой. И возвращался к беседе с Нарисом. А Арис даже не обижалась на него. Безмятежно улыбалась, хлопала ресницами и подкладывала ему новые вкусные кусочки. Эллине так и хотелось ее одернуть и прошипеть «Уймись дура, он сюда ходит только из-за Нариса. А ты для него как муха, жужжишь над ухом, мешаешь разговору». Она схватила двузубую вилку и воткнула ее в рыбу. Раздражение усилилось. Опять рыба. Ну, сколько можно. Конечно, Арис старается, готовит ее под разными соусами и с разными специями и овощами… Но в горло уже не лезла. Эллина начала есть гарнир, не поднимая голову от тарелки.

После ухода барона, при Арис она ничего не стала говорить. Но когда Нарис к ней поднялся и вытянулся, как в прошлый раз, рядом с ней на кровати, она ему возмущенно выложила:

— Твой друг самовлюбленный козел. А я его еще жалела. Он буквально издевался над Арис. Почему ты позволяешь ему это?!

— С Арис по-другому нельзя. Она даже меня выводит из себя. Хотя заметь, со мной она не кокетничает. Когда мы с Лаиром только начали дружить, он носился с ней как с яйцом. Слушал все ее жалобы, утешал, успокаивал. Через три декады она заявила, что после свадьбы они будут жить здесь, ведь у Лаира нет своего жилья. Тогда он считался беспризорником. Я спросил у Лаира когда свадьба. Он был в ужасе. Он даже не предполагал ничего такого, возился с ней только из-за того, что она моя сестра. Мы-то со всем разобрались, но вот Арис была непробиваема. Несмотря на все объяснения, она продолжала готовиться к свадьбе. Лаиру пришлось ее буквально унижать на глазах у всех. Перестал приходить к нам, появлялся перед ней под ручку с девушками. Она ему все прощала и утверждала, что он ни в чем не виноват. В общем долго провозились мы с ним, пока она не рассталась с этой мыслью. И сейчас стоит ему хотя бы улыбнуться ему, она сразу вобьет себе в голову бредовые идеи. Поэтому он поступает так — почти крича, закончил свое повествование Нарис.

— Ну, хорошо, хорошо — она успокаивающе похлопала его по руке — успокойся. Я не знала, что все обстоит именно так. Беру свои слова назад — его замечательная улыбка вернулась.

Они лежали на узкой кровати, держа друг друга за руки. Было тихо. За окном затихали звуки города. Нарис, указав на один из блоков в стене, который был испещрен черточками и крестиками, спросил:

— Что ты отмечала?

— Я сотру — повинилась она, потом тихо добавила — Тринадцать дней прошло. Осталось семнадцать.

— Неправильно.

— Что значит неправильно?

— Считала ты не правильно. Ты считаешь со дня нашего приезда. А ксан-магистр уехал за четыре дня до этого. Ну…плюс минус один. Я бы прибавил к тринадцати еще три.

Эллина перемахнула через Нариса, но видимо не совсем удачно, потому что он охнул и пробормотал проклятия. Не обращая на него внимания, Эллина, с невыразимым удовольствием на лице, зачеркнула три черточки.

— Осталось четырнадцать!





11 глава




Через два дня наступил новый выходной, и Арис предсказуемо отправилась на рынок. Нарис же в этот раз остался дома. Одну из комнат на втором этаже он использовал как лабораторию. Там он готовил целебные настойки.

Эллина как раз закончила уборку, когда в дверь постучали.

— Благодати Килах сувар Лаир Баникер — оттарабанила она при виде гостя.

— Благодати всем его детям — ответил Лаир — Ты одна дома?

— Нет, Нарис наверху — «слава богу» подумала она.

— Расскажи Эллина — делая упор на ее имени попросил Лаир — в ваших Листовичках это распространенное имя?

— Нет, не очень — немного подумав, ответила Эллина.

— Кхе, кхе — оказавшись у нее за спиной, прокашлял Нарис, с укоризной посмотрев на нее — Благодати Килах Лаир, проходи. Как дела, что нового? Эллина в недоумении смотрела ему вслед, пытаясь понять, что она сделала не так. Когда она пошла на кухню наливать коту, Нарис показался на мгновение и прошептал:

— Не Листовички, а Лесовички — и быстро вернулся к гостю.

Эллина с досады закусила губу. Черт, кто же ее запомнил эту Лесовичку или Листовичку. Может он не заметил. Он наверно и сам не помнил точное название, успокаивала она себя.

Когда Эллина вошла, неся коту, Лаир рассказывал про рыбу пойманную кем-то.

— А скажи Эллина, у вас в деревне рыбу ловили? — спросил барон, взяв коту.

Девушка посмотрела на Нариса, тот слегка наклонил голову.

— Да, ловили — ответила она, раздумывая, не с умыслом ли он задает эти вопросы.

— А какую?

Да чтоб тебя!!!

— Большую и маленькую — буркнула она, всем видом показывая, чтобы он от нее отстал, и опустилась на стул. Барон внял и продолжил болтать с Нарисом.

— Помню, когда я состоял в банде, у нас был один, который сильно коверкал слова, мы его едва могли понять — Эллина подумала, что сейчас она может потихоньку уйти, пока он снова не начал задавать дурацкие вопросы… — А ты Эллина в детстве коверкала слова? — она чуть не застонала.

— Нет, не коверкала — отрезала она.

— Не думаю, что ты была немой — сказал он, потягивая коту.

Нарис насторожился, а Эллина разозлилась:

— Нет, с чего ты взял.

— А тогда скажи мне Эллина — наклонившись к ней и глядя на нее пронзительными серыми глазами, вкрадчиво спросил он — если ты не была немой, не коверкала слова, а жила ты в этой стране, а значит не иностранка… зачем тебе амулет-переводчик на крови?!!!

Эллина и Нарис вскочили.

В комнате стало тихо. Застыла Эллина. Застыл Нарис. Не спуская с нее глаз, застыл Лаир. Молчание нарушил Нарис:

— Я в общем то и не сомневался, что ты догадаешься… — начал он

— Артефактник не может не узнать этот амулет — перебил его Лаир, продолжавший буравить взглядом девушку.

— Эллина я думаю, стоит сказать Лаиру.

— Пусть пообещает никому не рассказывать — из чистого упрямства потребовала Эллина. Нарис фыркнул.

— Что вы скрываете? — обеспокоенно взглянул на друга Лаир — К чему клятва? Нарис, ты же знаешь, все дворяне дают клятву королю… Если я узнаю о чем-то, что может принести вред короне я должен сообщить…

— Ох, нет. Лаир, ничего такого. Никакого вреда для короны…

— Кому нужен ваш король? — буркнула Эллина. Лаир бросил на нее строгий взгляд.

— Эллина, расскажи.

— Ну, я ношу амулет, потому что не говорю на вашем языке. Я не здешняя — Лаир нетерпеливо ждал окончания — Я с Туманной Земли!

— Как с Туманной? — шокировано спросил барон — И как ты сюда попала? — недоверчиво поинтересовался он.

— Мне надо было добраться из одной деревни в другую. Я наняла лодку, и когда мы отплыли, налетел сильный ветер и отнес нас в открытое море. Там ветер превратился в ураган. Нас начало швырять и лодочника снесло. Я легла на дно и крепко держалась за какой-то выступ. Наверное, я стукнулась головой, не знаю…я потеряла сознание. Очнулась я на берегу. Я постаралась уйти подальше от моря и шла все время прямо. Помню я все смутно… Я опять потеряла сознание, а когда очнулась…

— Я нашел ее там, в Темнонильном лесу. Она была без сознания, а когда очнулась — мы не понимали друг друга. Я пошел в Тирас и купил там этот амулет. А потом привез сюда — закончил рассказ Нарис, выложив другу отшлифованную ими версию.

— Невероятно — прошептал Лаир.

— Дай слово, что не расскажешь никому — потребовала Эллина.

— Но зачем это скрывать? — удивленно спросил он.

— Не хочу стать подопытной. Не хочу, чтобы меня изучали.

Лаир некоторое время пристально смотрел на нее, затем четко произнес:

— Слово.

Эллина уже знала, что это означает клятву. Причем нерушимую. Нарушить эту клятву не удавалось даже при желании.

Лаир открыл рот и закрыл. Потом снова открыл и закрыл.

— Что? — спросила Эллина.

— У меня столько вопросов…не знаю, с какого начать. Даже сформулировать не получается.

— А кто тебе сказал, что я собираюсь отвечать на твои вопросы? — ощетинилась она.

Лаир улыбнулся такой невероятно обаятельной улыбкой, что ее губы сами дернулись и расползлись в улыбке. Нарис вмешался в это словами:

— Лаир, не говори ничего при Арис, ей мы не говорили.

— Пусть она тоже скажет слово — предложил Лаир.

— Ни за что. Однажды я просил, не помню, по какому поводу, она задала сотню вопросов и запутала меня так, что я не понял, что она не сказала слово. А на следующий день все соседи знали.

— А это когда ты ей рассказал, что ты влюблен в дочку пекаря? — спросил Лаир, отвечая невинным взглядом на возмущенное сопение Нариса.

— Не важно — отрезал Нарис и ушел на кухню.

— Мелара? — шепотом спросила Эллина.

— Она самая — ответил в тон Лаир.

Эллина понимающе закивала. Мелара, дочь пекаря, была очень красивой восемнадцатилетней девушкой. Черноволосая, с большими карими глазами, пышной фигурой, очень живая и веселая. Представив их с Нарисом, она решила, что они были бы прекрасной парой. Что и сообщила Лаиру.

— Пара они может и красивая. Только вряд ли ее отец даст согласие на их брак — сказал Лаир, садясь за стол, и делая ей знак присоединиться — На Мелару заглядываются многие. Например, кузнец… или сын мясника.

— Фи — состроила гримасу Эллина — они не чета Нарису, он ведь целитель. Я думала, целители везде ценятся? — полуутвердительно спросила она.

Поскольку Нарис ушел наверх они могли говорить свободно.

— Целители ценятся везде — согласился Лаир — но только сильные. Ты знаешь возможности Нариса?

— Ну… он приводил меня в чувство какой-то настойкой…да и сейчас от что-то там настаивает…

— Нарис может залечить небольшие порезы и ожоги, это все на что хватает резерва. А значит, много он этим не заработает. Мясники зарабатывают больше. Знаешь сколько их с крохотным даром… Их много. Сильных целителей в городе трое. Все кто могут себе это позволить идут со своими болячками к ним. А у кого денег нет, идут к таким как Нарис. Иногда их удается спасти. А чаще всего нет — Лаир смотрел в одну точку застывшим взглядом. Чтобы отвлечь его Эллина спросила:

— А почему у целителя и мага земли родилась маг воды Арис? Я чего-то не понимаю…

— Давай объясню, а ты постарайся запомнить. В четырнадцать лет все, у кого есть хоть какие-то зачатки дара, поступают в Академию. Даже если капельками наполнять ведро оно все же наполнится и тогда его надо вылить. Так и с резервом. Каким бы крошечным он не был, в конце концов, он наполняется и его нужно освободить. Этому учат в Академии первые три года и называют тогда всех учениками. Все у кого резерв слишком мал, чтобы что-то творить, заканчивают обучение в первые три года. Затем те, у кого больший дар, которые с помощью дара могут что-то делать обучаются следующие три года. И называют их тогда адептами. После того как уходят адепты, остаются сильнейшие. Обучаются они, еще пять лет и их называют магами. В основном это аристократы, но очень редко среди них попадаются и простые люди. Отец Арис и она сама не маги. Они адепты. У них просто есть небольшой дар, но до магов они не дотягивают. А касательно того что у Арис отличный от родителей дар…так ведь сын кузнеца не обязательно становится кузнецом. Дар не наследуется, это дар Килах. Он сам решает кому какой давать и от родителей тут ничего не зависит. Поэтому если не хочешь, чтобы узнали что ты нездешняя, не говори что кто-то маг, если точно в этом неуверенна — закончил лекцию Лаир.

— Значит, Арис несмотря на то что у нее дар воды не может заставить эту самую воду появится в доме? — спросила Эллина.

— Она может и передвигать и замораживать воду. Но если она двинет воду из колодца к дому, резерв опустеет. И подмораживать рыбу она не сможет два — три дня. Тогда она окажется без работы.

— А у вас здесь есть накопители?

— Накопители чего? — удивился Лаир.

— Ну, ты же говорил, что даже крошечный резерв наполняется. Куда тогда девают эту силу?

— В Академии учат выплескивать ее без ущерба для себя и окружающих — четко ответил барон.

— Вооот, выплескивают. А если бы были накопители, они бы это все сливали туда — поучительным тоном заявила Эллина — Это ж сколько этого самого резерва на за что ни про что распыляется.

— Нет, накопители у нас есть…только зачем они. То, что ученик накопит за три декады, сильный маг выдает за полчаса. Нет нужды копить энергию. Только мы артефактники используем накопители. У меня их несколько, с разными силами. В них энергии по чуть-чуть, потому что если я открою под завязку набитый накопитель, он выплеснет всю свою силу и сожжет мою заготовку амулета. И хорошо если только ее, а и не меня заодно.

— А нельзя сделать так, чтобы накопитель выпускал энергию постепенно? Например, ведро. Его можно опрокинуть, а можно из него выливать постепенно — с энтузиазмом выясняла Эллина тонкости местной магии.

Лаир некоторое время смотрел на нее ошеломленным взглядом.

— Что? Что я не еще не так сказала?

Он покачал головой.

— Я-я должен уйти. Мне нужно кое-что выяснить. Передай Нарису мои извинения — он стремительно вскочил и схватив свой плащ, выскочил из дома.

Эллина удивленно глядя ему вслед, пожала плечами.





12 глава




На следующий день Лаир к ним не пришел. Но их посетил другой гость.

Когда вечером они садились ужинать, в дверь постучали, и Арис впустила невысокого черноволосого и черноглазого парня. Эллина уже не испугалась, а когда выяснила что это адепт Академии, мысленно закатила глаза. Нарис даже не предупредил ее, что его друзья из Академии ходят здесь табунами.

Арис побежала за прибором. А Нарис тем временем быстро и шепотом представил ее Эрику как потерпевшую крушение жительницу Туманной Земли. На ошеломленно — вопросительный взгляд Эллины он ответил:

— Так лучше, поверь мне.

Опасения, что новый знакомый будет взахлеб расспрашивать ее о мифической Земле, не оправдались. Он лишь бросил на нее изучающий взгляд и сел за стол.

Эллине он показался мрачноватым. И колет, и бриджи на нем были сильно потрепанными и почти бесцветными. Поношенные сапоги и куртка, вместо плаща. На лице, довольно красивом, лежала печать усталости, а в глубине глаз крылось отчаяние.

Гость оказался на редкость молчаливым. Поэтому новости, сплетни и слухи, рассказываемые жизнерадостной Арис, оказались очень к месту. Ухаживала и обихаживала она гостя точно так же как и Лаира. Поэтому Эллине стало ясно, что для Арис не имеет значения кто именно перед ней. Кокетничала она с бедным парнем с таким же воодушевлением, как и с бароном.

Честно говоря, Эллина так и не поняла, почему она до сих пор не замужем. Симпатичная, легкомысленная. Ей казалось, что мужчинам нравятся именно такие. Девушки, для которых они пуп земли. Но ей уже двадцать четыре, а выглядит она на семь-восемь лет моложе. Не то чтобы здесь был возрастной ценз, но все же замуж выходили рано. А у Арис даже парня нет.

Между тем ужин подходил к концу. Эрик отвечал на вопросы очень коротко, комментарии вставлял редко, но, несмотря на это Эллина поняла, что это умный и вдумчивый парень.

Нарис между тем отправил Арис в свою лаборатория принести какую-то сумку. А сам быстро убежал на кухню и пришел через некоторое время со свертком.

— Ты меня очень выручишь, если заберешь эту рыбу. Уже в горло не лезет. Каждый день одно и то же. Не бойся, Эллина нас не выдаст Арис — подмигнул ей Нарис — Эрик, нужно слово, что ты никому не расскажешь об Эллине.

Его черные глаза пристально и задумчиво смотрели на девушку.

— Никому не скажу, откуда Эллина. Слово — и забрав сверток, он вышел в ночь.

Нарис закрыл за ним дверь и, встретившись с ней глазами, как-то устало произнес:

— Он схватывает все на лету. Говорит только мало. Сегодня разговоров не будет. Я устал. Хороших сновидений, Эллина — пожелал он, и ссутулившись отправился к себе.

— Хороших — эхом откликнулась девушка.

Постояв в тишине некоторое время, она тихо начала убирать посуду.

Утром, внимательно наблюдая за Нарисом, Эллина выяснила, что, несмотря на обычную благожелательность и приветливость, с ним не все в порядке. Она ощущала опустошенность и безнадежность. И точно знала, что это не ее чувства. Ее главенствующим чувством было ожидание. На все наводящие вопросы Нарис весело утверждал, что все хорошо. Не зная, что сказать и что предпринять она отступала. Но потом решила поговорить начистоту. В один из вечеров Нарис отказался от ужина, заявив, что у него заказ и ему нужно поработать, отправился в лабораторию. Эллина помогла Арис с ужином, а потом отправилась за ним. Тихо подойдя к двери лаборатории, она прислушалась. Тишина. Стукнув в дверь пару раз, она вошла. Нарис сидел, сгорбившись, за пустым столом. Никаких признаков работы над заказом. Эллина подошла к нему сзади. Постояв в нерешительности пару мгновений, она подняла руку и погладила его по голове. Нарис не шевельнулся. Она подумала, что жизнь странная штука. Она была единственным ребенком и часто задумывалась, какого это — иметь брата или сестру. У нее никогда не было близких подруг и друзей. Понадобилось попасть в другой мир, чтобы встретить родственную душу.

— Я начала чувствовать твои эмоции — сказала она, а руки опустившись на шею, начали делать массаж.

— Давно? — голос прозвучал устало.

— В тот день, когда Эрик приходил. Мне было очень тоскливо. Как будто я потеряла надежду. Не могла понять, в чем дело. Но потом вспомнила, что мы с тобой связаны… Ты не расскажешь мне?

— Я не могу стать целителем.

— Чушь. Ты уже целитель.

— Да, конечно — на лице мелькнула слабая улыбка, после ее эмоционально высказывания — Только лечить без лицензии нельзя — он снова потух.

— Постой, но ведь ты собрал всю сумму. Ты говорил, я помню. Ты что потратил те деньги?

— Нет, конечно — он перехватил ее руку, и потянув поставил ее перед собой — Сама лицензия стоит один золотой, остальные четыре идут ксан-целителю. Слабые целители ведь немного могут сделать… Мы стараемся получить куратора. Когда к нам обращаются больные, мы сами лечим тех, кого можем. В более тяжелых случаях зовем своих ксанов. Я был у целителя Форина. Он отказал мне. Сказал что у него много адептов.

— Подожди. Я слышала у вас три сильных целителя в городе…

— Да. Я изначально на них и не рассчитывал. У них адептов побольше, чем у Форина — уже предугадывая следующий вопрос, он сказал — Да, да. Я и у них был. Ответили отказом — он устремил взгляд в никуда — Понимаешь Эллина, Форин был другом моей матери, говорят, даже сватался к ней. Я очень рассчитывал на него. Хотя бы в память о матери…

Эллине стало немного не по себе от накативших эмоций: боль, тоска по матери, разочарование, отчаяние…

— Если я порежу руку, что я должна предпринять — спросила она.

Некоторое время Нарис продолжал смотреть в сторону, затем он вздрогнул и повернулся к ней. Взгляд постепенно становился осмысленным. Потом пришло недоумение.

— Что, прости?

— Ну, я порезалась…что я должна сделать?

— Пойти к целителю — все также недоуменно ответил Нарис.

— Предположим, я не могу выйти по какой-либо причине, ну, не знаю…снегом дверь завалило…мало ли, что в жизни бывает. Вот что мне делать, чтобы обработать рану?

— Все равно нужен целитель — ничего не понимающий парень смотрел на нее с легким беспокойством.

— Ладно, допустим, я пришла к целителю, что он сделает?

— Осмотрит рану, промоет ее настойкой, смажет мазью и наложит повязку.

— А я могу у него купить и настойку и мазь, чтобы в следующий раз самой это проделать?

— Да, только все эти средства недолго хранятся — окончательно растерявшись, пробормотал целитель.

— А нет возможности делать такие лекарства, которые бы долго могли храниться. В моем мире у каждого в доме есть аптечка. Там мы храним обезболивающее, от простуды что-нибудь… Нет, подожди, я покажу — бросила она и выскочила из комнаты. Поскольку и лаборатория, и ее комната находились на втором этаже, далеко бегать ей не пришлось. Вытащив из сундука свою сумку, она достала из нее аптечку и побежала обратно.

Открыв кофр, Эллина доставала по одному предмету и комментируя, выкладывала перед Нарисом на стол.

— Вот смотри, это таблетки. Когда болит голова или зуб проглатываешь и запиваешь водой. Если простыл, растворяешь вот это в воде и пьешь. А это если вдруг с сердцем плохо стало, нужно накапать в воду. И все это имеет свой срок хранения, он записан здесь же. После того как он закончится, употреблять это нельзя. Но зато хранятся они в среднем два года — торжественно закончила она демонстрацию.

Нарис сидел, забыв обо всем на свете. Про то, что он остался без лицензии, про то, что у него нет куратора, про то, что о мечте жениться на Меларе, нужно забыть… Он с немым восторгом и в то же время с недоверием смотрел на разложенные перед ним странные вещи. С недоверием, потому что не знал как можно поверить в то что, например вот эта серебристая штучка с зелеными горошинами может успокоить боль? Или, например, вот такой розоватый диск помогает от простуды? А с восторгом, потому что здесь все было таких ярких цветов…словно это драгоценности.

— И что, это все лекарство? — спросил он.

— Да это все лекарство и… — докончить она не успела, потому что в комнате появился Лаир.

— Благодати Килах, Арис сказала, что вы здесь — произнес он подходя к ним — и я решил присоединится. Надеюсь не поме… — фразу он не докончил, уставившись на предметы, лежащие на столе.

— Что это? — изумленно спросил он, а потом в его глазах начало появляться искорки понимания — Это с Туманной Земли — не спрашивал, утверждал.

— Я…я показывала…это там у нас… — Эллина закусила губу, боясь сказать лишнее.

— Это лекарства с Туманной Земли — ответил за нее Нарис, успокаивающе взяв ее за руку — Эллина мне рассказывала о них…

— Я не знал, что у тебя сохранились что-то, после того урагана — удивился Лаир.

— Да сохранилась моя с…эээ…котомка, она зацепилась на мою ногу — ответила девушка, решившая врать напропалую. Но Лаир сменил тему.

— Я слышал, что Форин не принял тебя — устремил он свои пронзительные глаза на Нариса и положив ему руку на плечо. Эллина догадалась, что он пришел сюда, чтобы поддержать друга. Нарис снова ссутулился и сел за стол.

— Да, не принял. Вот Эллина пыталась меня отвлечь от этого — бледно улыбнулся он.

— Молодец. У тебя неплохо получилось — похвалил ее Лаир.

— Чтоооо? Что значит отвлечь? Я хотела, чтобы ты перестал распускать здесь нюни, размазывать сопли и занялся делом! — она не знала, как именно перевел амулет ее слова, но парни уставились на нее шокировано.

— Я н-н-не совсем п-понял, что ты имела в виду — заикаясь, сказал Нарис, спустя некоторое время. Лаир продолжал, молча на нее смотреть

— Я говорю, что надо попытаться создать лекарства, которые люди могут держать дома. Понятно, что если что-то серьезное, нужно обратится к целителю. Но ведь бывает какая-то мелочь, из-за которой не хочешь или не можешь. Вот представь, я иду по лесу, и порезала руку, целителя рядом нет и не предвидится. А идти еще долго. Вот смотри — и она показала бактерицидный пластырь — вот этим у нас можно залепить рану. Грязь в рану не попадает, и там есть что-то, что немного лечит. Мой тебе совет, попробуй создать нечто такое. И к тебе повалят покупатели.

Эта пауза продлилась дольше.

Затем Лаир судорожно вздохнул и прохрипел:

— Килах защити нас от тьмы. Это ведь, правда. Это ведь…это все перевернет с ног на голову… Ты должен попытаться, я помогу всем, чем смогу…

— Но я даже не знаю… никогда не слышал, чтобы целебные свойства хранились так долго… Что делать, с чего начать…

— Когда я был здесь в последний раз, Эллина подала мне такую идею… Я все это время проторчал в своей мастерской. Я создал амулет, который выпускает энергию постепенно! — торжественно сказал Лаир.

— О, здорово — обрадовалась Эллина — так быстро!

Нарис ничего не понял, и поэтому смотрел на Лаира вопросительно.

— До сих пор накопители выплескивали все энергию целиком — пояснил друг, но видя недоумение на лице Нариса, махнул рукой — А, ладно. Тебе не понять. Тебя всегда интересовало только целительство.

Нарис распрямил плечи, встряхнул головой и, улыбнувшись своей доброй и веселой улыбкой, сказал:

— Сегодня был трудный день. Может, пойдем, выпьем коту?





13 глава




Зачеркнув очередную черточку, Эллина посчитала: еще четыре дня. С каждым зачеркиваемым днем ее волнение возрастало. Нервозность не давала ей спокойно спать. Она долго ерзала в кровати, пытаясь успокоится и не думать о плохом. А когда засыпала, видела странные, а иногда и страшные, сны.

Положив уголек, которым она отмечала прошедшие дни, на край стола, Эллина начала спускаться вниз. Остановившись на лестнице, она посмотрела на Арис, которая, заморозив воду, и глядя в него как в зеркало, укладывала свои светло-каштановые волосы в косу. Сегодня опять выходной и она опять собиралась на рынок. Эллина подумала, что если она через четыре дня вернется в свой мир, то она ее больше не увидит. В сущности Арис была доброй девушкой, она никому не желала зла. Только раздражала немного. Кивнув головой своим мыслям, Эллина побежала наверх, за своей косметичкой, к которой она, к слову сказать, за это время ни разу не прибегала.

Заставив ее сказать «слово», что она никому не расскажет, Эллина рассказала, что она с Туманной Земли, и что у них девушки красятся. Вот так. И накрасила она ее так, чтобы это не бросалось в глаза, но в то же время подчеркивало достоинства, скрывая недостатки. Правда немного пожалела о своем порыве, во время бесконечных вопросов «а что это». Окинув взглядом результат своих трудов, она открыла пудреницу и позволила увидеть этот результат и ей. Некоторое время Арис удивленно смотрела на зеркальце, но потом увидела себя в нем…и ахнула. Дар речи она потеряла. И продолжала себя разглядывать со всех ракурсов. То прикроет накрашенные ресницы, то вздернет носик.

— Подожди меня Арис, я пойду с тобой — сказала Эллина. Реакции не было. Надеюсь, участь Нарцисса ее не ждет, подумала она и пошла собираться.

С Арис сегодня творилось не понятное. Она шла, распрямив плечи, гордо подняв голову и очень медленно. Со знакомыми встречными она не болтала как обычно, а свысока кивала головой. С тех пор как они вышли из дома, Эллина успела уже шесть себя обозвать, и даже, забыв о филологическом образовании, обматерить. О чем она только думала! Как она вообще на это решилась? Ведь собиралась же сидеть и не высовываться.

Правда один раз она отвлеклась. На одной боковой узкой улочке она увидела детей, которые играли в игру. В землю вбили два колышка, а к ним привязали какую-то веревку. В шести-семи шагах лежало бревно, на котором разложили предметы: камни, деревянный обрубок, кусок ржавого железа…

Дети натягивали веревкой снаряд и прицелившись стреляли по ним. И кстати довольно метко. Задержавшись около них несколько секунд, Эллина пошла дальше, но какая-то мысль не давала покоя. Сосредоточиться ей не дала Арис. Точнее ее отсутствие. Эллина не найдя ее поблизости, в панике начала оглядываться. Арис не было. С бешено бьющимся сердцем, Эллина пошла дальше, надеясь, что она ушла не очень далеко. К счастью ее надежды оправдались. Дойдя до конца улицы, она увидела ее, стоящей рядом с каким-то парнем. Эллина застонала. Даже отсюда она видела, как она хлопает глазами и выпячивает губы.

— Арис, почему ты ушла? Я чуть не потеряла тебя — прошипела она, резко ее одернув.

— О, Эллина. Я встретила сувара Раенара Кириона. Я не могла не поздороваться. Тебе тоже надо его поприветствовать — подсказала добрая девушка, продолжая надувать губы, покрытые малиновым блеском.

Эллина вскинула голову, готовая прошипеть приветствие…но…несмотря на весь ее иммунитет… у нее перехватило дыхание. Настолько ее поразила красота стоявшего перед ней не парня, нет, мужчины. Очень высокий. Метр девяносто не меньше. С мощным разворотом плеч. Одетый во все синее, исключая белую рубаху. Загорелый брюнет с правильными чертами лица. Слегка пухлые, но твердо очерченные губы, густые брови. Нос с горбинкой не портил, а придавал дополнительный шарм… И глаза…невероятно красивые зеленые глаза.

Где-то она читала, что зеленый цвет глаз, самый редкий. Он встречается только у двух процентов населения… пока это была единственная мысль, которая появилась у нее в голове.

Изумрудные глаза насмешливо смотрели на нее. Одна бровь немного приподнялась. Неторопливо, словно у него целая вечность впереди, он начал рассматривать ее лицо. Затем глаза медленно опустились чуть ниже… Бровь изогнулась. Эллина, которая с трудом приходила в себя, представила, КУДА устремлен взгляд… Грудь заныла, а лицо начал заливать румянец… Она смущенно опустила глаза…и застыла в ужасе. Как?! Как такое могло случится?! Амулет, который она после случая с Лаиром, тщательно прятала под рубаху, висел на виду… Она испугалась… Этот, как его там, одет как аристократ…на вид лет двадцать пять, а значит он маг — вспомнила она пояснения Лаира. Он может узнать, что это не простой амулет-переводчик…

— Какие неожиданные эмоции — прозвучал глубокий бархатный голос. Эллине показалось, что где-то внутри нее зазвенели струны. Она вспомнила одного американского актера, у него тоже был такой голос. Но внутри у нее от него не звенело. И он не был вполовину так красив.

С трудом заставив себя собраться, вытряхнув из головы туман, она почти шепотом произнесла:

— Благодати Килах, сувар. Вы простите, но нам нужно идти. Мы опаздываем… — больше ничего внятного она из себя выдавить не смогла. Поэтому вцепившись в руку Арис, начала отступать.

— Прекрасная сани не скажет, как ее зовут? — окутывая ее бархатом, спросил сувар не спуская с нее глаз.

— Ее зовут Эллина — выдала Арис.

— Красивое имя для красивой девушки — его голос лился как густой мед. Эллина мысленно застонала. Еще немного и она начнет вести себя как Арис. Пробормотав что-то невнятное, она дернула свою спутницу, начала стремительно уходить. Вернее сказать — убегать. Только завернув за угол, она перестала чувствовать обжигающий спину взгляд.

Всю дорогу домой она вспоминала этот инцидент то с восторгом, то с ужасом, то со стыдом. Придя домой, она выпустила руку испуганной и молчаливой Арис, и побежала к себе. Закрыв дверь, она прислонилась к ней. Бархатный голос звучал у нее в голове, заставляя мурашки разбегаться по телу. «Прекрасная сани», «красивая девушка». Звучало как музыка. Ее взгляд блуждал по комнате, и зацепился за каменный, исчерченный угольком, блок… На нее как будто ушат воды вылили. Боже, боже…о чем она думает. Она всегда знала, что из себя представляют такие мужчины, как этот сувар. У него на лбу аршинными буквами написано — ПЕРЕСЫЩЕН. Прекрасная сани, как же. Она ведь знает, что она не красавица, чего она перед ним растеклась?

Вообще-то Эллина была к себе не справедлива. Она не была красива классической красотой. Но при появлении, всегда привлекала к себе внимание. При росте сто шестьдесят сантиметров, она обладала пропорциональной фигурой, с плавными линиями. Каштановые волосы отливали красным и оттеняли белую кожу, губы пухлые, нос прямой… А карие глаза — необычные. Миндалевидные. Раскосые. С поднимающимися к вискам кончиками и с длинными ресницами. Эти глаза часто служили предметом шуток на тему затесавшегося в предках японца или вьетнамца.

Эллина начала делать дыхательную гимнастику… Потом пересчитала оставшиеся дни, представила перед собой Руслана, начала отделять вещи из этого мира и из того. В общем приводила себя в чувство.

Подумав, что нужно быть готовой в любую минуту сорваться с места, чтобы перейти в свой мир, она начала упаковывать все свои вещи в сумку. Она как раз заканчивала, когда услышала рядом голоса. Выглянув за дверь, она успела заметить Лаира с какой-то девушкой, спускавшихся по лестнице. Нариса в последнее время она почти не видела, он не вылезал из лаборатории. Она отправилась к нему.





14 глава




Сегодня лаборатория разительно отличалась от той, которую она видела здесь в прошлый раз. Рабочий стол был заставлен большим количеством колбочек, везде лежали сушеные травы. На отдельной табуретке стояла горелка, а на ней в медном тазике, что-то варилось. Здесь появились дополнительные полки, на которых также стояли колбы. Нарис стоял у стола и в ступке измельчал что-то.

— Даже не знаю, что сказать… Расскажешь мне, чем ты занимаешься? — спросила Эллина.

Оставив ступку, Нарис бросился к ней и подхватив на руки начал кружить.

— У нас получилось! Представляешь, получилось!!! — опустив ее на пол, так сильно стиснул в объятиях, что у нее ребра затрещали.

— Посмотри — он протянул ей маленькую баночку — здесь мазь. Она помогает и от порезов и от ожогов. И храниться может целый год. Представляешь?

— Нет, не представляю — Эллина подумала, что это жестоко, но она должна это сказать — Нарис, как ты можешь знать, что она может храниться год? Я забыла тебя предупредить, потребуется много времени, ведь это исследования, нужно подождать год, и посмотреть действует ли мазь, продолжает ли лечить — она погладила его по руке в которой, он держал баночку — прости Нарис, что не объяснила все…,прости — чуть не плача закончила она. Нарис смотрел на нее изумленно. Пока еще изумленно, подумала она.

— А у вас так делают? Вы выжидаете год, чтобы точно знать, что лекарство действует? — с любопытством спросил появившийся в лаборатории Лаир. За ним следом вошел Эрик.

— Да — кивнула она, утирая глаза.

— Удивительно, как вы не имея магии, смогли достичь такого. Выжидать год — качая головой, сказал Лаир — К счастью у нас все не так. Эллина, наши люди обладают самыми разными магическими способностями. Здесь была Кира, она училась с нами. У нее дар Видеть сущность растений.

— Что это значит?

— Это значит, что она, посмотрев на любое растение, расскажет тебе о нем все. Какие у него полезные или наоборот вредные свойства. Что нужно сделать, чтобы от вредных свойств избавиться. И еще много всего. Здесь как ты видишь, все делается из растений. Помнишь, ты сказала Нарису, что нужно сделать что-то, чтобы хранилось лекарство дольше. В тот же вечер я нашел Киру и с тех пор она помогает Нарису. Она подсказала, какие травы как нужно готовить. И вот результат — он показал на Нариса.

— А исследования? Вы точно знаете, что она лечит? У нас, например, берут группу добровольцев и на них испытывают какое-нибудь средство. И только когда подтвердится, что средство действительно помогает, его разрешают продавать. Все это требует много времени.

— Меня эта Туманная Земля все больше и больше удивляет. Как бы мне хотелось добраться туда и посмотреть как вы живете. Ну ладно. Нет Эллина, у нас все это не требуется. Если Видящая суть сегодня подтвердит свойства этой мази, ее можно продавать уже завтра.

Эллина посмотрела на Нариса. Он, улыбнувшись, закивал головой. Теперь уже она подбежала к нему и бросилась на шею. Он, подхватив ее, засмеялся.

— Ксаны не обрадуются — коротко сказал Эрик. Когда смысл этой короткой фразы дошел, радость резко поубавилась.

— Я думал об этом — кивнул Лаир — и уже знаю, что мы будем делать.

Он начал излагать свой план…

Когда закончили обсуждение, поужинали и распрощались с гостями. Арис уже пришла в себя и вела себя как обычно. Эллина помогла ей убраться и ушла наверх.

Перебрав все события за этот день, старательно выкидывая связанные с одним суваром, она вдруг снова почувствовала какое-то несоответствие. Что-то было неправильным. Она никак не могла сосредоточиться и понять, что именно. И только после долгих прокручиваний, до нее дошло… Дети играли…и натягивали РЕЗИНОВЫЙ шланг.

В ту ночь не только Эллина мучилась несоответствием увиденного.

Раенар Кирион после посещения обедов и приемов ехал домой и пытался понять, что за мысль не дает ему расслабиться. Что-то неуловимое. Каждый раз, когда ему казалось что поймает за кончик эту мысль, ему мешали. Один раз подскочила баронесса, с вопросами о здоровье дяди, в другой раз слуга подошел с подносом, а последний раз, уже, когда он ехал домой, его конь испугался шума. Проехав по респектабельной части города, расположенной на холме, чтобы вся грязь стекала вниз, он подъехал к большому дому из белого камня, с синей крышей. Из сторожки выскочил конюх и забрал коня. Раенар поднялся по ступенькам. Стучать не пришлось, дверь открылась, когда он был еще внизу. Передав дворецкому синий плащ и перчатки, он направился к лестнице, когда к нему подошел худой бледный парень.

— Сообщение из Ковра, сувар — тихим голосом произнес он.

— Иди в кабинет, я сейчас.

Когда Раенар вошел в кабинет, парень стоял у стола.

— Садись — сказал сувар, обходя стол и опускаясь в кресло, парень тоже сел — что там случилось, ты что-нибудь знаешь?

— Нет, сувар

— Ладно, начинай.

Парень напрягся и вцепился в ручки кресла. Его начало трясти. Сжатые зубы заскрипели. Глаза остекленели. Трясло все сильнее, затем резко перестало. И он заговорил чужим голосом:

— Сувар Кирион?

— Корс, что у вас?

— Сувар, мы не хотели вас беспокоить. Но ситуация усложняется. Месяц назад участились случаи нападения волков. Ставили капканы, ямы рыли…

— Короче.

— Погибло и пропало семнадцать лесорубов. Остальные боятся выходить.

— Я прибуду завтра, заканчивай.

Парень резко откинулся, в углу рта появилась кровавая пена. Раенар налил в бокал воду из графина, вытащил из ящика стола пузырек, и добавил в воду несколько капель. Вытер своим платком рот, и, поддерживая его под голову, помог выпить. Когда юноша пришел в себя, то начал извиняться. Раенар махнул рукой:

— Иди, отдыхай. Завтра выпьешь еще — сказал он, протянув ему пузырек.

Парень слабо поблагодарил, и с трудом поднявшись, шатаясь, ушел. Раенар покачал головой. Ему недолго осталось.

Укладываясь спать, сувар вспоминал сегодняшний день, и мысль, не дававшая ему покоя, быстро оформилась в картинку. Девушка с необычными раскосыми глазами. Ее реакция его удивила. Вначале все как обычно, она глядела, как и все женщины до нее восторженно. Затем она смутилась… тоже знакомо. Но вот потом… Ужас, страх и испуг. Именно поэтому он не сразу сообразил. А вот теперь вспомнил. Амулет. Амулет на крови. Он нахмурился. Интересно. Такие амулеты бывают нужны только в крайний случаях. Может она немая. У него начали зудеть кончики пальцев. Как и всякий раз, когда он сталкивался с чем-нибудь загадочным. Неужели, она — это что-то необычное? Жаль, что ему завтра уезжать. Хотелось бы узнать, что скрывается за этими необычными глазами.

Во сне ему снилось, что он расспрашивает девушку с раскосыми глазами. Но она не отвечала. Она была немая.





15 глава




Когда вечером Нарис и, проторчавшая с ним в лаборатории полдня, Эллина спустились вниз, по дому расползлись аппетитные ароматы. Недоуменно посмотрев друг на друга, они поторопились на кухню, а там… Арис жарила стейки! Самые настоящие стейки. Когда Нарис уже открыл рот, чтобы задать вопрос, из гостиной выглянул Лаир, и сказал:

— Это я принес. Сегодня у нас праздничный обед.

— До Праздника Года еще две декады — заявил Нарис.

— А кто говорит о Годе. У нас праздник. Я решил, что мы должны отпраздновать то, что тебе удалось сделать. Надеюсь, ты не против?

— Нет, конечно — вместо него ответила Эллина — особенно если это даст возможность поесть мясо. Я требую праздника. И мяса — требовательно заявила она, уперев кулачки в бок. Ребята засмеялись.

— Ну, что ты, Эллина — вытягивая руки ладонями вперед, сказал Нарис — это ведь именно твоя идея. Значит главная на этом празднике ты. И все что ты потребуешь, мы тотчас исполним — и оба, ухмыляясь, склонились перед ней.

— Проводить меня до стола. Исполняйте — высокомерно приказала она и величественно двинулась в гостиную. Двое за спиной спрыснули. «Фигляры» подумала она, подходя к столу и увидела, сидящего в темном углу Эрика.

— Благодати Килах — произнес он тихо.

— Благодати все его детям — заученно ответила Эллина, она немного терялась в его присутствии — мы будем праздновать — он кивнул. Как всегда молчалив.

Когда все уселись за стол, разговоров не было. Все увлеченно ели. Арис постаралась на славу. Эллина наслаждалась каждым кусочком. Она даже не знала, что можно получать такое наслаждение, просто съедая сочный кусок поджаренного мяса. Долго пережевывая, она пыталась растянуть удовольствие. У нее было подозрение, что это не скоро повторится.

Когда они все наелись и блаженно потягивали коту, Эллина задала вопрос, который в последнее время часто задавала и себе:

— А почему мясо у вас так дорого? — поскольку слово у Арис она уже выбила, то говорить в ее присутствии можно было спокойно.

— Это ненадолго. Скоро подсохнут все дороги, и начнется завоз. Хорошо, что в этом году лога(зима)длилась не долго. Иначе цены были бы еще выше. Сейчас они выше только в два раза. Когда два года назад лога длилась больше двух кастов, мясо подорожало в четыре раза — ответил ей Лаир. (Надо сказать, что месяцев здесь не было, вместо недель были декады. Было четыре каста, как четыре времени года. В каждом касте было девяносто дней. Четыре каста — триста шестьдесят дней. В течении пяти дней, которые не попадали в касты, праздновали Праздник Года. Год начинался весной. Весна- дига, лето — малга, осень-хицга, зима-лога.)

— То есть ты хочешь сказать, что почти два каста, почти сто восемьдесят дней у вас не бывает завоза. Почему?

— Из-за дорог. У нас в отличии от соседних стран лога не снежная. У нас всю лога и всю хицга идут дожди. Если бы у нас шел снег, мы могли бы как соседи, возить по снегу.

— Если идет дождь, то даже из близлежащих деревень не сможете привезти? — удивляясь все больше, спросила Эллина.

— В тех деревнях нет мяса.

— Как нет? Я же сама видела, там паслось какое-то стадо.

— Но это же не мясная порода. Мясные пасутся в долине Дуги.

— А здесь почему нет мясной породы?

— Так они выведены магически. Покинув ареал, в котором их создавали, они теряют свои свойства, и становятся обычным животным. На них затрачено слишком много денег и энергии, чтобы вот так потерять их свойства.

— То есть, из-за погоды мясо возить нельзя. Поняяятно — ехидно потянула Эллина

— Не только мясо. Любые передвижения прекращаются. Кроме порталов. У кого есть дар Портала или деньги тот перемещается в любое время.

— А почему нельзя построить нормальную дорогу? — тихо офигевая, спросила попаданка.

— Что значит нормальная? — беседу продолжал Лаир, как самый осведомленный.

— Нарис, сколько времени твой отец строил этот дом? — спросила девушка. Целитель встрепенулся, удивленный сменой темы, и не понимая к чему вопрос.

— Кажется около года — ответил он, немного подумав — мама говорила, что Арис тогда было два месяца.

— Один человек, со средним, как ты мне говорил Лаир, даром земли, за один год построил прекрасный каменный дом. Что мешает вам, вашему королю или не знаю, кто у вас этим занимается,…что мешало собрать магов земли и построить каменную или еще какую-нибудь дорогу? Ты все жалел, что у нас нет магии. Как мы бедненькие живем. А вот мы живем гораздо лучше вас. У нас проложены такие дороги, что и в дождь и в снег мы по ним спокойно ездим. В любое время года. И даже ночью. А вы в течении полугода сидите как в осаде. Не зайти, не выйти.

После ее тирады наступила тишина. Эллина смотрела на Лаира вызывающе. Он отвечал ей мрачным взглядом. Нарис и Арис смотрели как дети, на ругающихся старших. Эрик же смотрел задумчиво.

— Да, признаю, что вы у себя на Туманной пошли дальше, чем мы — нехотя ответил Лаир через некоторое время. — Действительно. Нормальной, как ты сказала дорогой, можно было бы решить многие проблемы. Но, как ты понимаешь, мы, здесь сидящие, ничего поделать не можем. А потому будем радоваться достижениям Нариса — миролюбиво закрыл дискуссию Лаир.

Эллине стало стыдно. Чего она так на них набросилась. Не иначе как нервы. Осталось три дня, и она была на взводе. Но ведь эти ребята не причем. Пытаясь загладить впечатление от предыдущей беседы, она спросила:

— Вы не могли бы прояснить для меня одну вещь? Вчера я видела детей играющих на улице. У них был желтоватого цвета шланг — как именно перевелось слово «шланг» она не знала, — он натягивался. Что это?

Сидящие за столом переглянулись. Ответил Лаир:

— Это, наверное, ветка дерева Чунар. А что тебя удивляет, то, что натягивается?

— Как ветка?! Просто ветка? А разве ветки могут натягиваться? — разочарованно спросила Эллина.

— Это такое свойство у этого дерева.

— Оно вообще такое некрасивое. Не понимаю, зачем Килах вообще его создал. Вместо него лучше бы цветок создать красивый. Пусть Килах простит меня — подключилась, молчавшая до сих пор Арис.

— Его сок не пропускает воду — внес свою лепту Эрик. Правда Эллина его не совсем поняла.

— Что значит, сок не пропускает воду? — переспросила она.

— Эрик прав. Даже это уродливое дерево Арис, имеет полезные свойства. Его соком рыбаки обмазывают обувь, когда выходят на речной лов — ответил вместо Эрика Лаир.

— Ух, ты! — восхитилась Эллина — Хотелось бы мне взглянуть на это странное дерево.

— Ну, поскольку наши не очень нормальные дороги — с усмешкой взглянув на нее, сказал Лаир — уже почти высохли, то думаю смогу тебя повезти посмотреть на Чунар.

— Мне пора — как всегда немногословно пояснил Эрик, и собрался уходить. Арис подскочила его проводить, Нарис, как обычно, пошел за рыбой для него.

— Какой он странный — заметила Эллина, когда они с Лаиром остались одни — он приходит, почти ничего не говорит, а когда поест, сразу уходит. Как будто выполняет тяжкую повинность.

— Это все потому, что для него это действительно тяжкая повинность — сказал Лаир, и продолжил, отвечая на ее немой вопрос — У него очень слабый дар металла. А еще у него есть больная мать и два младших брата. Кормить их должен он, но с его резервом… После накопления он декаду работает у одного ювелира. Затем резерв истекает, и еще три декады он не может работать. А значит кормить семью. Он подрабатывает, где только может. Нарис дает ему рыбу с собой, убеждая, что им самим она надоела. Но Эрик ведь не дурак. Он все понимает, но поскольку дома ждут голодные рты, он делает вид, что ничего не подозревает. Ему очень стыдно. Свой кусок мяса он, кстати, не съел, он спрятал его за пазухой…для матери, наверное. Он приходит сюда, только в самом крайнем случае. Когда заканчиваются все его подработки…а хотел бы прийти, чтобы просто посидеть с друзьями — тихо закончил он, глядя на возвращающихся брата и сестру Авера.





16 глава




На следующий день, когда хозяева уже ушли, Лаир подъехал к дому.

— Выходи красавица — сказал он после приветствий — поедем смотреть чудо дерево — и приглашающе махнув рукой в сторону открытой двери. Эллина подошла посмотреть на транспорт…и охнула. Внизу у ступенек стояли две лошади. Она отшатнулась от двери и заявила:

— Я никогда на это не сяду. Я не умею ездить на лошади — в селе, в котором жила Эллина у многих были машины, были тракторы, и даже «газели», но лошадей не было. И, естественно, она немного побаивалась этих копытных.

— Ты еще скажи, что вы ездите на чем-то другом — сказал Лаир недоверчиво.

— Мы на лошадях не ездим уже сто лет — гордо проинформировала Эллина.

— Все что я узнаю от тебя о Туманной Земле… До сих пор я думал, что это очень отсталые земли с дикарями. А то, что рассказываешь ты… — он задумчиво умолк.

— Там несколько стран. Одни более развиты, другие менее… — «и я уберусь отсюда раньше, чем вы откроете эту свою Америку» подумала Эллина.

— И на чем же вы передвигаетесь? — поинтересовался Лаир.

— Это такие… Как бы объяснить? Ну, это самодвижущиеся повозки — смутно припоминая, что так, вроде бы, называли раньше автомобили.

— Как самодвижущиеся? Без магии? Как это возможно? — глаза Лаира округлились.

— Магии у нас нет. Но мы используем энергию…

— Подожди — прервал он ее — чтобы была энергия, нужна магия. Может она у вас есть, просто вы не знаете, что это магия?

— Знаешь, я не очень сильна в науках… В общем, когда сгорает дерево, выделяется тепло. Это тепло у нас и называют энергией — и предугадывая новые вопросы, продолжила — Но не только… У нас есть разные энергии. Объяснять долго. Да я и не сумею. Так что мы будем делать с поездкой? — решила закончить лекцию Эллина.

— Я даже не знаю — неуверенно сказал Лаир — Может, сядешь впереди меня? — предложил он.

— А может, на телеге? — попросила Эллина.

— Ни за что! — воскликнул Лаир — И вообще, заканчиваем дискуссию и едем — властно потребовал он, напоминая, что он, как никак, аристократ. Эллина собралась было отказаться, но любопытство требовало, все таки, взглянуть на то дерево. И она согласилась, лихорадочно думая, а не пожалеет ли.

Кликнув уличных мальчишек, Лаир заплатил им, чтобы вторую лошадь отвели в городскую конюшню, откуда он взял ее на прокат. Затем он запер дверь(оказывается он даже знал где ключ лежит!). Вскочив на свою лошадь, он подогнал ее к самым ступенькам, чтобы Эллине было удобно взобраться. Некоторое время повозившись, развеселив нескольких прохожих, послав проклятия на длинные юбки и вознеся несколько молитв, Эллина все же очутилась в седле. Усадив ее боком, прижав к себе, Лаир подобрал поводья и осторожно тронул.

Следующие полтора часа, которые они выбирались из узких и извилистых улиц, Эллина могла бы описать только как КОШМАР. Кто же знал, что это так высоко?! Посмотрев один раз вниз, больше она этого сделать, не смогла. Богатое воображение, развращенное современными фильмами, подбрасывало картинки, как она падает с лошади… огромные копыта впечатываются в ее тело… Брррр. Она постаралась переключиться… Несмотря на ее миниатюрность, сидеть, было неудобно, приходилось прижиматься к Лаиру. Впрочем, даже если бы было удобно, она бы от него не отлипла. Обхватив всадника за талию, прижавшись к нему, не опуская глаз вниз…в общем, та еще поездочка. Прибавить к этому то, что дорога шла все время под уклон. Эллина уже знала, что город расположен на холме. На верхней его части находились городские здания и дома богачей. И дальше по спуску в строгом соответствии с финансовым благополучием. Чем ты беднее, тем ниже находится твой дом.

Пропетляв по улочкам, они вышли на самую широкую улицу в городе. Именно по ней привозили купцы свои товары. По ней могли проехать аж две телеги! Эллина может, и поехидничала бы на эту тему, если бы условия поездки были получше. Но поскольку это было не так, она молчала. Несмотря на неудобства, она начала замечать, что каменные дома перестали встречаться. Сперва были из камня и из дерева, затем только из дерева. А потом она увидела ЭТО.

Дорога шла выше, и отсюда хорошо была видна река Лар, протекающая через город, и улочки, разбегающиеся у подножия холма. Эти улочки и дома на берегу были затоплены. Вода стояла на высоте около тридцати сантиметров. Воняло так, словно прорвало канализационную трубу.

Эллина, забыв о трудностях поездки, с омерзением смотрела на эту картину, когда Лаир показав рукой, сказал:

— Эрик живет вон в том доме, если это можно так назвать — он указывал на кучку ветхих домишек расположенных чуть дальше от берега, но также подтопленных — теперь ты можешь понять, откуда он знал про свойство сока Чунар. Чтобы выбраться отсюда наверх, не промочив обувь, живущие здесь использовали этот сок.

— Не понимаю, что здесь произошло? Наводнение?

— Это происходит ежегодно. Когда в хицга начинается сезон дождей, река наполняется. Шесть декад хицга и четыре декады лога(шестьдесят дней осени и сорок дней зимы), пока длится сезон, она переполняется. Потом снега на Луке(Лук Вантора название гор) начинают таять. В общем жить около реки становится возможным только после двух декад дига.

— Подожди, ты же говорил, что у Эрика мать больна. Как же они здесь живут? Здесь и здоровый заболеет.

— Так и живут, а что остается. Денег ему едва хватает на еду.

— А почему ты им не поможешь? Ты ведь у нас барон — без задней мысли спросила Эллина, и пожалела. Грудь, к которой она прислонялась, напряглась, а руки так сжали поводья, что побелели. Она ничего не поняла, но побоялась встретиться с ним глазами и узнать, что именно написано на его лице. Чтобы сладить ситуацию, она продолжила расспрашивать:

— А куда они уходят, когда начинается наводнение?

— В верхней части города сдаются комнаты — ровным голосом ответил Лаир — Те, кто не могут себе этого позволить, остаются в своих домах, только перебираются на чердаки. Они специально их укрепляют.

— А что делают для того чтобы река не разливалась?

— Это река, что можно сделать?

Эллина чуть не поперхнулась. То есть как «что можно сделать»? А маги у них на что? Эллина перестала что-либо понимать. Какое ей до этого дело? Скоро она уберется отсюда. Пусть сами со своими проблемами разбираются. Пока шла эта беседа, они подъехали к воротам. Выехав из них, путь продолжили в молчании. Дороги, как и говорил Лаир, подсохли, и лошадь несла свой двойной груз достаточно легко. Когда Эллина стояла на пригорке три декады назад, трава только пробилась. Теперь же поля зеленели, солнце ярко светило, небо — безоблачно. Настроение поднялось. Она приспособилась к езде и даже забыла о страхе. Им не пришлось далеко отъезжать от города. Уже через пятнадцать минут спокойной езды они увидели кучку деревьев. Подъехав к ним, Лаир аккуратно спустил на землю Эллину, и, соскочив с лошади, привязал ее. А потом, важно показав рукой на дерево, сказал:

— Вот оно, дерево Чунар — хотя Эллина уже и сама догадалась. Арис была права, оно действительно было уродливым. Гладкий сероватый столб, словно увитый толстыми веревками. Как будто вздувшиеся жилы. А с макушки свисают желтоватые шнурки разной толщины и длины. Эллине это напомнило так называемое современное искусство, когда из отходов сляпают что-то, а потом, все вокруг ходят с умным видом рассуждая, что художник хотел сказать этим. Эллине очень хотелось брякнуть, что он не хотел выбрасывать мусор. А так, соединил сломанный утюг с ручкой от швабры, и вот оказалось, что размышлял он о бренности жизни. Но говорить этого нельзя, а то окажется, что ты человек приземленный, не видящий сквозь призму реалии жизни многогранность восприятия через материальность. Она не смогла бы точно передать не то, что смысл, просто саму фразу. Даже ее филологический не помогал. На такие выставки она ходила не по своей воле. Ее начальница считала, что они должны бывать на всех мероприятиях связанных с искусством. А то как же, они же ж интеллигенция. Ага. Как будто кому-то есть дело до библиотекарей. Но начальница считала иначе, и Эллине, которая была ей многим обязана, сцепив зубы, шла на выставки и тому подобные места. Вот и сейчас, глядя на это чудо в шнурках, она подумала, что только его полезность может искупить его уродливость.

— А как добывается сок — спросила она, представляя процесс добывания березового сока.

— Я не знаю — ответил Лаир — никогда не видел, как это делают.

— Ты говорил, что дети натягивают ветку. Это вот эти свисающие, это ветки?

— Да.

Эллина взяла в руки шнурок, и чуть не ахнула… На ощупь как резина… Кончик у него был заостренным.

— Отрежь его, пожалуйста — попросила она. Лаир достав нож из голенища, отрезал ей ветку как можно длиннее. Когда посмотрела на место среза, Эллина все-таки ахнула… Ветка внутри была полая… Это настоящий резиновый шланг! Невероятно!

— У тебя есть вода? — спросила она у Лаира, который все это время внимательно за ней наблюдал. Повозившись у седла, он принес ей фляжку. Эллина осторожно влила в ветку, как бы это нелепо не звучало, воду… и замерла. Попросив Лаира подержать ветку в вертикальном положении, она внимательно обследовала ее по всей длине. Снаружи она оставалась сухой. Только самый кончик выделял влагу.

Вылив из него воду, Эллина тщательно свернула шланг, или ветку, отложила его в сторону.

— Надо узнать, как из него добывать сок — заявила она, тоном, не допускающим возражения. Забрав у Лаира нож, она начала ковырять в стволе дырку. Потом сняла небольшой кусок коры. Сока нигде не было. Наверное, тут, как и с березой, по капле вытекает. Только у нее появились сомнения. Если он вытекает только каплями, это ж сколько нужно времени что бы набрать его в достаточном количестве? Пока она стояла в задумчивости, Лаир забрал у нее нож и проткнул жилу, которые оплетали ствол. Из прокола потекла какая-то белесая субстанция.

— Кажется это сок — показал барон на медленно текущее по стволу вещество.

Побоявшись трогать это руками, Эллина нашла веточку и макнула… Поднеся веточку поближе, она внимательно разглядывала, засыхающий на солнце, сок… Опустив веточку, она начала смотреть по сторонам… пощупала свою одежду… с размаху сев на траву, начала трогать траву… И продолжала задавать себе вопрос: она точно в другом мире или просто лежит в коме, и это все — игры разума? Она трясла головой и думала, как такое может быть — чтобы дерево давало резину и полиэтилен(а высохший сок точно был полиэтиленом). В ее мире на производство этого тратились энергия, материалы, загрязнялась окружающая среда… У нее было подозрение, что если она сожжет, например, эту ветку, вредных выбросов не будет… Хотя это нужно уточнить.

— Ты знаешь, что я от тебя не отстану? Пока ты не расскажешь обо всех тех мыслях, что бродят в твоей голове последние пол-кана — нарушил тишину Лаир, внимательно разглядывавший ее все это время.

— Лаир, скажи, а как вы узнаете, что ваш резерв полон? Вы можете знать сколько у вас еще осталось, после того как помагичите? — спросила она, не обращая внимания на его вопрос.

— Мы видим свой резерв как прозрачный шар — усмехнувшись, ответил Лаир — Только наполнение его отражается по-разному. У огневиков он оранжевого цвета, у водников — голубого. У каждого свой цвет.

— Но вы можете выливать силу понемногу, да?

— Не выливать. Когда мы что-то творим, энергии уходит ровно столько, сколько нужно на это творение. А если нужно освободить переполненный резерв, то его выплескивают весь. Понимаешь, когда освобождается резерв, появляется чувство слабости, человек некоторое время ничего не может делать. Зачем выливать по половинке и мучится два раза, если можно выплеснуть один раз и промучится столько же.

Эллина выслушала пояснения Лаира, кивнула каким-то своим мыслям, и снова подошла к дереву. Дополнительный осмотр показал, что тонкие ветки — более гибкие, как шланг, а толстые — более жесткие, похожи на пластиковые трубы.

— Лаир, как звали ту девушку,…которая Нарису помогала? Видящая суть растений, так, кажется, ты говорил?

— Да, Кира.

— Да, да Кира. Мне надо с ней поговорить сегодня. Это возможно?

— Да, когда поедем обратно, заедем к ней — ответил Лаир, глядя задумчиво.

— Отлично. Тогда поехали — заторопила Эллина.





17 глава




Обратный путь дался ей не так тяжело. Всю дорогу она держала в руках свернутую ветку Чунара и что-то обдумывала, взвешивала… К седлу были приторочен целый моток этих веток. Лаир ей не мешал. До города доехали быстро. Потом нырнули в узкие улочки и закоулки. Когда они петляли по ним, Эллина поняла, что одной ей на улицы этого города лучше не соваться, заблудится.

Доехав до какого-то дома, отличить от других Эллина его бы не смогла, Лаир спешился. Постучал в дверь. С кем он говорил, Эллина не увидела. Через некоторое время Лаир вернулся. И сказал, что надо ждать. Минут через десять вышла девушка и подошла к ним. Невысокая девушка, одетая в бледно-голубые колет и юбку, выглядела усталой. Она была довольно миловидной, если бы не большой крючковатый нос.

— Благодати Килах — сказала Эллина.

— Благодати всем его детям — ответила девушка.

— Кира, это Эллина, кузина Нариса. А это Кира Видящая суть растений, как я и говорил — представил девушек друг другу Лаир.

— Мне приятно познакомиться с тобой — сказала Эллина и протянула ей ветку — расскажи мне все, что можешь про это дерево — попросила она.

Девушка взяла в руки, то, что Эллина определила для себя как шланг, и замерла, закрыв глаза.

— Что именно ты хочешь знать — спросила Кира.

— Какие у Чунара вредные свойства?

— Ну, есть опилки и пить сок не советую, а так ничего вредного в нем нет. Просто некрасивое дерево.

— А если через ветки пропустить воду, она не испортится?

— Нет.

— А запах? Может у воды появится запах?

— Нет. Ветки Чунара не выделяют ничего. Можешь даже горячую коту из них пить.

— А сок? Из него можно пить?

— Что значит «из него пить»?

— Ну, если из сока сделать емкость, из нее можно пить?

— Да.

— А как это сделать?

— Сок высыхает на солнце. У рыбаков есть очень длинные сапоги, доходящие до бедер. Кожа ведь влагу не выдерживает. Поэтому они эти сапоги обмазывают этим соком, и подвешивают на солнце, высыхать. Иногда это проделывают несколько раз. Для надежности. После этого в этих сапогах спокойно можно лазить в реку.

— А кроме как на солнце, есть еще способ высушить этот сок?

— Любое тепло. Около печи, например. Но не на открытом огне. Так он только плавится. Не только сок, но и ветки тоже.

— А если сжечь дерево, и все что из него делают, что-то вредное в воздухе появится?

— Никогда не смотрела, может ли в воздухе появится вредное. Но я попробую.

Она снова закрыла глаза. Через некоторое время со вздохом открыла.

— Невероятно. Раньше я даже не интересовалась, могу ли я так. Оказалось, могу — радостно проговорила она, а потом увидев нетерпение в глазах гостей, продолжила — Нет, от сожжения ничего плохого не произойдет. Естественно нельзя вдыхать дым. Как, впрочем, и любой другой дым.

— И последний вопрос. Сколько нужно времени, чтобы вырос Чунар?

— Он растет очень быстро. Как только ветка, свесившись, достигает земли, она начинает пускать корни. На то чтобы вырасти в дерево нужно два года. Вообще от него стараются избавиться, он как сорняк. Неприхотлив и быстро разрастается. Можно задать вопрос? — после кивка Эллина, она продолжила — Такие странные вопросы. Никто еще не интересовался этим деревом, как ты. Зачем тебе это?

— Пока я не могу сказать. Но если получится, то, что я задумала, расскажу.

Тепло распрощавшись с Кирой, друзья отправились домой. Дома Эллина отправилась к колодцу. Там она шагами отмеряла расстояние от него и до дома. А потом, войдя на кухню, еще чего-то отмеряла руками…пока ее, схватив за руку, не потащили в гостиную и не усадили к столу.

— А теперь рассказывай все — потребовал от нее Лаир, и смотрел так…попробуй возрази.

— Лаир, как ты наполняешь накопители? — в очередной раз проигнорировала она его вопросы. Он ответил рычанием.

— Лаир, пожалуйста, я тебе все-все объясню, но позже. Ну, так как?

— Как, как… Держишь в руках накопитель и посылаешь в него силу.

— Это тяжело? Любой так сможет?

— Ну, да. В Академии этому учат всех. Проблем с этим не у кого нет.

— Ясно. А ты можешь привезти сюда один накопитель? Тот, который выпускает силу постепенно? Очень надо. Хочу кое-что попробовать. Лаир уехал. Эллина же, чтобы ожидание не было тягостным, принялась за ужин. Опять рыба. Она вспомнила, как гримасничал Нарис в первый день их приезда. Тогда она не поняла, но теперь-то знала, что ему просто осточертела рыбная диета. Она уже все приготовила, когда постучали в дверь. Это была Арис. Потом пришли Эрик и Нарис, и только потом вернулся Лаир. Отложив дела, они дружно сели поужинать. Сегодняшний ужин был очень бурным, в плане бесед. Новостью дня стал массовый отъезд все значимых людей города в столицу, на Праздник Года. Все высказывались по этому поводу, даже Эрик сказал несколько фраз.

— Лаир, ты же говорил, что дар получают независимо от того кем являются родители. А почему же тогда у дворян дар сильнее, чем у простых, если он не наследуется? — спросила Эллина. Вопрос она задала Лаиру, потому что именно он знал больше их всех.

Но за вопросом последовало долгое молчание. В глазах Эрика зажглись искорки интереса, Нарис и Арис смотрели в недоумении, они никогда не задавались таким вопросом. Лаир не смотрел ни на кого.

— То, что я сейчас скажу, нигде не афишируется. Знают об этом лишь немногие сильнейшие маги — проговорил он после долгой паузы. — Ты знаешь мою историю? — спросил он у Эллины и сам же ответил — Конечно, знаешь. Так вот, как известно, я должен был стать очень сильным магом. Про наследство я и не говорю. Я до сих пор не знаю, что со мной случилось, но уверен, что замешена в этом моя мачеха. Доказательств у меня нет. Моя бабушка нанимала лучших менталов. Они копались в моих мозгах, но что случилось, когда я сорвал свой резерв, никто не увидел. С тех пор у меня остались крохи от того дара. Я тогда облазил библиотеку Академии. Потом когда меня нашла бабушка, облазил все самые значимые библиотеки Ристалара. С четырнадцати лет я прочитал очень много книг. Узнал, что дар теряют при сильнейшем потрясении, узнал, что чувствуют потерявшие дар: так как чувствуют себя, потерявшие руку или ногу… Но я так и не узнал как можно восстановить свой резерв. Сильные целители могут отрастить руку или ногу, если у тебя есть деньги. Но дар вернуть они не в силах. — он замолчал, глядя в темный угол. Никто не нарушил тишину. Судорожно вздохнув, он продолжил — Но из прочитанного я узнал много магических тонкостей. Когда у ребенка пробуждается дар, он его время от времени выплескивает. После этого ребенок становится усталым и очень голодным. Восстановить силы может только мясо. Много, слегка поджаренного, мяса. Поскольку в бедных семьях с мясом проблемы, детей, после выброса откармливали, тем, что есть. Хлебом, молоком, рыбой… На этом резерв не мог восстановиться и он постепенно хирел. А богатые могли себе позволить такое восстановление, но не знали об этом, и кормили всем подряд. Только дворяне знают, что после выброса нужно мясо. За счет этого среди них самое большое количество сильных магов. Говорю еще раз, об этом знают не многие.

После рассказа Лаира, все сидели молча. Эрик с такой силой сжимал вилку, что рука побелела. Нарис сидел с самым несчастным видом. До Арис кажется, дошло, что она услышала нечто, о чем знают немногие. Неудивительно. Вполне возможно, что если бы они об этом знали, их жизнь сложилась бы по-другому. А Эллина очередной раз подумала «зачем я лезу в это?» и спросила:

— А если сейчас есть мясо, поможет?

— После взросления, нет. Нужно именно тогда, когда резерв растет.

— Это, наверное, как с ростом. Если в детстве не доедал, вырастаешь хилым.

— Да, можно так сказать.

Все осмысливали информацию. Но Лаир не позволил, ни себе, ни им долго раскисать, и потребовал объяснения сегодняшних метаний. Все начали постепенно приходить в себя и тоже уставились на нее. Эллина глубоко вздохнула. Вот неймется же мне, думала она, решила же, никуда не лезть. Но понимая, что решение уже было принято ею, спросила Арис:

— Арис, сколько резерва в день тебе требуется для замораживания рыбы? — никого этим не удивив, они уже привыкли, что она задает самые, казалось бы, бессмысленные вопросы с умыслом.

— Нууу, около половины — подумав, ответила девушка.

— Лаир, я хочу, чтобы Арис половину резерва вылила в накопитель. Что для этого нужно сделать?

— Вначале нужно узнать для какой именно цели. Видишь ли, дар ведь может проявляться по-разному. Например, Арис может и замораживать и передвигать и подогревать воду. Что именно тебе нужно?

— Чтобы она толкала воду вверх.

— Арис, влей силу движения. Ровно половину — обратился Лаир к девушке, протягивая накопитель. Это оказался природный полупрозрачный кристалл, с неровными линиями, удлиненной формы.

Арис, взволнованная тем, что на нее все смотрят, раскраснелась. Но взяла в руки продолговатый кристалл, и прикрыв глаза застыла. Эллина не стала терять время, и достав моток веток Чунара отправилась на кухню. Эрик и Лаир проскользнули вслед за ней, оставив брата и сестру вместе. Даже здесь было слышно бурчание Нариса, недовольного, что он упускает, что-то интересное. Но оставить сестру не рискнул, боясь, что ей станет плохо. На кухне тем временем происходило странное. У веток Чунары были отрезаны заостренные кончики. Эллина взялась за концы двух веток и, помолившись за успех, сунула их в печь. Вытащив, она не теряя ни секунды, быстро соединяла их. Несмотря на все ее ожидания, запахло не горелой резиной, а костром. Решив, что удивляться не стоит, нервы дороже, она продолжила соединять шланги. Поняв принцип действия, ребята присоединились. Иногда соединения получались неудачными, тогда, брак отрезали, снова расплавляли края и соединяли. Когда Эллина решила, что длина достаточная, к ним присоединились брат с сестрой. Лаира заставили присоединить накопитель к шлангу, так чтобы воду он толкал вверх по нему. Эллина побежала наверх и принесла блокнот с ручкой. Положив их перед собой, она начала думать над тем, как бы сделать кран. Нарисовала трубу и…дальше она не знала, что делать. Ведь она никогда такими вещами не интересовалась. Открыл кран, вода идет, закрыл — не идет. А почему так происходит и как это устроено не интересовалась. А вот Руслан мог ответить почти на любой вопрос. Чего он только не знал… От самобичевания и тоски по Руслану ее спас Эрик. Он осторожно взял ручку, лежащую на столе, и с изумлением разглядывал. Потом он осторожно провел черту по бумаге. Затем пощупал саму бумагу. Эллина никогда за время знакомства с ним не видела, чтобы у него так загорались глаза.

— Как это работает? — спросил он. Эллина открутила колпачок, достала пишущий стержень.

— Вот здесь налиты чернила — показала она — Здесь, в кончике, закреплен крошечный шарик. Он крутится в чернилах. И пишет — объяснив, как смогла Эллина подняла глаза. Они все стояли и смотрели восторженно… как дети. Проведение эксперимента под угрозой, поняла Эллина. — Мне нужно сделать такую штучку…эээ. Вот если по трубе течет вода, и ее нужно перекрыть у нас поворачивают краник…и закрывается перегородка…внутри. — она беспомощно замолчала. Чего она от них хочет? Это люди другого мира, откуда они знают, что такое кран?

— Нужна монета — сказал Эрик. Все на него непонимающе посмотрели. Нарис не стал долго раздумывать и вытащил из кармашка медяк.

— Пойдет? — спросил он. Эрик кивнул и забрал. Потом он, как прежде Арис, закрыл глаза, а монета в его руках начала менять форму.

— Эрик, твой резерв… — предостерегающе проговорил Лаир. То в ответ помотал головой. А монета стала уже не монета. А какой-то деталью. Посмотрев на то, что у него получилось, он спросил:

— Сюда крепить? — приставляя деталь к концу самодельного шланга.

Когда Эллина показала, что нужно вставить в шланг, оказалось, что нужно переделать. Он задумался. И снова магия. Теперь его устроил результат, и они приступили к врезке крана, но… Потребовалось еще два раза переделать, под бормотание Лаира про резерв. Наконец, установив кран, в метре от конца, нагретым ножом закрепили. Эллина проверила, залив в шланг воду. Когда краник открыли — вода утекла. И вытекла с другого конца.

— Так, кажется все… Лаир, ты уже присоединил накопитель? Отлично. Он уже работает?

— Как только его коснется вода, он начнет действовать.

— Отлично! — повторила Эллина, и схватив результат их сегодняшней деятельности, вышла через заднюю дверь. Сумерки на улице уже сгустились, но еще сохранялась видимость. Эллина специально дожидалась вечера. Утром у колодца бывало многолюдно. Воду натаскивали с утра. А вечером, был шанс, что их не застукают за такими странными манипуляциями. Посмотрев еще раз, хорошо ли закреплен накопитель, Эллина осторожно опустила его в колодец. Она бы не увидела в темноте, дошел ли он до воды, если бы шланг не был светлого, желтоватого цвета. Удостоверившись, что все в порядке, она развернулась, чтобы возвращаться, разматывая шланг,…и рассмеялась. Они стояли толпой, внимательно следя за ней. Размотав шланг, она отправилась домой, сделав остальным приглашающий жест. Хорошо бы протащить его через форточку, но она, форточка, здесь даже не подразумевалась. Это ведь только эксперимент, сказала она себе, сойдет. Повесив шланг на крюк на стене, подтащила ведро… Всё, подготовительные работы окончены. Что из этого всего получится?

— Посмотрим, что получилось — озвучила она свои мысли, и повернула кран. Две девушки и трое парней уставились на свисающий с крюка шланг. Время замедлило бег…, все затаили дыхание. Ничего. Когда Эллина уже решила, что где-то у них брак, раздался тихий плеск… Заработало, подумала Эллина. Посыпались восклицания, говорили все разом. Лаир говорил о настройке накопителя. Эрик закрыл, а потом снова открыл кран. Арис, смеясь, подставляла руки под струю… Пока продолжалось это безобразие, Эллина сбегала к себе и вытащила из кошелька последние две серебряные монеты. Спустившись вниз, она отвела в сторону Эрика и вложила в его руку монеты.

— Спасибо, без тебя, ничего не получилось бы — шепнула она, и удержав дернувшуюся руку, умоляюще посмотрела на него. Черные глаза пристально смотрели. Он кивнул, и сжав монеты в кулаке, отошел. Провожая его взглядом Эллина встретилась глазами с Лаиром, ставшим свидетелем этой сцены. Он наклонил голову в глубоком поклоне. Эллине очень хотелось, со всей ехидностью, присесть в книксене, но ограничилась кивком в ответ. Она до сих пор не понимала ситуацию. Видно, что он переживает за Эрика, но на вопрос о помощи ему, так странно напрягся. Кто этих магов разберет?





18 глава




Страсти вокруг водопровода немного поутихли и Эллина начала объяснять сложности, которые еще предстоят.

— Это у нас называется водопровод — начала лекцию девушка, одновременно рисуя на листе — Но у нас он прокладывается в земле. А в домах трубы прячут в стенах. Кран располагают над мойкой. Стекает все по другой трубе. Это называется канализ… в общем сток — поправилась Эллина — Как думаете, есть такая возможность? — посмотрела она вопросительно на Лаира. Тот немного подумал и переглянувшись с Эриком, сказал:

— Думаю, можно попробовать это сделать. Попробую увидеться с некоторыми ребятами. Уверен, что приложить свой дар любой из них будет рад. Особенно те, кто работает не по своему дару.

Поскольку сна не было ни в одном глазу, и никто не хотел расходиться, все переместились в гостиную.

— Лаир, если дар слабый, то почему бы не заняться, чем-нибудь другим. Зачем жить впроголодь, дожидаясь наполнения резерва, а не поучиться какому-нибудь ремеслу? — спросила Эллина, вспомнив, как Лаир беспокоился за Эрика.

— Понимаешь Эллина, вот если человек хочет стать художником, но имеет возможности, он будет несчастен, но вполне может жить и работать, например, мельником. А наделенный даром так не может. Если он не использует свой дар по назначению, он начинает сходить с ума. Вот Арис, например, очень повезло с работой. Она ежедневно его использует. А Кира работает швеей. Там ее дар Видящей не нужен. Когда мы попросили ее помочь с мазью, она была счастлива. Эрик как только наполняется резерв, отправляется к ювелиру. Не потому, что там платят лучше, а потому, что там он использует свой дар. И так со всеми ребятами из Академии. Средней силы адепты находят работу в богатых домах, в городских управах, у купцов… Такие как Эрик, подрабатывают время от времени. А такие как Кира мучаются, когда приходит время выплеска.

— А какой дар у тебя?

— Воздух. Так, крохи.

— Ты тоже несчастлив, что не используешь дар?

— Но я использую. В некоторых амулетах.

— Лаир, а в накопитель можно слить любой дар? Есть ограничения?

— Нет — покачал он головой — никаких. Любой дар. Ограничения только во вместимости.

— А какая у них вместимость?

— Зависит от величины и структуры. Объяснять долго. Этому надо учиться.

— А этот накопитель, ты его сам делаешь? — пока общались эти двое, остальные узнавали для себя много нового.

— Сами кристаллы природного происхождения. Артефактники работают с внутренней составляющей, чтобы сделать их накопителем.

— А они дорогие?

— Совсем нет. Эти кристаллы используются для другого. Нам, артефактникам, нужны целые кристаллы. А вообще, их измельчают и добавляют при изготовлении блоков при строительстве. И магически атаковать такое строение не смогут. Это защита от магического воздействия любой силы. Пока кристалл цел он удерживает в себе магию, а при измельчении, наоборот, ее рассеивает.

— У него, наверное, меняется кристаллическая решетка? — наобум спросила Эллина. Лаир вздрогнул.

— Откуда ты знаешь про решетку? — хрипло спросил он, прожигая ее взглядом.

— Это еще из школы — удивленно ответила Эллина — В точных науках я не сильна, но помню, что у твердых тел, есть кристаллическая решетка. И если чего там поменять, то меняется свойство этого тела — она не могла вспомнить химия это, или физика.

— Вы изучаете это в обычной школе? — пристав, с бешенством в глазах, спросил Лаир.

— Чего ты так взволновался? Ну да изучаем. Потом еще в инс…эээ…Академиях изучаем. Что такое? Это что-то страшное? — уже не зная как реагировать, испугано спросила Эллина. Лаир тяжело опустился на стул и закрыл лицо руками.

— Моя бабушка сделала немыслимое, пытаясь перевести меня в артефактники. На это нужны были огромные деньги. Для того чтобы я стал Видящим внутреннюю суть ей пришлось продать все что у нее было. После она продала свои драгоценности, чтобы купить мне необходимые инструменты… А ты говоришь, что у вас изучают это в школе! — проговорив это все, не отрывая рук от лица, Лаир умолк. Вот и объяснение, почему он не смог помочь Эрику.

— Я никогда не смогу с ней расплатиться. Она лишилась своего дома, почти всего состояния… — с горечью в голосе произнес он, после молчания — И все для того чтобы я не чувствовал себя ущербным…

— А почему стать артефактником стоит так дорого? — спросила Эллина, пытаясь разрядить обстановку.

— Чтобы человека, не наделенного этим, сделать Видящим внутреннюю суть, нужна работа сильнейших магов. Это единственный дар, который можно сотворить. Для того, у кого сильный или средний дар, требуется не очень много работы. Но со мной требовались многие вливания, заклинания… И вообще… Потребовалось совместная работа магов. Маги и так оценивают свои услуги недешево, а то, что проделали со мной… Это шедевр. Так они говорили бабушке, называя свои заоблачные цены. Потом инструменты. Они тоже дороги. Итог — в артефактники идут только те, у кого есть деньги. Какой бы сильный дар Видящего внутренную у тебя не был, если ты бедный, артефактником тебе не быть.

— А кристаллы сколько раз можно использовать? — вернула разговор на нужную ей тему Эллина. Она понимала, что эти слова могут принять за бесчувственность, но времени у нее было мало. Лаир некоторое время смотрел на нее устало.

— Кристалл можно использовать только один раз. Но энергии вместить может много. Когда мне понадобились разные энергии для амулетов, я ездил на прииск, покупать кристаллы. Потом мне надоело туда ездить, и за один золотой я купил два мешка. Из них я использовал, наверное, штук десять.

Да, подумала Эллина, но цены на них подскочат, как только узнают для чего их можно использовать. Лаир начал собираться домой. Устало улыбнувшись, он сказал:

— Сегодня день очень насыщенным. Я устал. Но обещаю вернуться завтра. Пусть Килах пошлет хорошие сны — попрощался он.

— Лаир — позвала его Эллина — Твоей бабушке не нужно, чтобы ты с ней расплачивался. Думаю, что все, что она сделала, она сделала для единственного сына своей дочери.

Лаир смотрел на нее своими серыми глазами. Потом, второй раз за сегодняшний вечер, склонил голову в поклоне.

Следом ушел Эрик, пожелав хороших снов.

Брат и сестра Авера и Эллина, поглядев друг на друга, принялись за уборку.

Эллина предупредила, что воду лучше набрать сегодня и убрать шланг, во избежание соседских расспросов. Нарис принялся наполнять ведра. Эллина и Арис помыли посуду. Потом, пожелав сновидений, разошлись по комнатам.

Завтра — последний день.





19 глава




Эллина думала, что в свой последний день она будет как на иголках. Может, так и было бы. Если бы ее оставили в покое. Но сегодня возможности понервничать ей не оставили. Эрик пришел утром и попросил у нее ручку. Он так внимательно ее разглядывал, откручивал колпачок, закручивал… что Эллина посомневавшись, все же принесла ему складной нож. И снова загоревшиеся глаза. Она подумала, что это из-за того, что у него дар металла. Но она ошиблась. Эрика интересовал именно механизм. Он пришел в восторг от четкости, слаженности работы деталей. Он хотел знать, как это работает. Эллина нарисовала ему на листке пружину, объяснив, как ее используют в механизмах. Ну, как смогла. Затем вспомнив часовой механизм, нарисовала шестеренки, цепляющие друг друга. Эрик ушел в глубокую задумчивость.

Потом в дом ввалился Лаир с шестью ребятами. Оказалось все они с даром земли. Консультируясь с ней, они проложили шланг под землей и в толще стены. Поскольку сил у каждого было не много, они сменяли друг друга. Все это делалось с таким энтузиазмом и радостью, что Эллина поняла, для них действительно счастье использовать свой дар по назначению. Работать закончили за два часа. Удивив этим Эллину. Никаких траншей, никаких раздолбанных стен, никакого мусора. Через два часа шланг, с прикрепленным к нему накопителем, под землей провели в колодец. Из стены торчал кусочек шланга с краником. Вместо мойки, или раковины, поставили на табурет продырявленное ведро, а от него отвели сток, в небольшую яму. И все. Все готово. Эллина подумала «Боже мой, да с такими темпами, они всю страну через год переделают!».

Все «земляне» дружно пообедав, поохав над краном, попрощавшись, удалились.

После их ухода Эллина сказала, что сток они сделали хороший, но яма маленькая и наполнится она быстро. На что Лаир самодовольно ухмыльнувшись, продемонстрировал ей другой накопитель — испаряющий воду.

— А запах? — спросила Эллина, не давая ему загордиться.

— Это тоже учтено — высокомерно ответил Лаир.

— Оооо! — уважительно проговорила она.

— Угууу — ответил ей Лаир.

Затем пришел Нарис с несчастным лицом, и они, забыв о своих достижениях, кинулись к нему.

Он рассказал про девушку, не выплеснувшую вовремя резерв. Самопроизвольный выброс привел к возгоранию. Девушка получила сильные ожоги. Сил Нариса не хватило на ее лечение, а пригласить ксана, родители девушки не смогут. Вид у Нариса был такой, словно он родню хоронит. Лаир беспомощно смотрел на него.

— А здесь в Ларосе, много таких целителей как ты, Нарис? — спросила Эллина.

— Да, довольно много — ответил за него Лаир.

— А почему бы им не собраться, как сегодня собрались у нас ребята, и не полечить вместе? Или целительство нельзя смешивать?

— Я не знаю — ответил Нарис — никогда не слышал о таком.

— Ну, так попробуйте — раздраженно сказала Эллина. Лаир и Нарис засобирались. Барон расспросил, где живет девушка, пообещал привести туда тех, кого он найдет. Нарис побежал к самому ближайшему целителю.

Закрыв за ними дверь, Эллина развернулась и встретилась с черными глазами Эрика.

— Он очень переживает — сказал он — Очень добрый.

— Я понимаю, но он так теряется, когда я задаю ему вопросы.

— Он ни о чем не раздумывает, кроме целительства — объяснил Эрик. Кажется это одна из самых длинных его фраз — Не раздражайся — посоветовал он и погладив по руке, снова ушел за стол. Механизмы его сейчас занимали больше. Поскольку Арис была на работе, Эллина приготовила ужин. А через пару канов ввалились друзья. Нарис выглядел уставшим, но невероятно счастливым. Они нашли пятерых целителей с разной степенью одаренности. Вместе они смогли, то, что не удалось одному Нарису. Эллина же только покачала головой. Не может быть такого, что они сами до этого не дошли. Наверное, тут еще что-то, чего она не знает. В очередной раз, объяснив себе, что это ее не касается, она начала разливать коту.

— Понимаешь Эллина — начал пояснять Нарис, вспомнив, как накатило на него ее раздражение — мы с этой девушкой вместе учились. Ей не повезло, она огневик, а работу нашла прачки. Применять дар удавалось редко. А тут так сложилось, что несколько дней ей нужно было быть на ногах. А после выплеска накатывает такая слабость, что приходиться два дня отлеживаться. Она тянула, думала успеет… Не успела — закончил он, глядя на собравшихся за столом.

— Огневик говоришь? — задумчиво потянула Эллина — А пускай она накопители наполнит. А мы из них печку сделаем.

Все на нее уставились в предвкушении.

— Объяснишь? — стараясь придать себе равнодушный вид спросил Лаир.

— У нас дровами не топят. Представьте себе, такая…такой шкафчик, из металла. Сверху у него расположены горелки. А внутри можно выпекать… — понимая, что объясняет она не очень, Эллина забрала у Эрика ручку и бумагу, и начала рисовать. Ребята, встав со своих мест, нависли над ней. — У каждой горелки своя ручка. Покрутишь ее…

— Выпускается огонь — докончил за нее Лаир, давая понять, что дальнейшие разъяснения не требуются, и начал бормотать — Если настроить амулет…без большого впрыска…чтобы усиливать, нужно… Да, да мне кажется можно попробовать. Я пойду. Нужно кое-что проверить… — настроение у него сегодня кардинально отличалось от вчерашнего. Распрощавшись, он ушел. Зато пришла Арис и они сели ужинать. Арис была в полнейшем восторге от крана, и изумлялась, почему никто не додумался до этого раньше. Поскольку Лаира, чтобы ее одергивать здесь не было, она оживленно болтала. Нарис бросал на Эллину внимательные взгляды. Эрик молчал и о чем-то раздумывал. Эллина же предполагая, что это, возможно, последний их вечер с ними поочередно смотрела на них. Когда закончили ужинать, Эрик, попрощавшись, вышел, умудрившись забыть про традиционный сверток. Нарис пришлось догонять его. Затем все собрались вокруг самодельной мойки, и Эллина начала показывать, как можно мыть посуду под проточной водой. Проблема была в том, что вода была очень холодная. Эллина рассказала, как устроить, чтобы из крана текла и горячая вода. Намекнула, что можно устроить отдельную ванну. В общем искушала их комфортабельной жизнью.

Когда у себя в комнате Эллина переодевшись в ночную рубашку, готовилась нырнуть в кровать, постучал Нарис. Укрывшись одеялом, она пригласила его, и он как обычно вытянулся рядом с ней. Некоторое время они молчали, но молчание не было тягостным.

— Сегодня последний день — начал Нарис — но я хочу, чтобы ты была готова к тому, что Актравис может не приедти завтра. — он ожидал, что она возмутится, но Эллина молчала — Это ведь королевский маг, может оказаться, что другие дела важнее… В общем, не расстраивайся если завтра я его не встречу в Академии. Но рано или поздно…

— Не волнуйся Нарис. Я понимаю, что не все может пойти по нашему графику, и предполагала, что может возникнуть заминка. Но я подожду. Ведь ждала же тридцать дней.

— Тебя так раздражает, когда я не могу ответить на твои вопросы — посмеиваясь, сказал Нарис, чтобы сменить тему.

— Ну, Нарис, ну, в самом деле, ты практически ничего не знаешь. О чем-то спрошу, ты в растерянности.

— Это потому, что я всегда интересуюсь только тем, что связано с целительством. Когда вы начинаете разговаривать с Лаиром, я понимаю, что много не знаю, многим просто не интересовался.

— Человек должен быть всесторонне развит — с пафосом проговорила Эллина, а потом вспомнила, что сама-то тоже ничем не интересовалась. Сидела в своей библиотеке, читала в интернете любовные романы или фэнтези.

— Я это понимаю. Но переделать себя не получается — он немного помолчал — Знаешь, я иногда, завидую людям без дара. Они не зависимы от него, могут заниматься, чем хотят. А потом когда представлю, что не смог бы вылечить даже маленький порез, так страшно становится… Пусть у меня и слабый дар, но для меня счастье, что я могут хоть чем-то помочь людям. Наш королевский целитель ведь из простых, не из дворян. Он достиг таких высот. Сильнейший целитель. Когда на охоте одному из послов оторвало палец, он там же в лесу нарастил ему новый. Это очень большая сила. Я восхищаюсь им.

— Давно он стал королевским? — спросила Эллина.

— Как только закончил Академию, про него уже знали, что очень сильный. Его взял к себе тогдашний королевский целитель и, проучившись у него два года, сменил его. И уже двадцать лет он живет во дворце.

— А кого он сейчас лечит?

— Королевскую семью, конечно. Ну и других по приказу короля.

— Простых людей он не лечит, даже если есть деньги?

— Нет, он же королевский — удивленно ответил Нарис.

— Вот ты им восхищаешься, а этот человек, данный ему дар, растрачивает впустую. Сидит себе во дворце, изредка полечивает короля. А множество людей страдают без помощи целителя. Нарис я хочу кое-что предложить. Это возможно потребует много денег и времени, но все же… Вы сегодня вместе вылечили девушку. Тогда, что вам мешает собраться всем и лечить вместе? Найдите какой-нибудь дом, устройте там лечебницу…

— О Килах, это невероятно — к концу ее речи Нарис уже сидел — это же…туда могут прийти даже с крошечным даром… Они могут помогать…

— Да, да. У нас их называют сестрами.

— Я так завидую тебе. Ты живешь в удивительном мире — восхищенно произнес Нарис.

— О, все не так, Нарис. Все совсем не так. Может у нас устроено лучше, чем у вас, но все же… Там у нас такая бюрократия, а иногда и бессердечность встречается. В общем не настолько все хорошо. Но ты сделай, чтобы здесь стало лучше, чем есть. Может это будет только начало, а дальше подхватят другие.

— Да, я постараюсь.





20 глава




Нарис чувствовал двойную нервозность. Свою и Эллины. Он почти перестал ходить в Академию. Да от них никто и не требовал ежедневного посещения. Необходимые знания им выдали, а дальнейшее было на их усмотрение. Хотят, могут присутствовать на лекциях, не хотят — никто не заставляет. Лекции были нужны для среднего и сильного даров. Адепты со слабым даром могли уже сейчас заниматься тем, чем могут. Им даже диплом не выдавали. Нарис, не ходивший сюда последние две декады, уже два дня с утра появлялся в Академии.

Прошло уже два дня. Актрависа все еще не было. Магистр Тулар уже начал хмурится от расспросов Нариса. Но он продолжал, ходит к нему, и спрашивать скоро ли прибудет ксан-магистр. И все равно пропустил этот момент.

Ксан-магистр телепортировался прямо к себе в кабинет. Он был усталым и раздраженным. Множество дел навалившиеся в последнее время, заставляли задуматься об отказе от должности директора Академии. От королевской должности ему уйти не дадут. Да и сам он не хотел бросать короля в такой ситуации. А ситуация усложнялась с каждым днем. Он уже не высыпался. И начал принимать восстанавливающие настойки.

А тут еще приходится разбираться с интригами в Академии. Актравис раздраженно смотрел на шумящих в его кабинете ректоров и понимал, что Тулар не справится с ними. Он махнул рукой. Наступила тишина. Все преподаватели, гудевшие словно рой пчел, застыли обездвиженные.

— Все это кончено крайне интересно. Но я должен разочаровать вас магистр Адалин и магистр Нок, продвигать ваших любимчиков я не собираюсь. Участвовать они будут на равных с другими основаниях. Магистр Лорин, передайте маркизу Терне, что при любых финансовых вложениях его сын выше среднего не тянет, он не станет магом. А вы… — докончить ему помешал шум в приемной. Изумленно вскинув брови, Актравис взмахом руки распахнул двери, и увидел, как его секретарь пытается выставить адепта из приемной. А адепт, увидев смотрящего на него мага, крикнул:

— Ксан-магистр прошу вас выслушайте меня, это очень важно. Я должен сказать вам… — вытолкнутый из комнаты адепт не успел докончить.

— Лорн, впусти адепта. Пусть подождет пока в приемной — сказав это, Актравис снова захлопнул двери. Ему стало интересно, зачем пришел этот парень. Судя по ауре очень слабый целитель. Слабо одаренные долго здесь не задерживались и их не запоминали. И у них обычно не бывало дел, которые нужно решить с руководством. Решив разобраться перед отбытием в столицу, он быстро закончил совещание, и пригласил парня в кабинет.

— Так что у тебя случилось такого важного — спросил он, разглядывая его, и пытаясь вспомнить, кто это. Аура схожая с аурой его матери напомнила. Да, Лус была сильным целителем. Сыну не повезло.

— Ксан-магистр — волнуясь, начал парень — видите ли, у меня необычное дело…у меня дома находится девушка…,она попала в непростую ситуацию…

— Ты пришел ко мне, чтобы я разобрался с твоей девушкой? — гневно сверкнул глазами Актравис.

— Эта девушка с Туманной земли — выдохнул адепт. Гнев, не успев раздуться, испарился.

— С Туманной? Как она сюда попала? — изумился маг.

— Это очень долгая история. Она хочет поговорить с вами. Прошу вас ксан-магистр…прежде чем вы уедете… Мы ждем вас здесь уже три декады.

— Для чего ей понадобился я? Ей скорее нужен хороший амулет-переводчик.

— Да, я купил. На крови. — еще больше удивил он Актрависа. — Но она хочет отправиться домой. Вы ведь самый сильный портальщик. Прошу, пойдемте со мной. Для нее вы единственная надежда.

Актрависа не пришлось долго уговаривать. Расспросив адрес, он открыл портал. Они очутились в средней части города. Пройдя пару шагов, парень поднялся по ступеням и постучал в дверь. Когда Актравис поднявшись следом, вошел в дом, он увидел девушку. «Эллина» представили ее ему. Она наклонила голову, словно герцогиня, хотя одета как простолюдинка. И он подумал, что если бы он встретил ее на улице, то и тогда догадался бы что она не местная. У нее были такие необычные глаза. И эти глаза, при виде него, загорелись такой радостью и надеждой, что он с некоторым сожалением вспомнил о своем возрасте. А аура…это что-то невероятное. Он такого никогда не видел. Не маг, не одаренная, но…невероятная. Она переливалась всеми цветами радуги. Пока он разглядывал ее, она заговорила. И тут до него дошло! На ней амулет. Говорила она странно, словно на секунду задумывалась перед каждым словом. Но когда он разобрал, что она говорит, растерялся.

— Нарис, он знает?

— Я сказал, что ты с Туманной… Не рискнул говорить правду.

— Что это значит? Ты не с Туманной? — нахмурившись, спросил Актравис.

— Нет, я…я с…

— Когда я в первый раз ее увидел, она стояла в Колдуле — решил помочь девушке целитель. И пока до него доходил смысл этой фразы, ему сказали другую, от которой его как громом поразило:

— Я из другого мира. Я случайно вступила в активный портал, и он перенес меня сюда.

Сильнейший маг королевства Ристалар, шокировано смотрел на девушку, пытаясь до конца понять то, что она ему сказала. Из другого мира! Уму непостижимо. Махнув рукой, он придвинул себе стул и опустился на него.

— Магистр…то есть ксан-магистр, умоляю вас помогите мне. Я попала сюда случайно. Мне нужно домой. Прошу помогите… — из карих глаз потекли слезы, а девушка опустилась перед ним на колени. Он вскочил и схватив ее за руки помог подняться:

— Ну что вы дитя мое, не плачьте. Что я могу сделать? Я не знаю, чего вы от меня хотите — сказал он, проводя ее к стулу и помогая сесть. Сам он опустился рядом.

— Я хочу домой. Вы же портальщик, откройте портал, чтобы я могла вернуться, прошу вас.

— Но это невозможно — начал маг, по лицу девушки растеклась мертвенная бледность, а глазах появился ужас — пока невозможно — добавил он, а мысли лихорадочно забегали — Колдул активизируется только через…ээ…пять лет. До этих пор ничего нельзя сделать.

— Что?! Пять лет!!! Нет! Я не могу. Я должна вернуться! Пожалуйста. — голос девушки чуть не сорвался.

— Это невозможно, поверьте. Как только станет возможным, я сделаю все, что в моих силах, а пока… — девушка разрыдалась.

— Там…у меня парень…что случится за эти годы? Как же так? За что? Я его люблю. У меня ничего не осталось — слова сквозь рыдания, едва возможно было разобрать. Актравис обнял ее.

— Послушайте, дитя мое. Ведь ничего страшного не случилось. Вы живы, здоровы. С помощью Килаха, вернетесь в свой мир. Да, пять лет это долгий срок. Но ведь это не на всю жизнь. А молодой человек? Что ж, помолимся Килаху, чтобы его чувства оказались крепкими. А если же нет, то…может оно и к лучшему. Если чувства не настолько крепки, чтобы выдержать испытание временем…? — не закончил Актравис, поглаживая ее по голове.

Маг, использовав небольшую силу, послал на девушку успокаивающую волну.

— Давно вы к нам попали? — решил собрать информацию Актравис. Только девушка не отвечала, она сидела поникшая…безразличная…

— Три декады назад — ответил за нее Нарис.

— И она все это время была здесь?

— Да, жила с нами. Со мной и сестрой.

— Кто еще знает, что она из иного мира?

— Никто, даже сестра. Для близких друзей она с Туманной Земли, а для остальных моя кузина.

— Хорошо. Очень хорошо — воскликнул маг, он не думал, что все так удачно сложится — Я думаю ее лучше перевезти ко мне домой…

— Я никуда не поеду — оба мужчин даже не поняли, кто говорит, настолько глухо звучал голос Эллины.

— Поймите, если кто-нибудь узнает, откуда вы, беды не миновать — начал объяснять ксан-магистр.

— Я никуда не поеду — повторила Эллина.

— Дитя мое…

— Я вам не дитя — она подняла глаза и в них сверкала такая ненависть, что маг отшатнулся — Я останусь здесь.

— Хорошо — сказал Актравис — может так и лучше. Только никому не говорите о том, чт…

— Скажите слово, что никому обо мне не скажете — пристально глядя ему в глаза, потребовала девушка.

— Ох, милая… я, конечно, могу сказать, но ведь это…

— Скажите слово — прохрипела она с такой злобой, что Актравис понял, она не отступит.

— Никому не скажу о том, откуда Эллина. Слово.

— И королю — потребовала она. Тот судорожно вздохнул. Откуда она знает?

— Не скажу королю, откуда Эллина — проговорил он, понимая, что это необходимо — Слово.

Эллина развернулась и ушла не попрощавшись. Нарис извинился, сказав, что это от отчаяния. Ксан-магистр отмахнулся.

— За ней нужно присматривать. Лучше было бы перевезти ее ко мне…

— Простите ксан-магистр, она откажется.

— Хорошо, — вынув из кармана увесистый кошелек, он протянул его Нарису — Вот возьми, на ее нужды. Если ей что-то понадобится, отправь послание в столицу на мое имя. Никто не должен знать о ней. Мне нужно идти, меня ждут во дворце…

— Благополучной дороги ксан-магистр — пожелал Нарис, поклонившись.

— Да, Благодати Килах — ответил маг, и открыв портал, исчез в нем.

Выйдя из портала во дворце, он остановился и задумался, хотя его ожидал сам король. Он вспоминал иномирянку. Поразительно. Кто может похвастаться такой встречей? Как жаль, что сейчас так не спокойно и предстоят многочисленные поездки. Иначе он перевез бы эту девушку к себе. А ее мнение… Небольшое воздействие и она бы стала послушной игрушкой в его руках. Но сейчас у него просто не было возможности заняться ею. Отправить домой! Ха, подумать только. Природный портал может открыть только природа. На то он и природный. Даже если бы была возможность ее отправить. Кто бы это сделал, не узнав все о ее мире? Как только он освободится, он займется этим. Сказкой о том, что через пять лет она может вернуться домой ее можно кормить долго. А потом она смирится тем, что останется здесь навсегда. Его ждут удивительные открытия.

Правда он не ожидал, что его поездка так затянется.





21 глава




В голове стучало. Равномерно. Монотонно. Заполняя все пространство.

Пять лет! Пять лет! Пять лет! Пять лет! Пять лет!

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Перед глазами расплывался серый туман. В ушах стоял гул. Ничего не осталось. Только в голове продолжало стучать.

Пять лет! Пять лет! Пять лет!

Какие-то тени скользили на грани восприятия. Какие-то голоса пытались пробиться через гул. Все перекрывал стук в голове.

Пять лет! Пять лет! Пять лет!

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Пытаясь сбежать от тумана и гула, уходила в темноту. Но и там продолжало стучать.

Пять лет! Пять лет! Пять лет!

Нарис вышел из комнаты, закрыл дверь и устало к ней прислонился. Уже вторые сутки Эллина находилась в каком-то полубессознательном состоянии. Она то теряла сознание, то снова приходила в себя. Но при этом ничего не слышала, и кажется, не видела. Он уже не помнил сколько успокоительного на нее извел. Его силы, еще раньше израсходованные на обожженную девушку, были на исходе. Но позвать на помощь он не решался. Вдруг в бреду Эллина проговорится. Он не знал чем ей помочь. Не ожидал, что случившееся так отразится на ней. Конечно, он чувствовал ее острое желание вернуться домой. Оно не ослабевало ни на минуту. Что бы она ни делала, о чем бы ни говорила, домой она хотела всегда. Даже когда, с таким энтузиазмом, устраивала им водопровод. Он знал, чувствовал, что это ее попытка чем-то отблагодарить их. Тем, что было в ее силах.

Нарис со стыдом признавался себе, что он обрадовался, когда королевский маг, сказал про пять лет. Он знал, что для нее это важно, но все равно, чувствовал щемящую тоску, когда думал, что она, войдя в Колдул, исчезнет из его жизни. И когда прозвучали слова про пять лет, в душе вспыхнули искры радости. Но теперь он стыдился. Видя, как она страдает, ему было стыдно, что он так эгоистично хотел того, что для нее было горем.

Он всю ночь не спал и сидел рядом с ней на стуле. Ему нужен был отдых, но оставить ее одну он боялся. Он уже подумал, не позвать ли ему Эрика, как самого молчаливого, когда услышал свое имя. Он быстро вошел. Эллина лежала на спине, устремив ничего не выражающий взгляд в потолок. У него сжалось сердце.

— Нарис, тебе надо поспать — произнесла она хриплым, безжизненным голосом.

— Я не хочу, я посижу…

— Ты забыл — все также без эмоций прохрипела она — я все чувствую. Со мной все будет хорошо. Ты иди спать.

— Может тебе принести поесть? — спросил Нарис.

— Нет. Уходи.

— Может ты…

— Я хочу остаться одна. Уходи — но поскольку тот продолжал стоять, она добавила — Не стой у меня над душой. Я устала от всех вас. Уходи. Нарис знал, что это правда. Это налетело на него волной когда он вошел сюда. Она никого не хотела видеть. Пожелав ей выздоровления, он вышел.

Ненавижу! Ненавижу!

Эта мысль ясно сформировалась, когда она пришла в себя. Ненавижу их всех. Не нужно было здесь ждать. Нужно было ехать за этим главным магом и заставить его открыть портал. В глубине души она понимала, что несет чушь, но остановиться не могла. Ей нужно было выплеснуть все, что накопилось в ней за этот месяц.

Все эти дни она мечтала попасть к себе. Мечтала опустить свое измученное тело в горячую, пенную ванну. И отмокнув в ней, жесткой губкой смыть под душем всю грязь параллельного мира. Затем долго отсыпаться на чистых белых мягких простынях. А утром, приготовить себе крепкий чай, и со смаком потягивая его, заедая любимым печеньем, поваляться перед телевизором. Не о чем не думая, тупо щелкая по всем каналам. Блажено провести полдня ничего не делая. Потом встряхнувшись, надеть любимые джинсы, удобную кофточку, влезть в кроссовки и поехать в город. А там, добравшись до парка, гулять по нему поедая мороженное, грызть фисташки и кормить голубей. А затем пойти в кино. На какой-нибудь новый блокбастер, и просидеть весь сеанс поедая попкорн. Хотя никогда себе этого не позволяла и не любила, когда это делали другие. Следующим на очереди было любимое кафе. Вкусно поужинав любимыми блюдами, она бы отправилась домой. И лишь на следующий день, приведя в порядок свои мысли и чувства, она собиралась встретиться с Русланом. И рассказать ему. Может правду, может выдуманную версию. И снова зажить счастливой жизнью.

Но королевский маг испепелил все ее мечты.

Ненавижу!

Пять лет!

Нет никаких шансов, что пять лет Руслан будет ждать ее. Сидевшая глубоко в подсознании мысль, что дома ее сочтут погибшей, теперь вылезла и показалась во всей красе. Если бы она появилась через месяц, это можно было бы объяснить, чем угодно. Заблудилась. Память отшибло. У любовника зависала. Но пять лет! За это время там многое изменится. Ее любимый, ее дом, ее работа… Ничего. У нее не осталось ничего!

Пять лет!

Вот, что чувствуют осужденные. Особенно безвинно осужденные. Но у осужденных в ее мире, по крайней мере, есть возможность перезваниваться, переписываться… А что оставили ей?

Ненавижу. Все что ей пришлось вытерпеть за этот месяц, заставляло ее сердце кричать «Ненавижу». Эта длинная юбка, когда хочется влезть в джинсы. Эта однообразная еда. Ведро с отходами жизнедеятельности, которое надо было каждое утро выносить. Утром по улице шел парень с бочкой на тележке, в которую жители выливали накопившееся за день. Канализация, блин. Эта вонь от бочки, от которой ее выворачивало. Не устроенность быта, отсутствие телевизора, книг… А еще она ненавидела их одежду. Или вернее сказать ее цвета. У одних бледные — не разберешь какого оттенка. У других режут глаза. Попугаи рядом с ними выглядят скромно. Эта манера богатых купчих одевать несколько юбок, одна короче другой. И каждая яркая режущая глаза. У них это считалось шиком. Туземцы. Ненавижу. Этот их город. По нему все время нужно ходить или в гору, или под гору. А у подножия, каждую осень и зиму у них прорвавшаяся канализация. Обладая силой взмахом руки проделывать огромную работу, они сидят и плачут. Вот такие мы несчастные. А раскинуть мозгами не хотят. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу!

Раздался стук в дверь и не дожидаясь от нее ответа вошел Эрик. Подойдя к кровати, он опустился на стул, на котором провел ночь Нарис.

— Актравис не помог? — спросил он. Она не отвечала, продолжая смотреть в потолок. Мелькнула мысль, что Нарис ему все рассказал. Мелькнула и пропала.

— Ты не с Туманной — не спрашивал, утверждал он. В душе что-то всколыхнулось.

— Откуда ты знаешь? — ее голос был безжизненным. Он пожал плечами.

— И откуда я, по-твоему? — спросила она, совсем не волнуясь о том, что ее тайну разгадали. Он снова пожал плечами, а потом сказал:

— Думаю, тебя послал Килах — он взял ее руку и погладил.

Он ушел. И до нее, сквозь отчаяние, обломки надежды, пепел мечты, всполохи ненависти, начало доходить то, что сказал Эрик.

Она вспомнила родителей. Они не были верующими. Но в последние годы стало модным ходить в церковь, носить кресты. Ее мать на пасху красила яйца, пекла кулебяки, ходила в церковь, ставила свечи. Но Эллина знала, что это не из-за большой веры, а из стадного чувства. Раз все идут, надо идти. А отец даже притворяться не стал. Не крестился, не молился. Только возмущался, что партработники, которые их раньше рьяно учили, что бога нет, сейчас столь же рьяно утверждали обратное. И на всех церковных службах стояли в первых рядах.

Зато бабушка, с которой Эллина провела большую часть детства, в бога верила. Но не напоказ. В то время церкви были не во всех деревнях. Да ходили туда не без особого энтузиазма. Но бабуля упоминала бога часто. И когда маленькая Эллина описывала бога, как белобородого строгого старика, сидящего на облаке, начинала ей объяснять, что он не всегда сидит наверху. Иногда, он может оказаться старушкой, переходящей дорогу, нищим с протянутой рукой, беспомощным котенком… Нужно помнить, что он может быть везде, и вести себя так, чтобы вызвать его улыбку. Потеряв бабушку в одиннадцать лет, Эллина не забыла ее поучения. Она верила в бога. Но, так же как и бабушка, не на показ.

Вот и слова Эрика, напомнили ей, что в мире ничего не происходит просто так. Все что ни делается, делается к лучшему, говорила бабушка. Кроме смерти, начала добавлять Эллина, после смерти родителей. А сейчас думала, что может оно и к лучшему, что их нет. Чтобы стало с ними сейчас, когда их дочь пропала? Что бы им пришлось пережить? А так, только Руслан… Эта последняя мысль прорвала дамбу. Ненависть, которая горела в ней до сих пор, залило потоком слез и погасило.

Она рыдала, плакала, стонала и прощалась. Прощалась со всем, что у нее осталось в том мире. С домом, с работой, с привычным образом жизни… Но в первую очередь она прощалась со своей любовью. Первой любовью. Она плакала и отпускала. Она стонала, но понимала, не нужно надеяться. Она рыдала и думала, что придется все начать сначала. Как тогда, после смерти родителей. Только сейчас все будет намного труднее. Намного сложнее. Она опять одна в целом мире. Но она справится. Она обязательно справится!

Только вначале составит план.





22 глава




Нарис, как мог, отбивался от попыток друзей повидать Эллину. Не придумав ничего лучшего, он отговорился тяжелыми женскими днями. Лаир поверил, и попросив передать ей пожелания выздоровления, ушел. А вот Эрик, выбил у него почву из под ног своим вопросом.

— Актравис не помог? — спросил он. Нарис посмотрел на него в шоке.

— Откуда ты знаешь?

— Видел — пожав плечами, ответил Эрик, и пока Нарис придумывал, что бы ему соврать, поднялся к Эллине. Целитель не рискнул пойти за ним. Эрик не задержался наверху и, спустившись, попрощался.

— Ты сказал «слово» — напомнил ему Нарис. Эрик, молча, посмотрел на него и вышел.

Нарис не знал, что именно его молчаливый друг сказал Эллине, но почувствовал, как ненависть, горевшая в ней до сих пор погасла и она заплакала. Напряжение, которое он до сих пор не замечал в себе, отпустило его. Слезы тоски, слезы прощания… Боль ее не ушла…, но стала чуть глуше. Это не страшно. Страшно было то, что бушевало в ней до этого. А сейчас — все почти хорошо.

Ни в тот вечер, ни весь следующий день Эллину никто не беспокоил. Нарис сказал всем, что ей нужно побыть одной.

И только вечером когда все собрались за столом, а Нарис уже раздумывал, не навестить ли Эллину, она сама объявилась в гостиной. Она побледнела, осунулась, под глазами залегли круги. Глаза, как раньше, не горели. Они потухли. Нарис прислушавшись к себе, заметил, что у нее и эмоции потухли. Лаир поглядев на нее, понял, что что-то демонстрировать и расспрашивать ее сегодня не стоит. Эрик смотрел сочувствующе. Арис как всегда начала рассказывать сплетни, слухи. Лаир не стал, как обычно ее одергивать, а дополнял новостями из высшего света. Все новости крутились вокруг приближающегося Праздника Года.

Эллина посмотрела на всех равнодушными глазами, и пошла на кухню. Все растерянно переглянулись между собой. Долго разгадывать загадку им не пришлось, девушка вернулась, неся с собой хлеб, сыр и немного сметаны. Раньше, не сумев съесть очередную порцию рыбы, она тайком подкреплялась таким образом. Теперь же стесняться и скрываться не стала. Поставив все на стол, она села. Лаир быстро сгладил ситуацию, сообщив, что все самые именитые люди города отправились в столицу, и они могут выставить на продажу мазь Нариса. Поскольку все трое целителей тоже туда отправились, то им никто не сможет помешать. Все оживленно обсуждали, что именно нужно сделать. Эллина между тем молча, встала из-за стола и отправилась наверх.

— Ей так плохо? — встревожено спросил Лаир. Нарису очень хотелось посмотреть на Эрика, но он понимал, что барон это заметит… И начнет задавать вопросы… А потом делать выводы…

— Да. Не нужно ее пока трогать — сказал он.

— Скоро праздник. Она не сможет пойти с нами?

— Не знаю — тяжело вздохнул Нарис — может быть.

После того как все разошлись, он отправился наверх. Коротко постучал. Эллина открыла дверь.

— Можно? — спросил он, отметив, что она не приглашает его к себе как раньше. Она отошла вглубь комнаты и села на сундук. Нарис вздохнул. Наверное, те отношения, что были прежде, не вернутся. Правда он так и не понял, в чем его вина.

— Это оставил тебе ксан-магистр — сказал он, протянув кошелек.

— И что это означает? — спросила она, не шелохнувшись.

— Это деньги — немного неуверенно ответил Нарис.

— Это я поняла. Не знаю как у вас, а у нас просто так денег незнакомому человеку не дают. Чем я буду ему обязана? Проценты набегут?

— Нет. Ничего такого. Ты ведь «слово» не говорила. Он не ставил условия, когда их давал. Значит, ты можешь делать с ними все что хочешь.

— Хорошо — она подошла и забрала кошелек, удививший ее своим весом.

— Эллина, я знаю, для тебя большое потрясение, то, что случилось… Но неужели это разрушит нашу дружбу? Я не знаю, в чем я виноват? Что мне сделать? — потерянно спросил целитель.

— Ты не причем. Наша связь, я думаю, от этого не пострадала. Просто я очень зла. Очень, очень зла. И вам лучше находиться подальше от меня — ответила Эллина, отвернувшись к окну.

— Скоро Праздник Года. Все в городе будут веселиться. Приедут театральные труппы, циркачи… А адепты Академии будут праздновать в таверне. Может, ты пойдешь с нами? Это отвлекло бы тебя.

— Я устала, и никуда не хочу. Все что я сейчас хочу это прийти в себя, привести свои мысли в порядок… Я хочу побыть одна — ответила Эллина, понимая одно, она не хочет отвлекаться. Ее жизнь полетела под откос и она, уж точно, не собирается отвлекаться. Нарис подошел и взял ее за руку. Она продолжала стоять отвернувшись. Она знала, что здесь это проявление самых дружеских чувств, но сейчас ее раздражали прикосновения. Он все понял и, попрощавшись, ушел.

Эллина высыпала содержимое кошелька на кровать. Пятьдесят семь монет. Золотых. Она понимала, что это не маленькая сумма. Это хорошее подспорье. Но составить план у нее пока не получалось. Сосредоточиться не получалось. Слишком много всего в голове. И слишком мало. Каждая мысль казалась важной, а через секунду это оказывалось несущественной мелочью.

Бесплодные попытки заставили ее отступить. И переждать.

Собрав все монеты в кошелек, она погасила свечу и легла спать.





23 глава




Лароса просыпалась после долгого сна. Высокие горы, носящие название Лук Вантора, не пропускали в страну холодные северные ветры и снега. Климат из-за этого здесь был мягким. Но именно отсутствие снега оказалось минусом. С середины осени начинался сезон дождей. Зиму он тоже захватывал, примерно до середины. Дожди размывали дороги, и любые поездки отменялись. Перемещаться по стране, было возможно только порталом. Но это удовольствие было из дорогих. Поэтому и оказывались все города и деревеньки отрезанными от всех и вся на этот период. Но сейчас об этом никто не думал. В город каждый день въезжали десятки телег, торговых обозов, странствующих циркачей. Каждая свободная площадка оказалась занятой. А рынок увеличился в размере. Все припасы, которые кончились за сезон дождей, пополнились. И привезли много нового. Правда и количество, и качество сильно отличалось от того, что везут в столицу. Дело в том, что в Ристу(столица Ристалара) допускались только по специальному разрешению. Это касалось купцов, циркачей, театров. В те пять дней, что длится Праздник Года, в столице собирались дворяне и богатые люди со всех концов страны. В остальные города отправлялись те торговцы и артисты, кто не получил разрешение. Естественно, что их доходы оказывались ниже, потому что все у кого были деньги, отправлялись в столицу.

Все эти нюансы отошли в сторону. Сегодня Праздник Года. Начало весны. Все радовались, веселились.

Таверна «Клок шерсти», расположенная недалеко от Академии, была излюбленным местом времяпровождения адептов. И конечно, в самый главный праздник года они собрались здесь. Был, правда, еще один повод. Вчера был последний день обучения, и сегодня все здесь находящиеся начинали взрослую жизнь.

Эллина сидела здесь со своими друзьями. Она, была уверенна, что ни за что не пойдет сюда. Ее переубедил Лаир. Он рассказал, что это полезный опыт, наблюдать за ребятами, которые завтра столкнутся с проблемами. Но сегодня веселятся, флиртуют, делают глупости… В общем прощаются со студенческой жизнью.

Официальную часть Праздника Эллина не видела. Она прошла в храме Килах. Богослужения, просьбы о благополучном годе, щедром урожае, молитвы за семью. В общем, почти, как в ее мире.

«Клок шерсти», в отличие от до сих пор встречавшихся Эллине, оказался довольно приличным и чистым. Столы, лавки и пол были чисто выскоблены. Пахло вкусно, чем-то жаренным со специями. И здесь было довольно светло. Свечи были на каждом столе. Но вдобавок к этому, под потолком висели светящиеся шары. После расспросов Эллина узнала, что это балуются те, у кого дар света. В таверне было шумно и многолюдно. Не осталось ни одного свободного места. На лавках большие компании сидели вплотную, девушки вперемежку с парнями. Но, кажется, это никого не смущало. Казалось, говорили все одновременно, везде слышался смех. Чтобы услышать соседа приходилось наклоняться к нему.

И практически все демонстрировали свои магические способности.

Сидевшие за самым маленьким столом друзья заказали себе тувру.

— А почему мы не покупали тувру, а каждый день давились рыбой? Уверена она не так дорога, как мясо — возмутилась Эллина.

— Ну, почти как мясо. Из-за лога они тоже подорожали — ответил, наклонившись к ней, Лаир.

— Мне ее Нарис покупал, когда мы еще в Темнонильном лесу были — упрямо продолжала Эллина.

— Тарис, маленький городок, там богачей с десяток только будет. А рядом расположены две деревни. А у нас все птицу скупают управляющие домов, которых здесь около двух сотен. У них много ртов, но мясом их кормить, конечно, никто не собирается. А птица в самый раз. Поэтому, как только какой-то крестьянин принесет птицу, он отправляется первым делом на городской склад. Там он продает ее по сходной цене. Если ее не купят, может отправиться на рынок и там продать. А вот приказчик, сидящий на складе…,он продает управляющим по той цене, по какой захочет. Ну, не переходя границы разумного, конечно. А вот сейчас, благодать Килаха, всего понавезли. Так что можем есть тувру.

Напомнив себе, что это другой мир и тут все по-другому, Эллина приступила к еде. И вот когда она пережевывала второй кусок тувры, перед ней на столе расцвел необыкновенно красивый цветок. Ахнув от неожиданности, Эллина протянула к нему руку.

— Он не настоящий — предупредил Лаир — это иллюзия.

Разочаровавшись, когда ее рука прошла сквозь цветок, девушка подняла голову. Недалеко от них за большим столом сидела компания. Из всей этой толпы на нее смотрели глаза… Синие глаза. Она поперхнулась воздухом. Этого не может быть!!! Ей показалось, что она сходит с ума. Это же Руслан! Она закрыла глаза, и начала глубоко дышать. Когда она снова посмотрела туда, оказалось, что там нет никакого Руслана. «У меня уже галлюцинации» с тревогой подумала Эллина, и в этот момент перед их столом появился синеглазый парень с пшеничными волосами. Руслан?! Эллина впилась в него взглядом, и снова разочаровалась. Вблизи он оказался не так уж и похож.

— Благодати Килах, с Праздником — обратился он ко всем, а затем к Эллине — Прекрасной сани понравился цветок? — спросил он. Услышав его голос Эллина подумала, что она должно быть не в своем уме. Он и близко не стоял к Руслану, чего это она?

— Да красивый — вяло пробормотала она, от всей души желая, чтобы он ушел и дал ей прийти в себя.

— Для красивой девушки красивый цветок — с улыбкой сказал он — Вы нас познакомите? — спросил он у друзей.

— Да. Эллина познакомься это Даигил. У него дар иллюзии. А это кузина Нариса и Арис Эллина.

— Могу я присесть? — все немного передвинулись и оставили ему место напротив Эллины. Хотя он остановился рядом с Эриком и явно рассчитывал, что он уступит ему место рядом с девушкой. Но, ни Эрик, ни Лаир, сидевшие по бокам от Эллины, не дали ему возможности сесть рядом с ней.

— Эллина, ты никогда не видела иллюзию? — спросил он, усевшись на указанное ему место.

— Нет.

— Откуда ты?

— Из Лис…кхе, кхе, из Лесовичек.

— А где это? — продолжал расспрашивать иллюзионист.

— Это очень маленькая деревня, на востоке — ответил уже Нарис чувствовавший ее нежелание общаться.

— А давно ты здесь?

— Три декады — теперь ответил Лаир, догадавшийся, что собеседник не по душе Эллине.

В таком формате они ответили еще на пару вопросов Даигила, дав ему понять, что девушка занята. У того, правда, не было предположения, кто именно из троих является его соперником.

Посмотрев поочередно на всех них, он уже собирался встать, когда его остановила Эллина:

— Дагил, подожди.

— Даигил — поправил ее Лаир.

— Да, Даигил — кивнула Эллина — прошу, расскажи, как ты делаешь иллюзию.

На лице Даигила было написано непонимание. Так она с кем-то или нет? Увидев ее необычное лицо, он захотел произвести на нее впечатление. И произвел. Он видел как она, после того как попыталась взять цветок, нашла его глазами. Он видел, как она пристально разглядывала его, а потом побледнела и закрыла глаза. Решив разузнать, что девушка думает о цветке, ну и о нем самом, он подошел к ним. Но почти сразу пожалел. Девушке он точно не понравился в отличие от цветка. А ее друзья сразу начали его отшивать. Но мужское самолюбие не позволило ему уйти сразу. А когда он уже сдался было, она его останавливает. Если она с кем-то из них, зачем она это сделала? Так и не найдя ответа на этот вопрос, он снова сел.

— Что именно тебя интересует? — спросил он вежливо.

— Вот ты сделал цветок. А что еще ты можешь создать? — спросила Эллина со вспыхнувшими глазами.

— Нууу… все, что я видел — произнес он, подумав.

— А допустим, вывеску этой таверны можешь показать?

Не отвечая на вопрос, Даигил закрыл глаза. И на столе перед ними появилась черная надпись «Клок шерсти».

— А цветной ее можешь сделать? — азартно спросила Эллина, не замечая, как оживились ее друзья.

Надпись между тем стала красной.

— А что-нибудь живое? Например, бабочку? — надпись исчезла и появилась порхающая большая бабочка лиловых оттенков, с фиолетовыми цветочками на крыльях. Эллина захлопала:

— Очень красиво. А насколько долго иллюзия сохраняется? — в ту же минуту бабочка исчезла.

— Пока не закончится резерв — ответил довольный впечатлительностью Эллины Даигил.

— По времени это…

— Нууу, если непрерывно…то…думаю полтора кана, может два.

В голове Эллины забрезжили искры. Очень интересно.

Лаир смотрел на нее, не спуская глаз. Эти несколько дней, после того как она не показывалась им, он подумал, что с ней что-то случилось. Он испугался, когда она спустилась к ним поужинать. Ему показалось, что она больна. И совсем не тем, на что ссылался Нарис. Он вспомнил, что те двое которые в разное время попадали к ним с Туманной, погибли. И говорили, что от болезней. Каких именно Лаир не знал. Но теперь глядя на осунувшуюся девушку, он подумал, а вдруг она тоже умрет. Вдруг здесь есть болезни, которые для них смертельны. В тот вечер он много говорил и рассказывал, только бы отвлечься от этих мыслей. Позже, порывшись в библиотеке, он узнал кое-что, что ему совсем не понравилось. Он решил, что девушку надо оберегать. Но придя на следующий день под предлогом демонстрации печки, которую они сделали вместе с Эриком, подумал, что сегодня она выглядит не так плохо как вчера. Эллина оживилась, разглядывая деревянную тумбочку с каменной крышкой и тремя горелками на ней. Оказалось, что металлы здесь дорогие. Поэтому они сделали деревянную печку, а чтобы защитить ее от жара покрыли тонким каменным листом. В этом им помогли «земляне»(как их назвала Эллина, т. е. с даром земли). Эллина указала на их ошибку и рассказала им про принцип действия термоса. Взгляд Эрика, который тоже был здесь, в очередной раз полыхнул. Всё, что она рассказывал, он схватывал на лету, и умудрялся изобрести нечто такое, что сочетало в себе законы и ее и его миров. Он, попросив подождать его, ушел. И вернулся с двумя молодыми людьми. Все они вместе с Лаиром начали колдовать над своей поделкой. Эллина, которая решила, что на сегодня для нее общения достаточно ушла к себе. Там она, то металась по комнате, то лежала на кровати, бессмысленно уставившись в потолок, отгоняя мысли о синих глазах, и пытаясь придумать, что ей делать дальше. Прошло часов пять, когда ребята ее позвали вниз. Перепачканные, чумазые, но невероятно взбудораженные и радостные, они демонстрировали ей, результат своего труда. Эллина призналась себе, а потом и им, что придумано действительно гениально. Чумазые лица осклабились в самодовольных улыбках.

Это был деревянный шкафчик, с каменной столешницей, на которой гнездились три горелки. Духовка тоже была сделана из тонкого каменного листа. И когда все это разожгли, деревянная часть печки не нагрелась! Как они это проделали, Эллина не знала, но понимала, что это что-то невероятное.

Догадываясь, что после стольких трудов ребята проголодались, Эллина несмотря на нежелание оставаться в окружении людей, взялась за сковородку. Эрик положил свою руку поверх ее.

— Уходи. Мы сами — проговорил он, глядя на нее с сочувствием. Она открыла рот, чтобы сказать, что ничего страшного, она сама. А потом закрыла рот и, кивнув, ушла. Она действительно не могла здесь оставаться. Умом понимая, что они ни в чем ни виноваты, продолжала злиться. И чем дольше она оставалась рядом с ними, тем больше злилась. Лаир проводил ее тогда встревоженным взглядом. Отведя ребят умыться, он шепотом спросил у Эрика, что случилось. Но тот как обычно пожал плечами. Лаир знал, что большего от него не добьется. В последующие дни Эллина продолжала их избегать.

Но вот сейчас глядя на Эллину, он подумал, что все обошлось. Она выглядела почти как тогда, когда устраивала водопровод.

— Спасибо, что все рассказал. Это очень красиво. Надеюсь, ты найдешь хорошую работу. Удачи — пожелав все это, Эллина дала понять, что аудиенция закончена. Даигил, подумав, что потратил на нее зря резерв, досадливо дернув плечом, ушел к своим товарищам. Арис, вскочив устремилась за ним, что-то тараторя.

— Лаир, у меня к тебе просьба — сказала Эллина, развернувшись к нему. «Наконец-то» обрадовано подумал он — Ты должен поехать туда, где продаются кристаллы…

— Прииск? — перебил он ее.

— Да, прииск. Там очень осторожно, не вызывая к себе особого внимания ты должен закупить накопители…

— Кристаллы — опять перебил он ее — пока их внутреннюю структуру не переделают, они просто кристаллы.

— Ну, хорошо, хорошо…кристаллы — она посмотрела на Арис, которая присоединилась к веселым адептам — Это нужно проделать очень осторожно.

— Зачем кристаллы покупать осторожно? — недоумевал Лаир, думая о том, где ему достать деньги на это.

— Лаир для всего, что вы изобрели за последнее время, нужны кристаллы. Так? Так. А теперь представь, что случится когда владелец этого прииска… кстати, кому он принадлежит?

— Я… не знаю…,если честно.

— Так вот, что случится, когда владелец этого прииска узнает, какой необходимостью являются его такие «недорогие кристаллы»?

Трое парней за столом застыли, осмысливая эту информацию.

— Что я должен сделать? — хрипло спросил Лаир, понявший, что цены на искомый материал могут взлететь до небес.

Ответить Эллина не смогла, потому что к ним подошла шумная компания и начала их поздравлять.

— Поговорим дома — прошептала она, устремив взгляд на нового собеседника.

Смуглый невысокий парень с бесстыжими глазами, хлопнул по плечу Лаира и с нагловатой ухмылкой сказал:

— Оооо! Сувар барооон! Пришли праздновать со смердами? Какая честь для нас — он отвесил шутливый поклон, и опустился на стул — Что за лапочку вы зажали меж собой? Еще не решили…

— Навир… — предостерегающе произнес Лаир — Это кузина Нариса, придержи язык — парень, снова ухмыльнувшись, демонстративно зажал рот. Глядя на него, до Эллины, вдруг дошло, что он пьян. С того дня как она попала сюда она ни разу не видела пьяных и даже не слышала ничего об алкоголе. Она вопросительно посмотрела на Лаира.

— Это Навир. У него дар портала — нехотя познакомил их Лаир.

— Да! Да! И если тебе, лапочка, нужно отправить кусочек себя куда-нибудь… — раскинув руки, громко сказал тот — обращайся.

Эллина подумала, что у нее что-то не так с переводчиком. Какой кусочек? А потом отмахнулась, что с пьяного взять.

— Ну, так чего тебе отпорталить? — ввел он ее в ступор — Пальчик? Или может клок волос? Ты говори, говори. Кусочек сделает все в лучшем виде.

Эллина поняла, что с переводчиком точно что-то не так. Она потерянно взглянула на Нариса. Но успокоил ее Лаир.

— Не обращай внимания. Ты же видишь, он не в себе.

— Я не совсем поняла, что за кусочек… — растерянно взглянула она на Лаира — Кажется, переводчик сломался — прошептала она, наклонившись к нему.

— «Кусочек»- так называют тех, у кого малый дар портала — успокаивающе пояснил он ей.

— Ну, да! Лапочка, я же только кусок тебя смогу отпорталить. Потому и «кусочек». Ты что, не знала? — продолжая ухмыляться, Навир схватил ее коту и начал пить.

— А далеко ты можешь…эээ…отпорталить? — спросила успокоившаяся Эллина.

— А какая разница далеко- близко. Главное точку адреса знать. Хочешь кому-то пальчик свой послать? Ну, так что это будет пальчик, а не, допустим, глазик, я гарантировать не могу. Дааа! Так что пусть там довольствуются любым твоим кусочком — закончив пить, он вытер рот рукавом — Так как, лапочка?

— А отправить вот эту кружку — взяв кружку Эрика, Эллина показала на Арис сидевшую за столом с новыми приятелями — вооон той девушке сможешь?

Навир посмотрел на нее немного мутными глазами. Потом потряс он головой, и уже осмысленным взглядом осмотрел сперва ее, потом Арис. Затем, не говоря ни слова, он прикрыл глаза. Появившееся сероватое облачко накрыло кружку Эрика. Облачко закрутилось водоворотом. А перед Арис в это время появился такой же водоворот, после исчезновения которого на столе осталась кружка с котой. Арис бурно зааплодировала. Сидевшие с ней за столом дружно подхватили, и начали громко поздравлять «кусочек». Сам «кусочек» от удивления протрезвев, вдруг улыбнулся:

— Дааа. Лапочка я так могу. Что ты мне за это дашь?

— Я тебе дам совет — сказала Эллина — представь, что это ты… — указала она на тарелку с туврой.

— Уммм. Какой я аппетииитный — потянул нахал.

— А вот это место, куда тебе надо переправить письмо или небольшую посылку — показала женская рука на тарелку с хлебом — Сколько ты сможешь заработать на этом?

— Нужно узнать точки адреса… — хмуро посмотрел на тарелки «кусочек» — Но даже если буду знать только несколько и самых богатых… — он снова нагловато и радостно осклабился — то заживу, как будто Килах в мед макнул. Ух ты, как ловко ты придумала.

— Неправильно — презрительно сказала Эллина — Вы вообще дальше носа не видите. Вас таких «кусочков» наверно не мало. Соберитесь вместе и договоритесь. На первое время устройте свои офи…эээ хм…кон… короче, лавки в каждом крупном городе — она снова показала на тарелку с туврой — ты сидишь здесь, тебе приносят письмо, и просят отправить…ну, столицу, например. Там — рука снова указала на тарелку с хлебом — сидит твой товарищ. Ты отправляешь ему порталом письмо, на котором указан адрес. А в контор…эм…в лавке он сидит не один, у него там несколько мальцов, которые неплохо знают город. Один из них и относит письмо по адресу. Кстати у тебя мальцы тоже, естественно, должны быть. Не самому же тебе по адресам бегать. Заметь, доставка письма займет не больше часа. Это пока вы не станете известными. А вот когда писем будет много, а их точно будет много, можно ввести плату за более быструю доставку. За простые письма установи приемлемую плату, доступную для всех, и для родовитого дворянина и для бедного крестьянина. Тогда к тебе пойдут все, а не какая-то жалкая кучка — окинув его напоследок презрительным высокомерным взглядом, Эллина замолчала. За столом царило молчание. Разное. Эрик сидел с довольной усмешкой. Нарис смотрел одобрительно. А Лаир встревожено. Навир молчал ошарашено. На незаданный им вопрос, ответил Эрик:

— Она из Сирты. Там так делают.

Навир, окончательно протрезвевший, сглотнул, потом снова посмотрел на расставленные тарелки. Он, пробормотав что-то наподобие прощания, вскочил из-за стола и ушел за товарищами, которые уже давно разместились кто где. Склонившись над двоими из них, он, отчаянно жестикулируя начал им что-то рассказывать.

Понаблюдав за ними, Эллина спросила:

— Сирта?

— Наиболее далеко от нас расположенная страна. Авось не поедет проверять — тяжело вздохнув, ответил за Эрика, Лаир — Что ты делаешь? Так же все могут догадаться, что ты нездешняя — набросился барон.

— Плевать — раздраженно ответила Эллина — Может, хватит вам тут всем сидеть, слезы лить «какие мы несчастные», а заняться делом?

Лаир, как и все остальные не знали, что ответить на этот выпад. Но он быстро пришел в себя, и предложил:

— Тогда, давай так. Я буду показывать тебе адепта, и говорить какой у него дар, а ты говоришь, чем ему стоит заняться. Идет?

— Ладно. Только расскажи мне откуда это прозвище «кусочек», и у кого еще такие есть — потребовала она, вспомнив, как тот морщился, когда зашла эта тема.

Лаир поморщился снова, ребята заулыбались.

— Что? — спросила Эллина,

— Для Лаира это болезненный вопрос. Мы-то спокойно это воспринимаем — заявил Нарис, отвечая невинным взглядом на его сопение. Отомстив за случай с Меларой. Лаир посопев еще некоторое время под их взглядами, нехотя начал:

— Он не болезненный. Просто это глупо…терпеть такие обидные прозвища — Эллина требовательно постучала по столу — В общем наши всемогущие маги решили, что не стоит тратить слова, называя простолюдинов одаренными. Ведь часто приходится уточнять. Одаренный огнем, или девушка с даром земли. Они посчитали, что много чести и начали давать прозвища каждому дару. Например, дар огня — «искорка». Дар воды — «капелька» — закончил он.

— А Эрик кто? — спросила Эллина.

— Крючок — улыбаясь, ответил Эрик

— А почему крючок? — удивилась.

— Потому что, по мнению магов, резерва хватает только на то чтобы согнуть крючок — все также улыбаясь, ответил Эрик.

— А Нарис? — все засмеялись, даже Лаир.

— Бузи — ответил Нарис, успокоившись.

— А что смешного? — спросила Эллина.

— Когда дети поранятся, они бегут к матери и говорят «бузи, бузи» — проинформировал Нарис — Намек на то, что мы можем лечить только детские коленки.

— А ты? — повернулась к Лаиру.

— А я пиявка — и предвидя ее вопрос, продолжил — потому что мы, артефактники, пользуемся чужой силой.

Эллина с трудом подавив смех, рвавшийся наружу, кивнула. Отвернувшись, чтобы Лаир не разглядел ее кривящуюся рожу, она наткнулась взглядом на Эрика. В его глазах сверкали смешинки. Быстро переведя глаза на Нариса, она увидела, что тот откровенно ухмыляется во весь рот. Не выдержав, она прыснула. Следом захохотали ребята. У Лаира, насуплено сидевшего все это время, губы растянулись и вскоре он хохотал вместе с ними. Отсмеявшись, он потребовал:

— Так, теперь моя очередь — он показал на Даигила — как можно использовать его дар?

— А он у нас кто? — не успокаивалась Эллина.

— Он свечка — ответил Лаир.

— Почему?

— Потому что резерва хватает примерно на то же время.

— Ладно. Его дар можно использовать для рекламы. Представьте красочную вывеску, яркую, привлекающую внимание.

— Вон две девушки у окна — показал Лаир — с даром растений — посмотрев на ожидающее лицо Эллины, добавил — Травка.

— Кхе, кхе…травка? — переспросила она, потом глубоко вздохнув, заставила себя успокоиться. Если начать им объяснять, что у них означает это слово…

— Нет ничего проще. Пусть откроют оранжереи и теплицы и выращивают растения, цветы, целебные травы.

— Они же полгода без работы будут — возмутился Лаир.

— Я же говорю теплицы. У вас искорки и…а как у вас называют тех, кто вон те шары создал?

— Светляки — покорно ответил Лаир.

— Ну да, как я сама не догадалась. Так вот. Ваши искорки и светляки пустят в теплицу тепло и свет. И весь год у вас будут свежие овощи, фрукты.

— А с даром земли? — поняв, что она не отстанет, добавил — Булыжники. Что для них?

— Ааааа, булыжники. А я их землянами называла. Ты их пока не трогай. Они мне, наверное, скоро понадобятся — в ответ на вопросительные взгляды ребят, она покачала головой — Не сейчас. Я еще сама не знаю.

Так они и просидели до ночи, называя дары, сообщая их прозвища, и определяя кому, чем заниматься.

Эллина узнала что, например тех, кто обладает даром очищения, называют феями. В здешних сказках в услужении у магов всегда были феи, которые трудолюбиво чистили дом и все в нем. Всех Видящих суть с маленьким даром, как Кира, назвали одним словом — гляделки. С даром левитации — пташки…

— Алхимикам, правда, не надо подыскивать занятия. Они без работы не останутся — сообщил Лаир, показав на сидевших за отдельным столом молодых людей, по виду очень довольных жизнью.

— А что, алхимики это что-то невероятное? — спросила Эллина.

— Ну, во-первых, их всегда бывает не очень много. А во-вторых, с любым даром для них всегда находится работа.

— Например?

— Ну, для смешения краски нужного цвета или оттенка они всегда нужны в домах дворян. Изготовителям тканей они тоже нужны для окрашивания тканей. Ювелирам, для точного взвешивания. При изготовлении стекол…

— А в чем суть их магии?

— Они знают, что с чем смешать и умеют отвешивать точное количество. Ты знаешь, что у каждого рода свои цвета?

— Да, что-то такое слышала…

— Родовые цвета имеют огромное значение. Крыши домов, кареты, флаги, печати на бумаге — все это красят в цвета рода. И отклонится в оттенке нельзя ни на йоту. Для этого в каждом доме держат алхимика, именно он этим занимается.

— Понятно — сказала Эллина, допивая недавно заказанную коту. Сегодня она получила много новой информации. И ее нужно осмыслить.

Когда они закончили ужинать, Эллина сказала, что им надо о многом поговорить, и пригласила их домой. Ни у кого даже мысли не возникло, что она гостья, а ведет себя как хозяйка. Нарис же, вообще, относился к ней как к своей старшей сестре. Той самой, которую ему так не хватало, когда он был подростком. К Арис никто не относился как к старшей. Всю заботу о ней и о доме ему пришлось взвалить на себя.





24 глава




По возвращении Эллина развила бурную деятельность. Поскольку новая печка занимала лишь угол, она предложила снести большую печь и на ее месте устроить ванну и туалет. Она как раз расписывала все достоинства душа, когда Арис сказала фразу, от которой все опешили:

— Но если убрать печь, в доме же будет холодно.

В гостиной стало тихо. До сих пор восторгавшиеся удобствами, которые обещала сия переделка, теперь вспомнили что печь, это то, что давало тепло почти во все комнаты. Но вообще-то больше всего удивила рассудительность Арис.

— Что ты на меня так смотришь? — спросила Эллина, напуганная плотоядным взглядом Лаира.

— Теперь ты скажешь, что у вас не топят печками, а… — начал фразу Лаир, с видом кота, перед которым поставили чашку сметаны.

— У нас не топят печками, а… — спокойно повторила Эллина, а потом, взяв свой блокнот и ручку начала рисовать — Не думаю, что здесь понадобятся такие сложности. Нам приходится прокладывать трубы, ставить котел и т. д. А у вас, наверняка, можно сделать проще… — она показала нарисованную ею схему. Лаир и Эрик склонились вместе с ней над бумагой. Нарис и Арис даже не стали смотреть, понимая, что могут только мешать, этим троим. После того как она описала процесс отопления. Эрик ненадолго задумался. Затем взяв у нее ручку, к которой он относился с неким благоговением, начал рисовать и комментировать:

— Поскольку в большинстве домов полы каменные, можно сделать, как и у вас… То есть проложим в полах закрытую и разветвленную трубу и установим внутри кристалл с огнем…нет, нет с теплом — поправился он.

— Ну, это как у нас теплый пол — вспомнила Эллина, как отец пристраивал ванну — кстати, насчет кристаллов… Где у нашей печки кристалл?

— Сзади, подключили прямо к горелкам и к, как ты ее называешь, духовке — отчитался Лаир.

— А как узнать, что энергия в нем заканчивается?

— Он же, после заполнения темнеет. Вот когда полностью обесцветится, тогда и всё…

— Допустим, чтобы посмотреть, не заканчивается ли огонь в моей печке, я еще смогу ее как-то развернуть и посмотреть. А как прикажешь посмотреть кристалл, установленный на воду?

— Это не кристалл, а амулет для подачи воды — машинально поправил ее Лаир, продолжая думать над проблемой.

— По барабану — отрезала Эллина — И вообще, отныне придумываем им названия. А то надоело… Амулет для подачи воды, накопитель для того, кристалл для сего… То, что подает воду, назовем насосом. Правильно ваши маги прозвища вам давали. Так и язык можно сломать, пока все выговоришь.

— Слушаюсь, моя госпожа — Лаир низко поклонился. Все рассмеялись.

— Ладно, «искру», так назовем амулет для печи, я установлю на видном месте. С водой, то есть с насосом…надо подумать. Завтра разберем печь и устроим ванну…

— Только без тебя — сбила его с мысли Эллина.

— Что значит без меня? — удивился Лаир.

— Ты должен отправиться на прииск.

— Ах да — Лаир помрачнел.

— Здесь десять золотых — протянула ему, принесенный из своей комнаты, кошелек — И не спрашивай откуда — ответила она на его изумленный взгляд — Твоя задача, накупить как можно больше за меньшую сумму, при этом, не показав заинтересованности. Понимаю, задача трудная. Кстати, у меня вопрос, у вас еще такие прииски есть?

— Насчет двух я точно уверен. Но, кажется, есть еще третий.

— Хорошо. Так как Лаир, справишься? Нужно придумать какую-нибудь правдоподобную легенду, чтобы купить много кристаллов не разжигая ничьего любопытства.

— Скажи, что покупаешь для артефактников Академии — предложил Эрик.

Когда осмыслили, все радостно заухмылялись.

— Точно — сказал Нарис — Артефактников много, каждому нужно несколько кристаллов… По-моему, отличная идея.

— Замечательная — хлопнул по плечу Эрика Лаир — Завтра же отправляюсь.

— А другой прииск, где находится? — поинтересовалась Эллина.

— Немного западнее столицы.

— Добираться туда долго?

— До столицы четыре дня… А туда еще… Думаю, дней пять, может шесть.

— А порталом?

— Это дорого — выдохнул Лаир, который мечтал, хотя бы раз пойти порталом.

— Сколько?

— Пять, шесть золотых… Хотя если попробовать…

— Что именно?

— Просто чтобы добраться до прииска придется идти сперва в столицу, оттуда на прииск. А если здесь найти того, кто знает адрес прииска… То возможно это обойдется дешевле. Но зачем так тратится? Подумаешь, декада…

— У нас нет времени. Ты сам говорил, что главные люди города начнут возвращаться через каст. Через девять декад вернутся городской глава, ксан-магистр, все магистры, ксан-целители, всё высшее общество. Не уверена что им понравится то, что мы здесь устроили. Нужно успеть многое сделать, прежде чем нам начнут ставить палки в колеса.

Эллина поняла, что удивила их всех. Никто к этому так серьезно не относился. Никто не думал, что столь далекие от них люди, могут озаботится тем, чем они здесь занимаются.

Задав им пищу для размышлений, и расписав план действий на утро, Эллина предложила разойтись. А завтра начать день с новыми силами.

А на следующий день начались переделки.

Лаир несмотря на выданное ему задание появился с утра пораньше. Объяснив, что прииск не далеко, успеет за полдня, он включился в работу, которую начал Эрик и «булыжники», которых он привел.

Печь разобрали, дымоход заложили, пол выровняли, выстроили стены, отвели стоки. И все это как говорится «Без шума и пыли». Эллина поразилась тому, как быстро они работали. Оказалось это из-за того что материал был под рукой. Вот если бы камень на стены нужно было бы передвигать издалека, то это заняло бы и сил и времени больше.

К тому времени как они закончили, вернулся Нарис, которого послали за ветками Чунара. Он привез огромную связку. Эллина подумала, что возможно вот так растения и попадают в красную книгу. Поставив для себя галочку она продолжила наблюдать. Дело в том, что ее решили не светить. Они уже все обсудили вчера, а сегодня руководил всеми Эрик. Она же сидела на верхних ступенях и сквозь перила смотрела на творимое.

Принесенные ветки начали готовить к превращение в шланг, ну или в трубу. И вот тут жителям этого мира удалось удивить попаданку. Эрик развернул сверток, который он притащил с собой и достал оттуда какую-то штуку. Со своего места Эллина не разобрала, что именно. Поставив сей агрегат на стол, он соединил две ветки, откинул крышку и положил их на него, а потом прикрыл. Запахло костром. А когда открыл — ветки уже аккуратно соединились в трубу. Встретившись с ее изумленным взглядом, он улыбнулся и подмигнул. За то время, что она собирала по кусочкам свою вселенную, они времени зря не теряли и кое-что изобрели. Эллина подумала, что Эрик очень изменился, с тех пор как она увидела его в первый раз. Из черных глаз пропало затаенное отчаяние. Казалось, его уже не мучают те проблемы, что мучили тогда. Несмотря на ту же потрепанную и бесцветную одежду, он уже не выглядел так мрачно.

Между тем, под изумленные восклицания «булыжников», работа подошла к концу. Проделав уже известную им операцию, подвели воду. В этот раз краник, правда, Эрик вырезал из резиновой древесины Чунара, не медяки же это пускать. Душ был сделан из той же древесины. Внизу установили ту же бадью, в которой раньше купались, проделав в ней дыру для слива. Воду торжественно открыли и, дождавшись, когда она забрызгала из душа, зааплодировали.

Эллина подозвав Лаира, начала расспрашивать об устройстве туалета. Но тот так смущался и запинался, что пришлось его отпустить. М-да, подумала Эллина, выносить каждое утро ведро с «этим самым», выливать его в бочку, в котором «это» провезут через весь город — это ничего. А рассказать, как устроен амулет, который от этого избавляется — смущение так и прет. Ну и ладно, лишь бы работало. А так ведь она и дома не особо интересовалась как что работает. Туалет представлял из себя кабинку с дырой посередине. И все, никаких унитазов. Недоросли еще. Ну и то неплохо, не на ведро же ходить будут. А в сливной яме установлен тот самый амулет. И вуаля. Никаких запахов. И откачивать не нужно.

После того как переделки были закончены, Лаир отправился выполнять задание. Эрик с друзьями отправились по домам. Нарис решил первым опробовать душ и пошел купаться. Эллина же на новой печке, название так за ней и закрепилось, приготовила тувру со специями. Закончив готовку, она отправилась за полотенцем, тоже решив принять душ. Она немного задержалась, приводя в порядок комнату, подбирая во что переодеться. Уже начав спускаться, она услышала незнакомый мужской голос. Быстро юркнув наверх, прислушалась. Нарис начал отвечать, послышалось щебетанье Арис. Вернувшись в комнату, Эллина опустилась на кровать. Спустя четверть часа к ней присоединился встревоженный Нарис.

— Что случилось — всполошилась Эллина.

— Там пришел хозяин Арис. Знаешь, Эллина, тут в последнее время побывали все соседи. Они потом приводили других соседей, которых я никогда не видел. И все они хотели посмотреть на водопровод, на печку. Но хозяин Арис… Я немного побаиваюсь. Что из этого выйдет? Может, стоило скрывать все это?

— Успокойся Нарис. Все так, как должно быть — успокоила Нариса Эллина — Это даже хорошо, что столько людей узнало про наши новшества.

— Значит, это не упущение? — обрадовался Нарис — я, честно говоря, не знал, как тебе сообщить о том, что здесь творится. И что будет? — спросил он.

— Это будет революция — загадочным голосом сообщила Эллина, и пошла, пользоваться благами, которые сама же сюда и привнесла.





25 глава




Они уже сели за стол ужинать, а Лаира все не было. Эллина от нетерпения начала грызть ноготь. Чтобы отвлечься, она начала думать о том, как бы изобрести телефон. Сейчас бы он очень пригодился. В отличие от нее, друзья вели себя более спокойно. Для них ожидание не было столь мучительным. Люди, проводящие безвыездно по полгода, вполне могли себе позволить подождать несколько часов.

Эллина пыталась представить, что могло произойти, почему так задержался их барон, но учитывая, что она не очень хорошо знает этот мир… Она без аппетита ковыряла вилкой, когда услышала стук в дверь. Переволновавшись за этот вечер, она даже не сумела встать. Дверь открыла Арис.

Вошел Лаир.

Хмурый.

Недовольный.

Эллина подумала, что зачатки ее плана об обустройстве в этом мире, придется похоронить, и придумать что-то новое.

Арис увидев его лицо, не рискнула, по обыкновению, броситься с расспросами. Она просто убежала за прибором.

— Что случилось? — уже расстроенный, спросил Нарис.

Не отвечая на вопрос, Лаир сел во главе стола и с шумом отодвинул тарелку, которую поставила Арис.

— Бабушка хочет тебя видеть — мрачно объявил Лаир.

Когда смысл сказанного дошел до всех, Эллина, сглотнув, осторожно спросила:

— А кристаллы?

— А что кристаллы? — раздраженно переспросил Лаир.

— Где они? Ты не смог купить?

— Кристаллы у меня в лаборатории — хмуро посмотрел на них Лаир — Я что, сюда должен был их принести? Вам-то они зачем? Вы в них не разбираетесь. И ни к чему, чтобы их здесь кто-то видел — ответом ему был дружный вздох облегчения.

— О! А где ты был столько времени? — задала интересующий всех вопрос Эллина.

— Я с прииска сразу поехал домой. Надеюсь, вы не ожидали, что я буду с мешками ходить по городу? Там со мной провела беседу бабушка. Она объявила, что я почти перестал бывать дома… И она хочет видеть девушку, из-за которой я потерял покой.

Эллина посмотрела на него в ужасе.

— Она подумала, что ты ходишь сюда из-за меня? — спросила она.

— Вообще-то я хожу сюда из-за тебя — язвительно заявил Лаир — И что это за выражение у тебя на лице? Я, между прочим, барон. А ты отсталая простолюдинка с Туманной Земли. И это я должен ТАК на тебя смотреть.

— Ой, ой, ой. Это кто тут у нас отсталый? Поглядите на него. Сами еще с лошадей не слезли, дорог у них нет, воду из колодца таскают… Баронишка задрипанный.

— Я своих родственников до пятого колена могу перечислить. А ты из своих кого знаешь? Маму с папой, да бабушку с дедушкой?

— А у нас на какие-то колени не смотрят. У нас каждый себя сам делает. И хвастается только своими делами, а не на предков кивает.

— Не киваете, потому что не знаете на кого.

— А вы киваете, потому что сами пустое место.

Пока длилась эта перепалка, остальные смотрели на них испуганно. Никто не мог понять, из-за чего они спорят. Эти двое, которые всегда о чем-то беседовали, чего-то рассказывали, объясняли…и вдруг так набросились.

Тяжело дыша, они уставились друг на друга.

И когда уже Нарис решил вмешаться, чтобы уладить ситуацию, вдруг расхохотались. Они хохотали до слез, упав на свои стулья. Теперь на них смотрели в недоумении.

Отсмеявшись и отдышавшись, Эллина сказала:

— Не переживайте. Все нормально. Это мы так пар выпускали.

— Почему это — пар? — заупрямился Лаир — Я требую к себе уважения. Ты должна была бы радоваться, что я обратил на тебя внимание.

— Надеюсь, своей бабушке ты этого не говорил? — подозрительно посмотрела Эллина.

— Я что, дурак? Нет конечно. Я ей объяснил, что хожу к Нарису. Но она заявила, что у Нариса недавно поселилась девушка. И с тех пор я буквально не вылезаю отсюда. А раньше бывал раз в две недели.

— Значит, она думает, что ты ходишь ко мне? — подытожила Эллина.

— Не знаю. Я попытался, как мог ее переубедить. Но она все равно требует тебя — недовольно пробурчал Лаир.

— А что у вас мезальянсы запрещены? — полюбопытствовала простолюдинка.

Лаир настороженно посмотрел:

— Не то чтобы запрещены… — осторожно заговорил он — Было несколько случаев…и закончились они не очень хорошо.

— Например… — теперь заинтересовались все.

— Нууу, одна девушка покончила с собой…это было лет тридцать назад. Еще одна сани вышла за сувара, но он скоро расторг брак. Это случилось лет пятнадцать-двадцать назад. А вот последний случай… Они просто уехали в свое имение. Она больше никогда не ездила, ни в столицу, ни на приемы… Он, граф, в королевский дворец и все мероприятия для высшего общества отправлялся всегда один. Они поженились пять лет назад, и насколько я знаю, до сих пор вместе — закончил свое повествование Лаир.

— Лаир, сделай глубокий вздох — потребовала Эллина, после грустной статистики — и медленно выдохни. И успокойся. Я не собираюсь за тебя замуж. У тебя такой загнанный вид… Ты не в моем вкусе.

— Я так не думал — смутившись, пробормотал Лаир.

— Это все конечно прекрасно, но что нам делать с твоей бабушкой? Как ей объяснить, что нас ничего не связывает?

— Я не стал ей рассказывать, чем мы здесь занимаемся. Потому что возникнут вопросы. И самый главными из них будут «Кто ты?» и «Откуда ты?». А ты, насколько я знаю, не хочешь, чтобы об этом узнали.

— Мы скажем, что отношения у меня с Эриком — заявила Эллина, поразив всех.

— Что? — вскинул брови Эрик.

— Эрик в меня влюбился, и на этом фоне раскрылась его гениальная сущность — продолжала развивать тему Эллина — Он начал придумывать невероятные вещи… Ты увидел это и стал в этом участвовать, чувствуя, что это путь к светлому будущему без колодцев и дров — пафосно вскинув руки, закончила генератор идей. Эрик увидев как поморщился Лаир, рассмеялся и зааплодировал. Все присоединились, а Эллина начала раскланиваться. И чуть не упала когда Арис расстроено, со слезами на глазах воскликнула:

— Так Эрик влюблен в Эллину???

И всхлипнув, убежала в свою комнату. Нарис дернулся было за ней, но Эрик его опередил. Бросив на ходу «Я сам», он пошел за ней.

Оставшиеся переглянулись между собой.

— Она, что неравнодушна к Эрику? — спросила Эллина.

— Арис ко всем неравнодушна — ответил Лаир.

— Что сегодня за день?! — пожаловался Нарис — Тут без успокоительного не обойтись.

— Он уже подошел к концу — успокоил его Лаир, и предложил — Давайте обсудим, что и как будем говорить бабушке завтра — все опустились на свои места — Нужно отточить нашу версию, чтобы бабуля не смогла ни к чему придраться.

— Сперва расскажи о поездке — попросила Эллина.

— Ну, там никаких проблем — самодовольно сказал Лаир — Ты бы видела, как сувар Лерт радовался моему приезду. Оказывается, дела у прииска идут не блестяще. Почти никто не строит, поэтому нет спроса на «крошку» Он унаследовал его два года назад. Приехал два дня назад, чтобы устроить проверку. Очень недоволен состоянием дел. Хотел бы продать этот прииск. Когда я рассказал ему, что приехал за кристаллами, очень хотел загнуть цену. Только я ему сказал, что вообще-то в Академии собираются сравнить здешние кристаллы с теми, что близ столицы. Ну, вроде как хотят выбрать лучшие. Тогда он быстро поменял тактику, и начал рассказывать, что здешние — лучше, зачем ехать так далеко… В общем он за два золотых он приказал отгрузить семь мешков — сделав ударение на семь, подчеркнул Лаир — Два я привез. Остальные заберу попозже. А сувар Лерт радостный, отправился в столицу, полагаю тратить деньги.

— То, что он уехал это хорошо… — задумчиво сказал Эллина — А за сколько он хотел продать прииск, он не упоминал?

— Кажется…двести… Да, двести золотых. Зачем тебе? — недоумевал Лаир.

— Какая жалость, что у меня не завалялось двести золотых — пробормотала Эллина.





26 глава




— Ты ведь что-то задумала — заметил Лаир — Признайся. У тебя такие же глаза как тогда… с водопроводом.

Эллина отмахнулась:

— Так…какие-то мысли. Чтобы что-то предпринять, мне не хватает данных. И информации… И материалов. В общем пока еще рано… А Кира…

— Что Кира?

— Много она может рассказать про другие растения? И про какие именно?

— Только те, что видит в данный момент перед собой — покачав головой, ответил Лаир — Она ведь слабая.

— А с сильным даром… Что может сделать Видящая с сильным даром?

— О! Сильный Видящий…он может рассказать про всю флору. Любые сочетания… Сильные стороны, слабые… В общем все. А ведь еще есть Видящие суть всего… Вот они могут про все вместе — и растения и животные и минералы и природа. Для них доступно все.

— Оооо! — уважительно потянула Эллина — Вот бы мне встретится с так… — докончить она не успела, заметив краем глаза, стоявшую в дверном проеме женщину. Лаир проследив за ее взглядом, воскликнул:

— Бабушка, мы тебя уже полкана ждем. Ты сама назначила визит на это время. Твоей гостье пришлось ждать.

— Как не вежливо напоминать даме о времени. Что же до гостьи, то не думаю, что она скучала — властно произнесла женщина, которая совсем не была похожа на бабушку.

Высокая худощавая женщина на вид лет сорока. Прямая как палка. Темные волосы, лишь слегка тронутые сединой, уложены в строгую прическу. Неизменная белая рубаха. Темно-голубые юбка и колет с серебристой отделкой. Серебристые же глаза смотрели лица, на котором почти не было морщин. Резкие, но благородные черты. Лишь «гусиные лапки» в уголках глаз, подсказывали о возрасте женщины.

Ум, сила воли, характер — вот о чем кричал весь ее вид.

Эллина, подумав про себя «упссс», начала лихорадочно вспоминать, о чем они говорили, и что именно она могла услышать.

Бабушка прошла в комнату, а Лаир начал их представлять:

— Бабушка, это Эллина кузина Нариса, моего друга. Эллина, моя бабушка — баронесса Эстинара Торн.

— Благодати Килах, сува Эстинара Торн — поклонившись, как ее учили, приветствовала Эллина, очень обрадовавшись, что здесь нет реверансов.

Баронесса кивнула и опустилась в кресло.

Полчаса назад они прибыли в этот дом. Проводив их в гостиную, слуга исчез, и с тех пор они никого не видели. Правда, Эллина была этому рада. Ей нужно было привести дыхание в норму. Поскольку ехать на лошади она отказалась, они пошли пешком. Идти все время в гору по извилистым улочкам, которые удлиняли путь вдвое, оказалось не очень комфортно. Скоро у нее сбилось дыхание, и когда они добрались до дома, она дышала так, словно все это время бежала.

— Очень интересно посмотреть на девушку, из-за которой у моего внука не остается времени ни на что. Три или четыре декады он перестал появляться в обществе. Дома его тоже не бывает, а когда он приходит, запирается в своей лаборатории. Что ты с ним сотворила, сани, хотелось бы мне знать?

— Оооо! Уверяю вас, баронесса, ничего подобного — начала Эллина оправдательную речь — Я встречаюсь с Эриком. Это друг Нариса. Лаир бывает там из-за того что Эрик сделал невероятные вещи. Представляете, он сделал что-то, что он назвал водопровод. Это когда вы просто крутите краник и вода течет прямо дома. Это как чудо. Он невероятно талантливый. Лаиру просто понравилось все, что он делает и поэтому он бывает там так часто — уже заканчивая свою речь и глядя в бесстрастные стальные глаза, Эллина подумала, что вряд ли номер пройдет. Баронесса махнула рукой, и два стула подлетели к ним, приглашая сесть.

— То есть, ты утверждаешь, что вы с моим внуком не ездили кататься на лошади. Причем, на одной лошади. Что в ночь праздника он вел вас под руку, потому что вы встречаетесь с неким Эриком, который в это время вел под руку сестру Нариса. А чем именно интересовался мой внук в доме Нариса, когда Эрик не приходил туда по несколько дней?

Номер не пройдет, поняла Эллина.

— Бабушка, ты следила за мной?! — изумился и возмутился Лаир.

Баронесса не соизволила отреагировать.

— Конечно, следила — начала объяснять Эллина — А как ты хотел? Самое ценное в доме берегут пуще всего. А ты — это самое ценное. В тебя столько вложено… Думал, что тебя спокойно оставили с простолюдинкой-аферисткой, протягивающей свои жадные ручонки, в надежде захватить столь ценный приз — Эллина внимательно следила за выражением лица баронессы. Но… Эллина собиралась на встречу с БАБУШКОЙ. А попала на прием к КОРОЛЕВЕ. И королева выказала им свое «фи».

— Лаир, мы возвратимся в столицу. Весь высший свет там, а мы сидим в провинциальном городишке. Это идет тебе во вред.

— Это, бабушка, называется шантаж — продолжал возмущаться Лаир. На что баронесса-королева ответила ему высокомерным взглядом.

— Она имеет право — вздохнула Эллина.

Лаир посмотрел на «жадную аферистку» как бы спрашивая «что делать?». Эллина слегка пожала плечами.

— Полагаю, придется рассказать вам о том, что происходит — кажется, скоро вся Лароса будет знать о ней — Дело в том, что я с Туманной Земли — объявила Эллина. Последовала пауза.

— И? — прозвучало холодно и невозмутимо. Друзья растерялись.

— И…и поэтому Лаир приходит к Нарису — попаданка не совсем понимала, что говорить в этой ситуации.

— То есть, Лаир, все-таки приходит к тебе? — ее голос звучал так холодно, что Эллина вздрогнула.

— Нет, нет — дружно замахали в ответ, потом продолжила Эллина — понимаете, я подсказала…, показала, как у нас устроены некоторые вещи… Ребятам очень понравилось это, и они решили попробовать устроить нечто такое и здесь.

— И? — вот задолбала своим «И»

— И Лаир помогал, изобретал…потому и проводил много времени в лаборатории.

— Вы полагаете, я поверю в эту чушь? — не сдалась «королева».

— Но это не чушь — растеряно ответила Эллина — У Нариса в доме есть водопровод, есть печка, которую не надо топить… Лаир сделал для этого амулеты…

— Вы уже пытались обмануть меня. Не пытайтесь сделать это снова — чеканя слова, отрезала баронесса — Какие доказательства ты можешь предъявить? Как ты уже сказала, я должна оберегать своего внука от таких как ты. И мы, не откладывая, уезжаем в столицу — вынесла она свой вердикт.

— Я не знаю как доказать… — Эллина окончательно растерялась. Лаир был ей необходим здесь. — Всё о чем мы говорили…это все существует… Только в доме Авера. Вы бы пошли туда с нами…?

— Нет, конечно — добила их баронесса.

— Но только там и можно увидеть эти вещи. Если не так, то я даже не знаю…

— Я не пойду туда… Я туда поеду!

— Бабушка?!!! — поразился Лаир — Что ты сказала?

— Чтобы убедиться, что всё это правда, я должна это увидеть своими глазами. Словам вашим я не верю. А поскольку идти пешком я не собираюсь, я туда поеду. Вы против?

— Нннет — потерянно произнес Лаир.

— Давайте поедем — обрадовано согласилась Эллина.

И только заметив довольный блеск глаз баронессы, подумала, что они, кажется, вслепую сыграли в специально разыгранной сцене. Да, бабуля оказалась очень не проста.

Поездка заняла меньше времени, чем поход пешком… Но Эллина предпочла бы побежать, чем ехать в карете.

Карета оказалась деревянной коробкой на колесах. Сиденья очень жесткие. Они, кажется, пересчитали все кочки и ямы по пути. А если учесть, что ехали они все время вниз… Эллина, вцепившаяся обеими руками в сиденье и спинку, ужаснулась, представив долгую поездку в этой камере пыток. Но пытка закончилась. Она отделалась только синяками. Зубы все при ней. Зато аристократы просидели, если можно так назвать подпрыгивания и шатания, с невозмутимыми лицами.

Когда Лаир помогал Эллине выйти из кареты, он горячо зашептал ей на ухо:

— Я только что понял, что нас развели… Она подвела нас к тому, чтобы мы сами ее сюда привели.

— Тогда я умнее тебя — ехидно ответила Эллина — Я догадалась об этом, как только она согласилась.

Баронесса, кажется, слышала все, о чем они шептались. Да они и не скрывались. Окинув их высокомерным взглядом, она вздернула свой аристократический нос и потребовала помочь ей подняться.

Очутившись в доме, бабушка внимательно осмотрела все новинки. Открывала и закрывала краники, включала горелки, посмотрела работу душа. Лаир сопровождал это своими пояснениями. Нарис же, который собрался было уходить, смотрел на баронессу изумленными глазами. Эллина осталась стоять рядом с ним, посмеиваясь над его видом. Родственники тем временем ходили по дому как по музею, одна разглядывая и расспрашивая, другой отвечая и рассказывая. Еще большую сумятицу в эту картину внес Эрик. Он пришел, таща в руках большой деревянный ящик. Это оказалась стиральная машина. Эллина даже не знала, что они собираются ее делать. Как-то она рассказывала про устройство быта у нее на родине. И про телевизор, и про стиралку, и про пылесос. Ребята, конечно, задали массу вопросов. Но она и подумать не могла, что они рискнут создать нечто из этого сейчас. Эллина просто хотела навести их на мысли, с тем, чтобы в дальнейшем они попробовали изменить свою жизнь. Но чтобы так уж прям сразу… Дерево Чунар оказалось кладезем. Из его древесины Эрик собрал корпус стиралки, замазав углы его же соком, сделал его водонепроницаемым. В нем были установлены два амулета. Первый «фейка» заправленный «феями», т. е. с даром очищения. Второй «ветер» заправленный «чихами», т. е. с даром воздуха(чих — по версии магов слабый дар воздуха). Не повезло Лаиру с прозвищами, подумала Эллина — пиявка, чих…

Эрик, мало впечатленный появлением здесь высокородных гостей, начал подключать стиралку к воде. Закончив свои манипуляции под взглядами замерших в ожидании зрителей, он объявил, что надо проверить стиралку в действии. Нарис помчался к себе в комнату, а по возвращении двигался как-то бочком. Оказалось, стеснялся показать свою рубаху баронессе. Эрик этим не страдал. Он спокойно откинул крышку и положив в нее рубаху закрыл. Затем он нажал на рычажок. Послышался тихий гул.

— Нужно около четверти канна — проинформировал Эрик.

— Может, коту — предложила Эллина. Все посмотрели на баронессу. Она согласно кивнула.

Они как раз заканчивали пить коту, когда Эрик объявил:

— Пора.

Гурьбой, двинувшись за ним, они подошли к новому девайсу. Откинув крышку, Эрик достал рубаху. Нарис залился густым румянцем. Эрик, не обращая на него внимания, удовлетворенно произнес:

— Чистая. И сухая. — Эллина, не выдержав, зааплодировала. Остальные присоединились к ней. Даже бабушка.

— Эрик, ты гений! — воскликнула девушка.

Комплимент был заслуженным, и потому Эрик не стал притворно отнекиваться. Конечно, здесь была и работа Лаира. Но он лишь подготовил амулеты. Адепты Академии заполнили их нужной силой. А вот Эрик сделал корпус, и самое главное, механизм, который позволял задействовать вначале «фейку», затем пустить воду для полоскания и наконец, включить амулет «ветер». Именно этот механизм и позволил создать полноценную стиральную машину в мире, в котором даже не предполагали о возможности такого.

— Ты на эти штуки тратишь свое время и силы — проворчал Лаир, пытаясь скрыть свое восхищение.

— У меня есть деньги — беззаботно отмахнулся Эрик.

— Откуда? — недоверчиво спросил Лаир.

— Хозяин Арис — немногословно прояснил гений.

Видя ожидающие продолжения лица, Нарис докончил за него:

— Просто хозяин рыбной лавки, где работает Арис — сказал он, объясняя больше баронессе — захотел то же самое устроить у себя. Он уже все оплатил. Завтра Эрик наберет ребят. А те…эээ…вам, — быстро посмотрев на бабушку, поправился — надо бы сделать амулеты. — Нарис очень волновался, боясь сказать в присутствии баронессы что-то, из-за чего Лаиру запретят дружить с ними. Но он зря переживал. Бабушка попрощалась с ними очень тепло, пожелав им удачи в их начинаниях. А спустившись вниз к карете, заявила, что устроит нечто подобное и у себя, удивив этим Лаира. Эллина же удивлена не была. Она мысленно потерла руки. Это будет реклама. И они, возможно, получат доступ в высшее общество. Тогда можно будет не переживать, у ее ребят будет работа.





27 глава




Баронесса Эстинара Торн, возможно и сама не понимая того, сделала невероятный подарок Эллине. Прошло несколько дней, с тех пор как она побывала в доме Нариса. У нее, как и у хозяина Арис, был налажен водопровод, отопление, устроена ванна со стоком, туалет, на кухне большую печь заменили меньшей с шестью горелками.

Ребята демонстрировали нечто, что в их представлении являлось аналогом пылесоса. Это была швабра, в которую установили «фейку». Эллина как раз с энтузиазмом проводила этой шваброй по полам, когда в дверь постучали. Арис пошла открывать. Остальные, собравшись, радовались тому, что задумка оказалась отличной. Любая поверхность, даже тканная очищалась на ура. Арис вернулась, неся записку. В ней бабушка приглашала к себе Эллину. Лаир нахмурившись, заявил, что он пойдет с ней.

Когда они прибыли, оказалось что у бабушки гости. Точнее гостья. Увидев ее, Эллина определила ее для себя как Леди. Именно так. С большой буквы. Леди. Пока длились приветствия, пока знакомились, Эллина рассматривала ее. И в голове все время крутилась строчка из песни о Мери Поппинс «Вы само совершенство, вы само совершенство, от улыбки до жеста, выше всяких похвал». Вот и графиня Лиания Гостен была выше всяких похвал.

Высокая, стройная, грациозная. Не сказать, что красавица. Миловидная. Но внимание она к себе привлекала. Невероятная грация. Плавность в движениях. Кожа у нее была белая, глаза — огромные, голубые. Золотистые волосы заплетены в косу с необычным плетением. Когда она заговорила, голос у нее оказался очень приятным, мягким, переливчатым. Когда ее представляли, она поклонилась. Даже Эллина, не знающая всех тонкостей этого мира, поняла, что поклон был выполнен с невероятной точностью и грацией. Одета в желтые юбку и колет с золотой окантовкой, свои родовые цвета. Выглядела она лет на девятнадцать — двадцать. Но Эллина, даже будучи старше нее, почувствовала себя угловатым подростком. Вспомнив свою почти бесцветную одежду, из дешевой ткани ей стало неловко. Даже перед бабушкой, выглядевшей как королева, она так не пасовала.

Лаир же просто растекся. Эллина только сейчас увидела, как здесь ведут себя дворяне, по отношению друг другу. В принципе, это не очень отличалось от того что она читала в книгах. Подхватывания под ручку, выдвигание стула, комплименты, сосредоточенное внимание ко всему ею сказанному… Эллина вдруг поняла, что в этом мире она не дождется к себе такого отношения. Она здесь считалась простолюдинкой, и конечно, не могла претендовать на то, что с ней будут обращаться как с дворянкой. Ей вдруг стало тоскливо… Снова, накатила ностальгия…

Но долго грустить ей не дали. Баронесса объяснила, что она слышала, как Эллина хотела пообщаться с Видящей суть и потому она пригласила Лианию. Мисс совершенство оказалась еще и сильнейшим магом. В тот день Эллина не стала задавать ей вопросы. Они просто знакомились. Дома, вечером, она составила целый список. Встретившись в следующий раз, она узнала от Видящей столько, что у нее появилось ощущения, что она — это местный Интернет.

Почти на все, о чем она спрашивала, получала ответ.

Первый вопрос был о красках. Почему они столь дороги? Оказалось потому же, почему и металлы. Все руды содержащие металлы находились Драконовых горах. Горы эти были очень высокими и занимали на материке большую площадь. Ристалару принадлежала лишь небольшая часть. Но даже на этом небольшом участке нашли несколько очень важных металлов. Серебро, золото, железо, медь… Минералы, которые также водились здесь в большом количестве, и являлись красящими веществами. Вроде бы все прекрасно. В горах есть практически все что нужно. Но… Оказалось, что Драконовы горы могли предложить и кое-что другое… Монстров. Огромные зверо-волки, буквально не давали высунуть нос из городка Шарк, расположенного у подножия гор. Этот городок был единственным населенным пунктом в этих краях. А еще он являлся государственной тюрьмой. В Ристаларе никого не казнили. Всех совершивших преступление ссылали сюда. Даже руководящий состав здесь был из дворян, совершивших преступление. Хотя до Шарка вела дорога, никто ею не пользовался… Ну, если только не являлись самоубийцами. В дремучих лесах, через которые шел тракт, и которые окружали городок, бродили стаи этих самых зверо-волков. Неужели здесь нет магов, которые могли бы сразиться с ними, удивилась Эллина. Как оказалось, магию против них и нельзя было использовать. Они были когда-то простыми волками. Но открывшийся в лесах магический источник, привел к тому, что они мутировали. И превратились в зверо-волков. Магия против них была бесполезна. Наоборот они ею подпитывались. Сражаться с ними приходилось обычным оружием. По описанию Лиании, выходило, что это крупные животные, размером с корову, с большой пастью, усеянной страшными зубами. Тело покрыто жесткими пластинами, которые выдерживали любые удары. Чтобы убить такого волка, нужно было проткнуть его мечом между пластинами. Причем не один раз. В общем из-за этих зверо-волков вывозить ископаемые можно было только порталом. А это, как известно, делом было очень недешевым. К тому же в самих горах тоже водилось страшное зверьё.

Сороконожки-переростки, ядовитые крысы, размером с собаку, и тому подобные монстры. Рудокопы умирали десятками. Нужны были рабочие руки, т. е. преступники. Но люди не больно стремились в горы. И вели законопослушный образ жизни. Исходя из всего этого, объясняла сува Лиания, цены на все что добывалось в Драконовых горах, были запредельными.

Эллина же восхитилась. Это надо же! Как оказывается, легко можно справиться с криминалом. Хотя в ее мире, наверное, даже это не помогло бы. Запретив себе размышлять о глобальных проблемах общества, сани Эллина приступила к самому важному для нее на этот момент.

— Сува Лиания, а здесь есть растительные краски?

— Здесь? — переспросила сува.

— Нуу, в Ристаларе?

— Растительные краски? Я сожалею… Но я не совсем понимаю, о чем речь.

— Ну, неужели в природе нет растений, которые могли бы окрасить ткань?

— Ооо! — не удержалась от восклицания благородная сува — Так ты хочешь создать краски? Чтобы не нужно было добывать их горах? — нет, вообще то, потому что краски нужны ЕЙ, и желательно не по цене золота — Никогда даже не задумывалась о таком.

— Я, в общем — то и не сомневалась — пробормотала Эллина, обратившись к Лиании, она сказала — Я не знаю как у вас, а у нас, кроме эээ минеральных красок — она совсем не была уверена, что они так называются — есть еще и растительные. Но растительные…они не такие яркие, цвета получаются более приглушенные… Но, это не важно. Мне нужны эти краски,…если, конечно, они существуют.

— Сани Эллина…а у вас, это где? — большие голубые глаза смотрели вопросительно.

— А разве сува Эстинара вам не говорила? — ухмыльнулась Эллина.

— Она сказала, что это не ее секрет. И если вы захотите, то сами мне скажите — безмятежно произнесла, поставив ее на место.

— Об этом знают и Лаир и его бабушка. Думаю, можно и вам сказать… Только одно условие. Никаких вопросов о том месте… Просто у меня сейчас у самой огромное количество вопросов… — Эллина выдохнула — Я с Туманной Земли.

Мисс совершенство вскинула брови.

— Не может быть! — воскликнула она. А потом долго на нее смотрела. Эллина гадала, хватит ли у нее выдержки не задавать вопросы. Графиня не подвела. Снова придав себе безмятежное выражение, она спросила:

— Значит, растительные краски?

«Молодец» подумала про себя Эллина, ответив кивком.

Лиания закрыла глаза и полилась информация.

Хлопок растет здесь в большом количестве, его даже импортируют. Но он отличался от своего земного собрата. Головка здешнего хлопка была размером со здоровый кочан капусты. Собирать его приходилось очень аккуратно. Стебель, лепестки, пестики — все, что его окружало, было очень водянистым. Неосторожное движение — и хлопок окрашивался соком в желтоватый цвет. А рубашки здесь все носили только белоснежные. Окрасившийся хлопок становился браком, и его отправляли на другие нужды. Но вот этот самый сок, который много нервов попортил собиральщикам, оказался идеальной основой для краски.

Графиня перечислила растения, которые давали красный, синий, зеленый и белый цвет. Черный нужно было добывать из жабров кисании. Эллина возмутилась «а запах?». Но ее уверили, что запаха не будет совершенно. Как раз эту жидкость здесь и используют как чернила. Запах есть, но очень слабый и выветривается быстро. Итак, все необходимые цвета уже есть. Имея эти основные, производные от них создать не сложно. А теперь закрепитель. Он был необходим, чтобы ткани не обесцвечивались после первой стирки. Закрепитель нашелся. Эллина старательно записывала все, что называла графиня, не имея понятия, что это такое. Но это не страшно. Заниматься этим будут те, кто знают, что это.

Перешли к стеклу. Стекло делалось очень легко. На берегах рек было много светлого песка. Этот песок алхимики заливали раствором. Из чего именно делали раствор, Лиания не знала. Но, по всей видимости, это не было что-то дорогим. Стекла ставили все. Вопрос «Почему стекла не прозрачные?» поставил Лианию в тупик.

— Но если они будут прозрачные… все будет видно! — сказала она, глядя на нее своими огромными голубыми глазами.

— Логично — захихикала Эллина. Стекла можно делать прозрачными, но их такими не делают. Слааавннееенько, протянула про себя Эллина.

— А можно придавать им разные цвета?

— Да, но я об этом мало что знаю. Тут нужен алхимик.

— Ладно. Потом до него доберусь. А теперь бумага.

Бумага тоже растительного происхождения. Растет некая трава, которая сильно-сильно скручивается в трубочку. Ее раскручивают и кладут под пресс. Там она распрямляется и высыхает. Неровные края обрезают, и вуа ля, размером тридцать на двадцать сантиметров овальный лист, похожий на хрупкий картон. Эллине показали этот лист. Самым главным минусом была хрупкость. От неосторожного движения он мог буквально рассыпаться в руках. И потому их хранили между двумя дощечками. Перед графиней поставили задачу: как склеить листы между собой и сделать их менее хрупкими. Опять понадобились алхимики. Их раствор для стекла, вполне мог выполнить эти задачи, при некоторой корректировке. Поставив для себя галочки, Эллина продолжила расспросы. Начавшаяся утром беседа, закончилась вечером, прервавшись только на обед. За все это время мисс совершенство столько раз вскидывала брови и округляла глаза, что Эллина мысленно погладила себя по голове. Ее самооценка поползла вверх.

Лиания, устало откинувшись, пожаловалась:

— Я еще никогда настолько не опустошала свой резерв. Никогда не просматривала столько объектов.

— А как вы, маги, выплескиваете силу? — заинтересовалась Эллина, вспомнив, что для слабых одаренных это было неприятным действом.

— На приемах.

— То есть?

— На приемах показывают свои способности, устраивают соревнования.

— Часто?

— Каждый день. В двух-трех домах.

— Каждый день! — изумилась Эллина — И вам не надоедает?

— Но там ведь больше нечем заняться. Ну, разве что сплетнями, интригами, изменами. А резерв надо куда-то девать… Вот и развлекаемся.

Понятно, подумала Эллина. Люди во всех мирах одинаковы. Богатые бездельники от нечего делать, придумывают себе развлечения. Нет бы делом заняться, пользу принести…





28 глава




Сегодня был важный день. Можно сказать решающий. Многое поставлено на карту. Она влезла по самое не могу в дело, о котором даже понятия не имела. Сегодня все решится. Пан или пропал. Эллина очень нервничала, но старалась этого не показывать. Все ее друзья сегодня были здесь. Поразительно, у себя, в своем мире она так и не подружилась ни с кем, не сошлась близко. А здесь… Вот Нариса она воспринимает как брата. С Лаиром ей невероятно легко общаться, словно они знакомы с детства. Эрик, не смотря на свою молчаливость, оказывал неоценимую поддержку. Зная, что она не с Туманной Земли, он никогда ни о чем ее не расспрашивал. А еще он был гением. Надо отдать должное, если бы не он, многое из того что она для себя наметила не было бы ей под силу. С Арис, несмотря на всю ее легкомысленность, тоже было легко.

И вот ее друзья, и множество других, которые помогали ей в этом нелегком начинании, собрались сегодня здесь. Но кроме них, сюда пришли еще и другие. Например, представители высшего общества. Просто богатые люди. Реклама сделала свое дело. Да еще какая реклама! Такого здешние никогда не видели. На улицах висели плакаты, на которых яркие картинки двигались, загорались. На это пошли маленькие кристаллы, или как бы ее поправил Лаир — амулеты, наполненные силой иллюзии. Именно они заставляли девушку стоящую на коленях плакать, юношу в богатых одеждах взмахивать мечом, а мага — зажигать огонь движением руки. Это была совместная работа художника-самоучки, иллюзиониста(или «свечки») и Лаира, с его амулетом. Даже эти рекламные афиши смотрели как кино. А на представление собрался, кажется, весь город. И вот началось… На сцене шла повесть о Ромео и Джульетте. Ну, то есть… Это Эллина ее так для себя называла. Но сюжет был примерно тем же. Влюбленные из враждующих семей… Подлость и коварство соперника, приведшее к гибели главного героя. Горе главной героини, и ее прощание с жизнью рядом с телом любимого.

Актеры, которых она отыскала среди тысяч других, играли свои роли великолепно. Многие зрители плакали, особенно девушки…

Глядя на все это со стороны Эллина, которая уже видела репетицию, наблюдала за реакцией зрителей. Ей это удалось!!! То есть… пока вроде все отлично. Огромная толпа людей, вперемешку богатые с бедными, дворяне с простолюдинами… Но это никого не беспокоило, слишком завораживало то, что творилось на сцене. Лароса такого еще не видела. Начался спектакль с песни, которую пела певица с изумительным голосом. Эллине пришлось не мало побегать, прежде чем она нашла ту, чье пение ее устраивало. Это была молоденькая девушка, которая у себя в театре исполняла масенькие рольки. А здесь она показывала всю красоту своего голоса, в песне излагая предисловие. Зрители были очарованы. Затем они были поражены. На сцене появилась иллюзия древнего города. Очень такая натуральная иллюзия. Трое «свечек» выполняли свою работу безупречно. Правда их сил не хватило бы, чтобы создать что-то столь грандиозное. Решение этой проблемы подсказал, как ни странно, Нарис. Иллюзию создать маленькую, но просвечивать ее через кристаллическое стекло, которое используют ювелиры. Это было что-то вроде проектора. На сцене маленькая иллюзия была уже не маленькой. И в ней начало происходить действо.

Сцена была устроена на мосту. Для зрителей «булыжники» сотворили лавки, которые после представления, городскому главе было обещано убрать. За мостом темнело здание. Сейчас темнело. А предыдущие три декады оно светилось своими огромными прозрачными окнами. Еще до того как его закончили строить оно привлекло к себе внимание горожан.

Это была гостиница. Эллина построила гостиницу. Она понимала, что здесь знают только постоялые дворы. Но она рискнула. Она рискнула очень многим. Прежде всего, она попросила друзей собрать одаренных, которые не работали или работали не по своему профилю. Впервые в жизни, выйдя перед толпой незнакомых ей людей, она с волнением в голосе, попросила их о помощи. Она дала слово, что когда у нее появится возможность, она расплатится с ними. Эллина очень боялась этого момента. Ее могли просто высмеять и послать… Но случилось чудо. То есть в ее понимании это было чудо. А вот в понимании ристаларцев… Невероятно, но факт — эти люди благодарили ее за то, что она дает им возможность приложить свой дар.

Когда она отправила Лаира в городскую управу узнать цену участка по правую сторону реки Лар, он нарисовал на лбу круг. Это было то же самое, что покрутить пальцем у виска. На левой стороне Лара жить можно было, особенно когда вода спадала. Но на правой — подножие холма заболотилось. Здесь не просыхало даже в малга(летом). Эллина была непреклонна. Или купить этот участок, а если слишком дорого, то взять в аренду. В городской управе Лаиру тоже показали круг на лбу и отхохотавшись предложили цену в один золотой и отмену налогов на два каста, чтобы только посмотреть, что на этом месте собираются устроить. Наверное, они потом кусали локти… Эллина попросила посмотреть водников, или если местным жаргоном «капелек» из-за чего образовалось болото. Многочисленные колодцы, которые копали жители этого района, нарушили течение подземной реки. Что-то подобное Эллина и предполагала. «Капельки» помогли, показали, что именно нужно сделать. «Булыжники» не подвели, исправили результаты деятельности людей. Затем были подняты оба берега. На два метра. Получилась прекрасная набережная. Освещение было почти как в ее мире. На деревянных столбах светящиеся шары из белого полупрозрачного стекла. Это «светляки» зарядили амулеты.

Заболоченный участок высушили, навели порядок. А затем началось строительство. Когда Эллина узнала, что про чертежи здесь ничего не знают, она не стала удивляться и биться головой об стену. В этом мире строили по-другому. Ты ходишь по участку и показываешь — вот тут стена, тут дверь, а вот тут окно. Учитывая, что она сама практически не разбиралась в чертежах, то это даже было к лучшему. Если что-то получалось не так, то все, без проблем, переделывалось. Никаких дополнительных затрат. Коробку трехэтажной гостиницы построили за две недели, или, как здесь говорят, за полторы декады. Стройка заняла бы больше времени, если бы камни, которые находились за пределами города, «булыжникам» нужно было бы перемещать на стройку. Эту проблему решили порталы. Два «кусочка» — один на стройке, другой на камнеломах, переправляли камни через небольшие порталы. Эти камни превращались в блоки и складывали в стену. Блоки между собой сплавлялись, и не нужен никакой раствор. Только «булыжники» получили указание, внутреннюю поверхность разгладить и сделать сплошной. Эллина очень неуютно чувствовала себя в не оштукатуренных домах. А в ее гостинице…крррасота.

Пока шла стройка, городские плотники получили заказ на столы, стулья, шкафы и рамы. С рамами было сложнее, их здесь никогда не делали. Но все же сделать сумели. В помощь плотникам Эллина пригласила «щепки». Это те которые могли просто расплавлять любое дерево и лепить из него что захочется. То есть это могли маги. А «щепки» могли лишь немного изменять форму и наносить небольшие узоры. Правда, возникла небольшая проблема. Одаренные и неодаренные не любили работать вместе. Одаренные, считая себя отмеченными Килах, задирали нос. А неодаренные — недолюбливали их за это и называли бездельниками. На все это Эллина ответила, что как только они выполнят ее заказ, они могут продолжать в том же духе. А она не заплатит, если заказ не будет исполнен вовремя. Надо сказать, что совместная работа получилась очень продуктивной. Плотники делали грубую основу, а одаренные — сглаживали все шероховатости, наносили рисунок и придавали окончательную форму. Впоследствии, они начали сотрудничать…и не только они.

Швеям заказали постельное белье, скатерти, полотенца, салфетки и…шторы. Про которые здесь не имели понятия.

Эллина начала сотрудничать с двумя ткацкими домами. Она предложила им растительные краски(«травки» сделали свое дело, собрали необходимые растения, а алхимик сделал из них краски). Очень скоро на рынке появились недорогие цветные ткани. И то, что в Ларосе никогда не видели… ткани с рисунком.

Алхимикам заказали большие прозрачные стекла и небольшие белые полупрозрачные шары. Раздав всем заказы, Эллина приступила к поиску актеров и певцов. Ставку она делала на культурную программу. И пока что это оправдывало себя. Первый показ в качестве рекламы она показывала бесплатно и на улице. Хотя рядом с гостиницей располагался театр. Но поскольку все желающие не поместились бы в этом здании, сцену вынесли наружу. Половина города, которая превратилась в зрителя, доказала что это был правильный шаг.

По окончании спектакля народ долго аплодировал и не спешил расходиться. Они кое-чего ждали. И вот когда сцену разобрали, «булыжники» разровняли все лавки и повсюду был наведен порядок… Вначале зажглись фонари, затем включилась подсветка здания, а самом здании начала зажигаться надпись «Жемчужина». Под надписью появилось изображение ракушки, которая открывалась, а в ней светилась жемчужина. И надпись и жемчужина светились, переливались, гасли…а потом снова загорались. Горожане смотрели на это почти с тем же восторгом, что и на только что закончившееся представление.

Попаданка облегченно выдохнула: кажется, все получилось.





29 глава




Друзья увлекли Эллину домой. Привычно собравшись в гостиной за столом, они сидели тихо. Странно молчаливо. Глядя на виновницу глазами, выражавшими самые разные чувства. Изумление, восторг, восхищение… Первым заговорил Лаир:

— О Килах! Что ты сотворила? — он смотрел на нее в недоумении — Ты не говорила, что будет нечто подобное. Так делают на Туманной? Я должен сказать… Вы наверно самые счастливые люди, раз можете видеть такое… Это было так… — не находя слов, он замолчал, покачивая головой.

— Ты создала нечто волшебное — восхищенно произнес Нарис, обнимая ее.

— Ты все изменила — коротко и емко сообщил Эрик, глядя на нее с одобрением. Эллина, неожиданно для себя, залилась краской. Она близко сошлась с этими ребятами и даже не думала, что будет смущаться перед ними.

— Ну что вы… Это же не я… Это актеры хорошо сыграли… Все овации им. Эрик покачал головой, Нарис усмехнулся, а Лаир сказал:

— Ага, конечно. Неужели ты не понимаешь… Все эти спектакли каждый год ставят. Та же «Неумирающая любовь» есть в репертуарах почти всех театральных трупп. И как ты думаешь, кто-нибудь из них получал такое количество зрителей. Просто то, что устроили вы, было настолько необычно… Ты видел, сколько людей плакало — обратился Лаир к Эрику, тот кивнул — Ты не понимаешь, то, что вы сотворили, было похоже на сказку… А потому — он заговорщицки ухмыльнулся — всему высшему свету придется утереться. Все это создано не ими. Благослови тебя Килах — и подскочив к ней подхватил ее на руки и начал кружить по комнате. Эллина рассмеялась, Эрик и Нарис тоже, а в это время открылась дверь, и вошли Арис с Лианией.

Лиания резко побледнела, но удержала на лице безмятежную улыбку. Лаир увидев ее, помрачнел и опустил Эллину на пол. После приветствий и восторгов по поводу сегодняшнего представления, Нарис пригласил Лианию отужинать. Лаир заявив, что он опаздывает на встречу, ушел. Графиня осталась и в продолжении всего ужина вела себя очень мило и тактично. Но Эллина почему-то показалось, что она напряжена. Несмотря на то, что она очень расхваливала увиденное ею сегодня, восхищалась оформлением гостиницы и все такое…Эллина чувствовала в ней какой-то надрыв. Она не съела ни одного кусочка, хотя и тыкала вилкой в тарелку. В середине ужина она извинилась, и сославшись на то что уже поздно, а баронесса не предупреждена, засобиралась домой. Эрик сказал, что проводит ее. Она с достоинством склонила голову. Эллина провожала ее задумчивым взглядом. Дождавшись когда графиня выйдет за дверь, Эрик, наклонившись, зашептал Эллине на ухо:

— Она влюблена в Лаира — и поспешил за дамой в ночь.

Осмыслив услышанное, Эллина начала вспоминать и анализировать последние декады.

Они все были очень заняты. У всех дел было по горло. А у нее бесконечная беготня по городу, объяснения до хрипоты своих требований заказчикам. Времени было в обрез, вот-вот начнут возвращаться те, кто заправляют в этом городе. Приходя домой Эллина проглатывала ужин и наскоро умывшись падала в кровать. Живя в таком режиме, она не замечала, что она ест, где уж тут обращать внимание на отношения между людьми. Но сейчас, оказавшись в своей комнате, вспоминала странности, которые видела, но пропускала мимо. Так получилось, что Лиания влилась в их коллектив. Многие вопросы Эллина все еще выясняла с ее помощью. Очень часто во время этих совещаний она замечала, что ребята смотрят на нее с уважением. Причем все. Но вот Лаир… Он буквально светлел, когда она появлялась в комнате. Но в какой-то момент, из-за навалившихся проблем она не заметила когда именно, все изменилось. Эллина вспомнила, как Лаир стал избегать совместных ужинов, когда там была Лиания. Как он мрачнел при ее появлении. Он осунулся, и хотя и раньше был довольно бледным, теперь же совсем стал похож на призрака. Что за кошка пробежалась между ними задалась вопросом Эллина.

Она собирала свои вещи и укладывала в котомку, когда постучав, вошел Нарис.

Неодобрительно посмотрев на сборы, он обиженно произнес:

— Значит, ты решила окончательно?

— Брось Нарис. Ты сам понимаешь так лучше — Эллина махнула рукой приглашая сесть рядом с ней — Там я буду рядом со своим детищем. Да и вообще… Пора и честь знать. Сколько вы еще собираетесь меня кормить?

Дело было в том, что она устроила себе в гостинице, что-то вроде квартирки. К ее рабочему кабинету примыкала небольшая гостиная, спальня и ванна, которые она обустроила по своему вкусу. На днях она собиралась перебраться туда. Нарис горячо протестовал. Увидев, что он и сейчас собирается ее уговаривать, Эллина решила это пресечь:

— Нарис ну перестань. Ты прекрасно понимаешь, что теперь все изменилось — она взяла его за руку — Вряд ли у нас будет оставаться время на ежевечерние посиделки — увидев огорченный взгляд, поправилась — Нуу, мы изредка будем встречаться… И вообще, у тебя лечебница — напомнила она.

— Терса — поправил он ее, и расплылся в улыбке.

Он сделал это. Правда, сильно подпихиваемый Эллиной, но сделал. Напротив гостиницы, через дорогу, была построена больница. Те же «булыжники» на тех же условиях возвели двухэтажное здание. Поскольку здесь про больницы ничего не знали(целители принимали пациентов у себя дома), то название этому учреждению придумал Нарис. Он назвал ее терсой, в честь легендарной магианы, которая во время мора лечила всех, не обращая внимания на богатство или бедность. Как и она, в лечебнице, названной в ее честь, лечили всех. Все работающие здесь были «бузи», то есть со слабым даром целителя. Но, несмотря на это, их совместных усилий хватало, чтобы оказать необходимую помощь. Три сильнейших целителя отсутствовали. И все больные начали ходить в терсу. А учитывая, что плату здесь брали, чуть ли не в два раза меньшую, то терса стала очень популярной.

— Как идут дела? — спросила Эллина, припомнив, что в последнее время они мало общались.

— Пока хорошо — ответил Нарис — К нам начали приходить и с более серьезными болячками.

Лучше всего обстоят дела с лекарствами. Мы их готовим там же, на первом этаже. Ты была права. Многим понравилось, что можно держать дома необходимые долгохранящиеся настойки, а не бегать каждый раз к целителям.

— Ты начал расплачиваться с ребятами? — все кто, строили, подводили воду и все остальное, делали это бесплатно. С условием расплатится, когда появится возможность. Они поделили задолженность. Нарис сказал, что затраты по больнице попытается оплатить сам.

— Да, уже нескольким оплатили. Мы ведь недорого берем… Когда сможем расплатиться полностью…даже не знаю. Но ребята пока не требуют… — он посмотрел на нее тревожными глазами — Мне иногда страшно становится. Может, не стоило нам ввязываться во все это?

— Нарис, это я дала «слово», что когда начну получать доход, постепенно с ними расплачусь. Ты здесь не причем, ты ничего не обещал. Если с гостиницей не получится, то придумаю еще что-нибудь. Самое главное, чтобы терсу не попытались закрыть. Нужно чтобы вы стали популярными…

— Ну, это, кажется, вполне возможно. По правде говоря, к нам начали приходить и не совсем больные. Просто чтобы посмотреть, что и как, а потом с важным видом рассказать в таверне заинтересованным слушателям.

— Вот и отлично. В таком случае, когда ты собираешься делать предложение Миларе? — лукаво спросила Эллина. Нарис покраснел.

— Нееет…что ты. Я не могу…

— Почему Нарис? Сейчас ты ведь не просто «бузи». У тебя есть терса. Неужели ты не достаточно хорош для пекаря. Ну, хотя бы узнай, как она к тебе относится — посоветовала Эллина — Я-то и так знаю. Когда она тебя видит, она таааак улыбается — подзадоривала она.

— Она всем улыбается — понурился целитель.

— Да, всем. Но тебе по особенному. Ты должен с ней поговорить — уговаривала она его.

— Не могу — измученно проговорил Нарис — Она уже семерым отказала. Если и мне откажет… — он замолчал — А так, я хотя бы могу надеется на что-то.

— Ужас. Семерым??? Ты с ума сошел? Чего ты медлишь? А если она устанет ждать от тебя предложения и выйдет за какого-нибудь придурка? — Эллина схватила его за плечи и встряхнула — Значит так завтра, по пути на работу, заходишь в пекарню и приглашаешь ее в театр. Там как раз намечают что-то романтичное. После, когда будете идти домой, предложи хотя бы встречаться.

— Это не совсем правильно — опустив голову, сказал Нарис — А что если ксан-целители вернувшись, заставят закрыть терсу. Я должен крепко стоять на ногах… прежде чем устраивать свою жизнь — ей показалось, что хотел сказать что-то другое — Мне рассказали, что подопечные ксанов, в число которых как ты помнишь я не попал, посмеиваются над тем что мы делаем, и предсказывают, что как только их кураторы вернутся, все снова ринутся к ним. А в терсе останется только голытьба, которая будет расплачиваться с нами хлебом и сыром.

— Что ж — сказала Эллина, опустившись на кровать — Недолго осталось… Посмотрим, кто кого…

Нарис вытянулся рядом с ней. Как и раньше, подумала Эллина. Ее взгляд остановился на каменном блоке с крестиками. Она с грустью подумала, что уже потеряла счет дням. Она уже не помнит, сколько времени здесь находится. Впереди у нее столько дней, что зачеркивать их не имеет смысла. В ее мире уже лето на исходе. А здесь на исходе весна. Сюда она попала к концу зимы. Наверное, отныне она начнет считать по временам года.





30 глава




Назавтра Эллина собрала все свои вещи, коих было не так уж и много, и прибралась в комнате. Одну котомку закинув за плечо, вторую взяв в руки, она вместе с Нарисом отправилась на свое новое место жительства.

Утро было солнечным. На улице с каждым днем становилось все жарче. Город уже весь просох, нигде не было ни луж, ни грязи. И все же, думала Эллина, за пределами города гораздо приятнее. За это время она несколько раз побывала на той стороне городских стен. Логически предположив, что в погоне за прибылью, здесь скоро вырубят все Чунары, и вырежут все красящие растения, Эллина взяла в аренду несколько гектаров земли. В этот раз представитель городской управы не стал повторять свою ошибку как с участком под гостиницу. Эллина каждый раз ухмылялась, вспоминая, как ей за один золотой отдали большой городской пустырь, и даже отменили налоги на два каста. В этот раз они все проверили, отмерили, спросили, как именно собираются землю использовать. А вот как. Все городские «травки» оказались при деле. Они всю территорию разбили на участки и засеяли красящими растениями и Чунарами. Хлопок им сажать не пришлось. Здесь его производили в огромном количестве. А его отходы шли на основы для красок. В общем, Ларосу и ее окрестности в последние декады сильно лихорадило.

Эллине нравилось ходить к этим плантациям. Поскольку вблизи города, в целях военной безопасности запрещено было что-либо строить, то их пришлось расположить за пригорком. Туда «булыжники» подвели широкую дорогу. Эллина не знала, что они сделали, но покрытие здесь было похожее на асфальт. Сами они нахимичили или совместно с кем-то ей было неизвестно. Но это неважно. Главное, что эта дорога по здешним меркам была просто шикарной. И хотя идти нужно было полчаса, Эллина вставала пораньше и прогулочным шагом отправлялась туда для консультаций. Свежий воздух, солнце, голубое небо, ровная дорога… Ляпотааа. И никаких лошадей.

Вот и сейчас шагая рядом с Нарисом, она мечтательно вспоминала, насколько вне города лучше.

По пути она буквально втолкнула Нариса в лавку, грозно сверкая на него глазами. Поняв, что она от него не отстанет, тот глубоко вздохнув, вошел. Ей не пришлось даже спрашивать. Несмотря на амулет для приглушения эмоций, который она выпросила у Лаира, если они находятся рядом или эмоции сильные — они чувствовали друг друга. Вот и сейчас. Сперва — большое волнение, страх, надежда… А затем — огромная волна радости. Значит, согласилась, догадалась Эллина. Нарис вышел пунцовый, но довольный. Взявшись за руки, дальнейший путь они проделали в молчании. Целителю нужно было прийти в себя.

Когда они подошли к терсе, она толкнула его локтем и сказала:

— И чего ты только возмущался, мы же с тобой через дорогу друг от друга. Ты меня каждый день будешь видеть. Так что считай, почти ничего не изменилось — она взяла его за руку — Ты пригласил Мелару?

— Да. Она согласилась — Нарис покраснел. Он выглядел так мило, что Эллина не могла удержаться.

— Весь вечер шепчи ей на ушко комплименты. Говори, что едва можешь удержаться, чтобы не поцеловать ее — она продолжала провоцировать его, наблюдая за пылающими ушами.

— Эллина… — он даже отшатнулся от нее — Я так не смогу…я…

— Ой! Нарис, я пошутила — Эллина рассмеялась, а когда он немного успокоился, добавила — Хотя мне кажется, что ей ооочень понравится. Ладно, ладно. Я и в самом деле пошутила. Тебе лучше знать, что говорить своей девушке.

— Она не моя — пробормотал Нарис.

— Ну, так сделай так, чтобы была твоя — наставительно сказала Эллина и чмокнув его в щеку, убежала. Перейдя через дорогу, она обернулась и помахала ему. Он помахал в ответ.

Перейдя через мост, построенный «булыжниками», Эллина окинула взглядом здание. Да, она создала нечто… По здешним меркам.

Трехэтажное здание из светлого камня. Крыша из тонких каменных листов разных оттенков. Под большими окнами были разбиты клумбы с цветами, что для Ларосы это было непривычно. Окна здесь делали высокие, узкие с мутными стеклами. А цветов вообще нигде не было. Говорят, что в столице есть королевский парк, ну и в имениях, расположенных вне городов были свои сады. Но чтобы в городе…

Большие стеклянные двери, еще одно новшество, открылись, когда она подошла. Она с теплотой вспомнила Лаира и Эрика, которые день и ночь бились над ее задумками. Стеклянные двери несколько хрупкая вещь, если каждый раз открывать и закрывать…не все же будут делать это аккуратно. И ребята, помучившись, все же смогли сделать механизм, практически такой же, какие встречаются в ее мире. И все это — на амулетах.

Эллина вошла и с довольной улыбкой огляделась. Полы каменные, гладкие, блестящие. Напротив входа две полукруглые лестницы ведущие наверх. А между ними еще одно ноу-хау — лифт. Он представлял собой каменную плиту, которую левитирующий амулет поднимал на нужный этаж. И повсюду — цветы в вазах и деревца в кадках. Слева располагалась стойка, сидящая за ней девушка поприветствовала ее «Благодатями». Справа — двери, ведущие в ресторан. Посмотрев в ту сторону, Эллина насупилась…

Когда она замутила эту стройку, она даже не думала, что столкнется с таким. Ей казалось, она предусмотрела все. Она понимала, что многое, из-за недостатка времени, будет недоделано. Сейчас наверху были обставлены только несколько номеров. Многих вещей не хватало. А самое главное не было денег. За вычетом того, что потратили на кристаллы, все ушло на стройку и обстановку. Это не считая того, что многим одаренным она задолжала… Ей казалось, что доход, который начнут приносить ресторан и театр, поможет ей рассчитаться с долгами. Но…именно ресторан нанес баааальшой удар по ее самоуверенности.

Эллина не смогла купить посуду!

То есть, глиняную смогла.

Простые люди ели из тарелок, сделанных из низкокачественной глины темного цвета. А те, кто могли себе это позволить, ели из гончарных изделий из белой глины.

Эту проблему решили быстро. Алхимик, который попросился к Эллине из одного высокородного дома, по подсказке Лиании составил краски, которыми раскрашивали посуду. А «искорки» обжигали ее. Даже печь для обжига не понадобилась. Не сразу конечно, но получилось. А вот чтобы купить котелки, сковородки, ножи и вилки… Когда Эллина узнала, сколько ей придется заплатить за это, понадобилось успокоительное, чтобы прийти в себя. К этому она была не готова. Она ведь знала, что металлы здесь дороги. Ей же говорили, что металлическая вещь чуть ли не по цене золота… Но до нее это просто не дошло. Живя в доме Авера, она пользовалась вилками, ножами. Правда, ложки были деревянными. Но она как-то не задумывалась над этим. Пока она добиралась в Ларосу, во всех тавернах тоже были только деревянные ложки. Привыкла. Она не обратила внимания на то, что в доме вилок всего четыре, ножей три, сковородка одна. Не обратила внимания, что когда за столом не всем хватает вилок, ребята едят с ножа. Котелков было два. В одном готовили еду, в другом — коту. А когда появлялась необходимость, подогревали воду для купания. Все это у Авера осталось от матери. У нее было хорошее приданное. Да и целителем она была сильным. Зарабатывала хорошо. Даже легкомысленной Арис хватило ума не продавать ничего металлического, когда у них были трудные времена.

Приходя в себя после услышанного, Эллина отправилась к себе, чтобы придумать выход из ситуации. Выхода она не нашла. Всю ночь промучившись кошмарами, на утро спустилась вниз… А там… Арис протирая большой котелок, сказала:

— Эллина, нам же уже не нужно подогревать воду. Благодаря тебе у нас есть ванна и душ. Этот котел можешь взять себе — закончила она, ставя столь дорогой здесь инвентарь на стол. Нарис, стоявший рядом, подарил ей свою чудесную улыбку.

Эллина чуть не расплакалась. Если учесть сколько это стоит, то подарок — королевский.

Когда они собирались завтракать, пришел Лаир со свертком. А в свертке…сковородка и котелок.

— Один котел у тебя есть, этот можно переплавить на вилки.

Затем Лиания принесла коробочку, в которой лежали пять ножей и пять вилок. Часть ее приданного. На протесты Эллины она отмахнулась «Когда буду выходить замуж, заберу», украдкой бросив взгляд на Лаира.

У Эрика не было таких богатств, но у него были идеи. Он предложил сделать наконечники вилок и ножей из металла, а ручки из древесины Чунара. Что-то подобное было и в ее мире. Так и сделали. Кузнецам заказали переплавить котел. Нагретые металлические части легко вплавлялись в ручки. Получившихся наборов вроде должно хватать.

Вот такие у нее были друзья!





31 глава




Расспросив девушку за стойкой о новостях, Эллина отправилась в кабинет. Аккуратно закрыв за собой дверь, она прислонилась к ней и начала прислушиваться к себе. Да! Это прекрасное чувство, ощущение своего уголка. То, что можешь назвать домом. Наверное, в своем мире, она привыкла к одиночеству. И здесь его иногда не хватало. Зато сейчас у нее есть ракушка, в которой она может прятаться, если понадобится.

Пройдя через комнату Эллина открыла незаметную дверцу, и попала в крошечную гостиную. Стягивая на ходу котомку с плеч, вошла в спальню. Бросив обе котомки на кровать, она побежала принимать душ. Выйдя оттуда, она надела белье местного производства. Эллина хихикая, вспоминала глаза девушек- швей, когда она им заказывала ЭТО. Ее темно-синий шикарный комплект от частых стирок потрепался. И даже мысли не допуская, надеть местные панталоны, Эллина показала, какое именно белье она хочет, на примере этого самого комплекта. У девушек в глазах был ужас…и восторг. С трусиками разобрались быстро. Даже с резинкой проблем не возникло. С ветки Чунара срезаешь тонкий пласт нужной тебе ширины. И резинка готова. Правда она не так хорошо тянулась. Но это все же было чем всякие там веровочки-завязочки. А с лифчиком пока не заладилось. Оригинал разобрали на части, чтобы узнать что и как. А для Эллины сшили новое белье — из хлопка. Вид у него был как у спортивного белья. Но ведь она и не собирается здесь никого соблазнять. От этой мысли по позвоночнику побежала дрожь. Зажмурившись и замотав головой, она запретила себе думать об этом… Или о нем? Быстро выкинув все мысли, Эллина потянулась за одеждой. Закончив одеваться, она покрутилась перед зеркалом. Темно-зеленые свободные брюки. Длинная светлая туника с набивным рисунком, затягивающаяся на талии шнурком. На ногах туфельки собственного дизайна. Местному сапожнику она продемонстрировала иномирную обувку, объясняя, что от него требуется. Из древесины Чунара, которая имела свойства твердой резины, вырезали подошву с небольшим каблучком. К ней пришили кожаную заготовку. Вставили резинки, чтобы ногу облегали и не спадали. Крррасота. Сапожник с нее взял какие-то гроши. Но она-то знала, что тот собирается использовать полученные от нее сведения. Ну и черт с вами. Пользуйтесь на здоровье. А то надевать на ногу кожаный мешочек с завязками, где роль подошвы играла сложенная в несколько слоев кожа…? Это как-то не комильфо.

Покопавшись в котомках, она нашла широкую резинку. Собрав свои волосы в высокий хвост, который сильнее подчеркивал раскосые глаза, снова осмотрела себя со всех сторон. Довольная результатом, она вскинула голову. Не буду одевать эти дурацкие длинные юбки. Надоела эта неизменная рубашка. И колет идиотский.

Эллина заранее поинтересовалась. Оказалось, что женщины здесь носят брюки, но только в некоторых случаях. Например, когда отправляются в дальнюю дорогу. Или нужно куда-то взбираться. В общем, если она кого и шокирует, то не сильно. Тем более, длинная туника выглядит почти как колет. Приведя себе все эти доводы, она отправилась на кухню, по пути стараясь избавиться от одной маленькой скребущейся мыслишки. Я это делаю для своего удобства, шикнула она на нее, и, открыв дверь, поприветствовала Аринаю.

Аринаю ей порекомендовал Эрик, сказав, что она прекрасно готовит. Она не только прекрасно готовила, она и женщиной оказалась прекрасной. Невысокая, кругленькая, вся такая белая…как булочка. С низким приятным голосом. Она вся была такой домашней…

— Вот попробуйте — поставив перед ней тарелку, проговорила кухарка, после «Благодатей» и расспросов.

На тарелке лежала тефтеля политая сметанным соусом, а вокруг нее зеленые помидоры и синяя болгарка. Это должно было стать фирменным блюдом ресторана.

Эллине пришлось перепробовать множество продуктов, прежде чем она определила, что есть что. Лук, морковь, картошку и некоторые специи она уже знала. Так что приготовить котлету не составило труда. Ну…почти не составило. Все пришлось рубить…мелко-мелко…ножом. Сделанную таким трудом котлету доверили попробовать автору рецепта. Ну…то есть… у них просто не было другого выбора. Не дав котлете отойти от пыла и жара сковородки, Эллина атаковала ее вилкой. Когда она разжевывала первый кусок, ее лицо выражало блаженство. О, боже! Какое же это удовольствие. Когда она вернется домой, она каждый день будет есть мясо. И никакой рыбы. По меньшей мере год! Ммммм. Обалденно!

А вот Ариная, попробовав незнакомое блюдо, оценила, но подошла с практичной стороны. Она отметила, что мясо для этого блюда нужно немного, а мясным оно все равно остается. Теперь пришла очередь тефтельки. Рис здесь выглядел очень интересно. Маленький, круглый, розоватого цвета. Он очень подошел к задуманному фирменному блюду «Морской жемчуг». Зеленые кружочки и синяя соломка подразумевали морские волны.

Эллина аккуратно разрезала тефтельку. А внутри гурмана поджидал сюрприз… Кругляшок сыра. Подцепив кусочек тефтели с тянущимся сыром, и обмакнув его в соус, Эллина аккуратно положила в рот «жемчуг»

— Ммммм. Ариная, просто божественно.

— Попробуйте и гарнир — посоветовала кухарка — Все вместе еще вкуснее.

— Да, конечно — сказала Эллина, не зная как объяснить, что если зеленый помидор и выглядит для нее достаточно привычно, то про синюю болгарку она этого сказать не может. Но боясь обидеть и Аринаю, и трех ее помощниц, которые все утро столько трудились, она рискнула. Смело подцепив вилкой овощи сумасшедшей расцветки, она запихнула их в рот. Вкус, если и отличался от обычных помидоров и болгарки, то совсем незаметно. Быстро проглотив гарнир Эллина подумала, что ей понадобится время пока она к привыкнет к формам и расцветкам здешней флоры.

Еще раз похвалив Аринаю и помощниц, Эллина расспросила их про готовность. Девушки отчитались что уже нарубили много фарша(они разучили новое для себя слово), и положили его в хладник, и к наплыву гостей они готовы.

«Эрик и Лаир…что бы я без вас делала. Корпус из древесины Чунара, внутри замораживающий и охлаждающий амулеты — и холодильник в наличии. Я у вас в долгу» — Эллина понимала, что без этих двоих ничего бы этого не было. Мысленно еще раз, поблагодарив их, она вернулась к насущному. А насущным был…например недостаток металла или его дороговизна. Многие задумки спотыкались именно об эту реалию этого мира. Ведь в принципе, для Эрика собрать мясорубку не составило бы труда. Но отсутствие металлов…точнее заоблачные цены, делали это невозможным. Эллина решила собрать сегодня вечером всех друзей и обсудить эту проблему. А пока…у нее были другие…

Привезли матрасы. С ними тоже была целая история. Шерсть здешних барашков выглядела не совсем необычно. Она скручивалась в тугие комочки. Когда Эллина это увидела, у нее возникла идея. Эти комочки, после стрижки, несколько раз промывали горячей водой. Они становились не такими тугими, и тогда, немного распушив, их валяли. И делали из них одеяла. А несколько одеял простеганных между собой становились матрасами. Эллина сделала необычный для этих мест заказ. После консультации с Лианией ее алхимик(да-да, был у нее и такой) сделал раствор. С этим раствором она отправилась к женщинам, стиравшим шерсть. Отобрав необходимое ей количество, она попросила ее замочить в растворе. А потом прополоскать один раз. Ей сказали, что нужен один день на процедуры и четыре дня на просушку. Ее это не устраивало и она позвала «чихов». Те дружно, и главное — весело и играючи, выветрили и просушили шерсть. Благодаря раствору, комочки стали не такими тугими, и слегка пружинили. Эллина распределила их в заранее сшитую наволочку и вручную простегала. Чертыхаясь и ругаясь, она доставила туго свернутый матрас в дом Нариса и протестировала его. То есть спала на нем несколько ночей. Результат ее удовлетворил. Это было гораздо лучше местного аналога. Эллина заказала большую партию. А «чихи» начали сотрудничать со стиральщицами.

Эллина не совсем понимала местный конфликт одаренных и неодаренных. Например, когда Кира, Видящая суть растений, стала швеей, и работала среди неодаренных, это всех устраивало. Но если бы она предложила свои услуги местному неодаренному травнику, то есть стала бы работать по своему дару, это вызвало бы категоричный отказ. Казалось бы, почему так, ведь совместная деятельность гораздо продуктивнее…

Лаир объяснил ей. Неодаренные боятся, что одаренные в таком сотрудничестве постепенно начнут занимать главенствующие позиции. Для примера, те же плотники и «щепки». Пока они сотрудничают. Но вполне возможно, что скоро «щепки» начнут утверждать, что без них их предприятие загнулось бы… Что они являются основной силой, а плотники годятся лишь в подсобники… Эллина возразила, что это как раз не так. У «щепок» силенок не хватит, чтобы что-то крупное сделать. Им только мелкие работы доступны. А значит, сотрудничая, они могут добиться больших успехов. На что Лаир ответил, что жизнь покажет, смогут ли они ужиться, закончив на этом дискуссию. На что Эллина пожала плечами. Для своих заказов она заставит их работать вместе. А что они будут делать дальше — их проблемы.





32 глава




Итак, привезли матрасы, и она пошла, отдавать распоряжения. Мебель у нее была почти вся. Матрасы, теперь, тоже. А вот постельное белье, полотенца, шторы еще не все были готовы. Половина комнат была готова к заселению, в другой половине стояла только мебель.

Отдав последние распоряжения, Эллина отправилась к художнику. Она выделила для этого одно их подсобных помещений с хорошим освещением. Войдя, она поздоровалась. Немолодой мужчина, стоявший у мольберта, низко поклонился ей, и ответил на приветствие. Он был одним из «булыжников», которые помогали ей строить. Когда они обсуждали вывеску, он поразил ее своим рисунком. Именно он нарисовал ракушку с жемчужиной. Она предложила ему разрисовать стены в ресторане. То, что там сотворил, она лично называла шедевром. Все стены здесь были покрашены в зеленоватые и голубоватые цвета, намекая на морские глубины. А морских жителей он изобразил не сплошным потоком, а только небольшими вкраплениями. Вот в углу прячутся водоросли. Тут с одной стены на другую переползает морская звезда. А вот полосатая рыбка выглядывает из-за напольной вазы. Эллина предложила художнику-самоучке нарисовать картины для нее. Она хотела украсить пустые стены в номерах.

— Торин, как у нас дела? — спросила Эллина, рассматривая картины стоявшие там и сям. Вместо холста здесь использовали хлопковую ткань.

— Три уже готовы, сани Эллина — ответил он, указывая на них — Если вы ими довольны, то их можно вешать, они уже высохли.

Эллина чуть не фыркнула. На «вы» здесь обращаются исключительно к суве. К сани обращаются на «ты». Но она умудрилась запутать многих ларосцев. Они говорили ей сани, но обращались почему-то на вы. Лиания предположила, что это возможно из-за того что одета она как сани, но для многих стала чуть ли не спасением от нищеты. И из уважения, к ней обращаются на «вы». Посмотрим, что на это скажет городская верхушка по прибытии, пробормотала на это Эллина.

Она рассматривала морские пейзажи Торина, изумляясь тому, как человек, уехавший с побережья еще десять лет назад, по памяти воспроизводил увиденное им. И делал это настолько талантливо…! Она не очень разбиралась в живописи, но, то, что видела — ей нравилось. Чтобы «булыжнику» не пришлось выплескивать переполненный резерв и мучиться потом два-три дня от слабости, она предложила ему украшать наружные стены каменной узором. Благодарность этого человека не знала предела. Он готов был работать день и ночь. И это несмотря на то, что платить ему она пока не могла. Только кормить три раза в день.

Эллина как раз раздумывала над различиями миров, когда ей сообщили, что к ней пришли. Она вздрогнула. В последнее время у нее побывало столько людей, которые просили совета. Как улучшить производство… Куда приложить дар… Предлагали свои услуги… Все началось с Навира. Он всем растрезвонил, что именно она ему посоветовала заняться почтовыми пересылками. Первой к ней пришла Арис с «пташкой» и спросила, что она могла бы посоветовать ей. Немного раздосадованная Эллина, которая опаздывала из-за них, выхватила у Арис корзину для покупок и предложила сделать так, чтобы она, при определенном весе, начала левитировать, что позволяло не обращать внимания на тяжесть. Лаир создал амулеты. И теперь по всему рынку ходили дамы с корзинами, в которые могли уложить продукты на пятьдесят — шестьдесят килограмм, даже не замечая этого.

Потом все пошло по нарастающей… В первое время это было не страшно. Наоборот, Эллина была рада, что ларосцы перестали хныкать, и занялись делом. Например, «травки» по ее совету построили оранжереи, теперь овощи, фрукты и цветы будут доступны круглый год. Заодно, «светляки» и «искорки» оказались задействованы. «Светлякам», в частности, предложила освещать улицы за плату. Большинство «искорок» были уже заняты, они наполняли амулеты для печек… Иллюзионисты, т. е. «свечки» были заняты в сфере рекламы… Но потом начались трудности. Вот что посоветовать девушке, которая не обладает никакими талантами, но работать горничной уже не хочет? Эллина выкручивалась как могла. А когда перед ней предстали три девушки…окончательно растерялась. Две из них зарабатывали собиранием хвороста. Эллина почувствовала себя очень неуютно. Из-за печек на амулетах, топить дровами почти перестали, и эти девушки остались без дохода. А третья объяснила, что она с ними ходила в лес, только собирала она мыльный корень. Это позволило попаданке выкрутиться… Она предложила девушкам мыльный корень не просто так продавать, а перемолов его, делать из него жидкое мыло, добавляя какие-нибудь отвары и настойки. Будущие мыловары, или в данном случае — мылоделы, впечатлились и побежали претворять это в жизнь. С тех пор Эллина начала прятаться. А друзей попросила передать всем по «сарафанному радио», что больше идей не осталось. А теперь к ней опять кто-то пришел… Осторожно выглянув из-за угла, Эллина успокоилась. Это Лиания. Выйдя к ней, она приветливо поздоровалась. Лиания ответив, замолчала, задумчиво ее разглядывая. Немного выждав, и не дождавшись от нее объяснения ее визита, Эллина предложила пройти в ресторан. Лиания кивнула в ответ.

Пройдя через двери и оглядев все помещение, владелица удовлетворенно улыбнулась. Все столики были заняты. Конечно, пока здесь только низшее дворянство, купечество и немного людей из среднего города. Будем надеяться на их рекламу. Но если высший свет по возвращении откажется спускаться в нижний город, чтобы поужинать или сходить в театр, то все что она создала, станет второсортной забегаловкой. Отбросив пораженческие мысли, Эллина отправилась за столик в углу, огороженный ширмой. Это был ее личный стол.

Девушки сели. Эллина предложила Лиании меню. Книжица с разрисованными на нем блюдами. Бумага получилась на удивление быстро. Просто процесс был тот же, с небольшими изменениями. Когда стебли люции(люция-трава из которой делают бумагу) клали в специальный раствор, то они размокали. Потом их раскладывали внахлест друг другу, и отправляли под пресс. Под ним они переплавлялись между собой и превращались в цельный пласт бумаги. Правда она была зеленоватого цвета. Но поскольку здесь белой бумаги никогда не было, это никого не смущало. Зато она стала гораздо тоньше, пластичнее, и потеряла свою хрупкость. С красками проблем теперь не было. Торин разрисовал нарезанную на листы бумагу, которые потом просто сшили.

Даже отсюда были слышны восклицания, которыми сопровождали посетители, разглядываемые ими меню. Как вам мало для счастья надо, подумала Эллина, и обратила свое внимание на Лианию. Та отказалась есть. И пить.

— Лиания, что-то случилось? — прямо спросила Эллина.

— О! Нет. Я просто хотела поздравить тебя с вчерашним триумфом — проговорила графиня. Это было любопытно, учитывая, что вчера она уже не раз ее поздравила. Лиания снова замолчала и задумалась.

— Ты здесь прекрасно все устроила — встрепенувшись, добавила она — Отделано с таким вкусом. Все так необычно… — она снова затихла.

— Ты ведь хотела поговорить о Лаире — спасибо Эрику, что вчера подсказал, сама бы она не догадалась — Лиания, что тебя беспокоит? Спрашивай, я отвечу на любой вопрос — подтолкнула она ее на разговор.

Видимо, в ее тактике было что-то неправильное. Лиания замкнулась. Нет, внешне это никак не отразилось. Сама безмятежность. Но где-то в глубине глаз, мелькало что-то…

— Сува Эстинара беспокоится за него — проговорила она ровным голосом — Он почти не выходит из лаборатории. Почти перестал есть. Он очень побледнел в последнее время — тут ее выдержка дала слабину, и голос дрогнул — Ты имеешь на него влияние — голос снова полился ровно — Поговори с ним. Ему необходимо хоть немного отдохнуть… Его бабушка очень переживает — добавила она. Замолчав на некоторое время, она снова встрепенулась, и сказав что ей пора, попрощалась.

— Интересно, что из всего сказанного исходит от тебя, а что от бабушки? — проговорила Эллина, глядя вслед уходящей девушке — И что же ты на самом деле хотела? — графиня не шла, плыла. Словно лебедь, с завистью отметила Эллина. Пройдясь еще раз по своим владениям, отдав распоряжения, она отправилась на выход. Пришло время поговорить с Лаиром.

Когда она добралась до его дома, ее сразу провели к артефактнику в лабораторию. Она не раз бывала здесь в последнее время, слуги ее знали и без лишних вопросов проводили до двери. Стукнув пару раз, она вошла.

Большой стол, стоящий посреди комнаты, был буквально завален всевозможными предметами. Незнакомые инструменты, множество кристаллов разных размеров, исписанные листы бумаги. На стеллажах вдоль стены та же самая картина. В общем обстановка рабочая. Только вот хозяин этой лаборатории своим видом не радовал. Лаир сидел за столом, ссутулившись и уставившись в одну точку. Он действительно был сильно изможден. Эллина почувствовала укол совести. Она ведь действительно виновата в этом его состоянии. Она буквально не давала этим ребятам вздохнуть. Каждый день требовала: изобретите, создайте, получите…

Эллина обошла стол и, придвинув стул, уселась прямо напротив. Лаир вдруг встряхнулся, и посмотрев на нее утомленным взглядом, пропустив все приветствия, произнес:

— Я работаю над этим. Пока не получается. Но ты не волнуйся, кое-какие наметки у меня есть…

— Лаир может, устроим небольшой перерыв? — перебила она его. Он хмуро на нее посмотрел.

— Какой перерыв. Ты ведь сама торопила. Говорила до приезда элиты нужно успеть…

— Да, говорила. Только…Лаир перед смертью не надышишься. Если всего того что сделано не достаточно, то и ладно… Плюнем на них и будем жить своей жизнью.

— Ты не понимаешь… Ты не сталкивалась с ними… — кажется Лаир был решительно настроен вразумить ее.

— Что между тобой и Лианией? — перебила она его. Он так дернулся, что чуть со стула не упал. Дааа, а Лиания лучше держит себя в руках, подумалось ей.

— О чем ты? — Лаир постарался придать себе равнодушное выражение — Что между нами может быть? — он встал и начал расхаживать — Она гостья в нашем доме. Надеюсь, ты не дойдешь до оскорблений и…

— Очень умно. Ты пытаешься меня запутать. Разозлить, чтобы перестала думать головой — бесстрастно оборвала она его, не давая переменить тему — Когда она только появилась, ты просто растекался перед ней, а сейчас ты ее избегаешь. Что случилось?

— С чего ты взяла? — он продолжал упорствовать — Ничего не сл…

— Лаир пожалуйста — Эллина потянулась к нему через стол — скажи. Вы поругались? Что не так с вами? Вы оба ведете себя так, что… Лаир, если ты считаешь меня своим другом расскажи. Даже если я не смогу помочь, скажи… — умоляюще посмотрела она на него.

Он смотрел на нее холодным взглядом… Потом маска треснула. Он как будто стал старше. Словно смертельно уставший старец он опустился на стул.

— Ты ничем не можешь помочь — деревянным голосом сообщил он ей.

— Лаир? — карие глаза посмотрели на него требовательно. Стиснув руки, лежащие на столе, он ответил:

— Кажется, я влюбился — он хотел сказать это насмешливо, но получилось жалобно. Его самого передернуло от этого.

— В Лианию? — спросила Эллина. Он, помрачнев, ответил кивком — Ну так это же прекрасно — не удержалась она — Она тоже в тебя влюблена… — она вдруг подозрительно на него посмотрела — Или я чего-то не знаю?

— Да, кажется, так и есть — он сделал глубокий вдох — Кажется, она влюблена… — пауза — в меня…

— Тогда ничего не понятно — нахмурила брови Эллина — Когда ты перепугался что я на тебя претендую…это было понятно. Я не сува. Но она-то сува. Причем очень древнего рода, мне твоя бабушка говорила. Кстати, и она, как мне кажется, не отказалась бы от нее в роли невестки. Так зачем же дело встало?

— Да, она из древнего рода — он отвел глаза — Но из БЕДНОЙ семьи.

— Не поняла — Эллина смотрела на него в недоумении.

— Что тут непонятного — раздосадовано, выкрикнул он — Она бедная, а мне нужна богатая невеста.

— Эээээ… повтори.

— Ты издеваешься? — он откровенно на нее разозлился — Зачем повторять? Мне нужна богатая невеста! Лиания под эту категорию не попадает! Я очень виноват перед ней. Вначале я не думал, что это так далеко зайдет. Но когда я понял, что она питает какие-то надежды… Я постарался дать понять… Я ее избегаю, чтобы она не… — на последних словах его голос начал затихать и он замолчал.

Эллина смотрела на него, хлопая ресницами.

— Эээ… Значит, ты ищешь богатую невесту — резюмировала она. Лаир опять начал злиться. Она замахала на него руками:

— Извини, извини… Просто я не совсем понимаю… Насколько я поняла здешний расклад, все более или менее состоятельные люди отправляются в Ристу на Праздник Года. Поправь меня, когда я ошибусь — попросила она.

— Что у тебя за манера, соскакивать с темы — раздраженно процедил Лаир.

— Я просто пытаюсь разложить все по полочкам. Так вот. В Ристе под новый год собрались все богатые невесты. А ты все это время ошиваешься в провинциальном городе. Это первое, что меня смутило. А второе… У меня даже сомнения начали возникать, ты — это ты, или тебя кто-то подменяет? — Лаир смотрел непонимающе — Ну подумай сам. Ты тут больше всех ратуешь за прищучивание местной аристократии. Остальным ребятам до них даже дела нет. Лишь бы их не трогали, а так им по барабану, что там да как. Только ты у нас мечтаешь, утереть нос богачам, доказать, что простолюдины тоже не лыком шиты. — интересно, как именно переводит ее амулет эти выражения, мелькнула у Эллины мысль — А теперь выясняется, что женится ты собираешься исключительно на представительнице, так презираемых тобой… — докончить речь ей не дали.

— Я же говорил тебе — тихо вклинился он — Моя бабушка потеряла все. Из-за меня. Я не могу эгоистично думать только о себе. Она ведь из очень богатой семьи, знаешь ли. После того как она, вопреки родительской воли, вышла замуж за, как ты говорила задрипанного баронишку, семья отказалась от нее. И женщине, которая блистала при дворе короля, пришлось отказаться от столицы. Потому что там ее мужа, по науськиванию ее родных, третировали. Она могла постоять за себя. Двор это сильная школа. А вот ее муж не мог, он был слишком простым. Поэтому она и уехала с ним в глушь. А когда у нее родилась дочь… Мама могла бы подумать над тем, какого ей приходится, но она тоже, влюбившись, вышла замуж за барона, причем еще более низкого уровня. А затем я… Ты не знаешь, что творится в столице. Они буквально гнобят тех, у кого дар маленький. Тебе говорили, что даже в родовитых семьях рождаются и слабоодаренные и вообще бездарные…? Таких родители даже в свет стараются не выводить. А поскольку дать ему общаться с более низкими по сословию им не позволяет гордость, то ребенок вырастает в абсолютном одиночестве. Моя бабушка не стала меня скрывать. Сперва она дала мне возможность стать артефактником, а потом и в свет вывела. Только находиться там очень тяжело. Представь, что ты маленький ребенок, а в комнате с тобой здоровые парни. И вот они шпыняют этого ребенка, издеваются над ним. Нет, они не бьют…физически. Они только душу выматывают. Я ходил на все эти приемы только из-за бабушки. Я все терпел, все сносил. Но в такой ситуации, невозможно найти невесту. Кто рискнет среди всеобщих плевков подойти к тебе? А ты как рискнешь подойти к кому-нибудь? У меня появился план. Даже в самых-самых семьях встречаются неодаренные или малоодаренные. Я решил поездить по стране, побывать у них у всех в гостях. Возможно, где-то есть девушка, которая также мучается, как и я… Только это не Лиания. — с тоской в голосе закончил он.

Ууууу, подумала Эллина, как все запущено. А еще детство, проведенное в трущобах. Тут без психолога не обойтись. А она им не была.

— Поразительно. Какая у вашей семейки насыщенная жизнь — протянула она — Только позволь мне спросить. Твоя бабушка, наплевав на богатство, вышла замуж по любви. Ее дочь, тоже вышла по любви. Опять же за того кто ниже ее. Неужели ты думаешь, что после всего того, что бабуля для тебя сделала, она обрадуется, что отказавшись от любви, ты женился по расчету? Неужели ты думаешь, что она не поискала бы для своей дочери более выгодную партию, если бы она разочаровалась в своем браке? Чтобы сделать тебя счастливым она пожертвовала многим. А чем ты ей собираешься ответить? Отказавшись от Лиании, жениться на некой девушке, сделав в итоге несчастными трех человек: себя, любимую и жену по расчету? — она сделала паузу, давая ему осмыслить сказанное — А насчет денег? Ты сам заработаешь. Кстати, а сколько ты заработал за это время?

Лаир некоторое время смотрел на нее в недоумении.

— Ну, ты ведь столько амулетов создал. Ты же не бесплатно их делал? — Эллина не понимала… может, не надо было спрашивать. Он выглядел таким озадаченным.

— Ты, наверное, будешь смеяться… — вдруг сказал он — но я не знаю.

— То есть?!

— С тех пор как я с тобой встретился, у меня столько идей… Нужно было столько всего обдумать — с этими словами он подошел, к стоявшему в углу стеллажа небольшому сундучку, и начал его отпирать — Когда приходил домой, то просто бросал сюда кошелек, а сам садился за расч… — заглянув во внутрь, он умолк.

— Что случилось — встревожилась Эллина.

— Это…это… Я…

Испугавшись, она метнулась к нему. Сундучок почти доверху был наполнен кошельками. Переглянувшись, они начали вытаскивать и вытряхивать их. Итог — сто шесть медяков, пятьдесят семь серебренных и пять золотых. Если все перевести, то одиннадцать золотых. Почти двенадцать.

— А золото откуда — спросила Эллина.

— Купцы — хрипло выговорил Лаир — И вода, и хладник(так прозвали холодильник), и печка, и… — дальше Лаир говорить не стал. Он держал деньги, потом ставил их столбиком, затем разглядывал золотые.

— Я это все заработал сам — с благоговением произнес он.

— Да, ты все заработал — жизнерадостно подтвердила Эллина — А значит, никакая богатая невеста тебе не нужна, у тебя есть Лиания. И ты должен как можно быстрее с ней объясниться — проинформировала она его.

Когда он ее выслушал, он начал складывать деньги в сундук. На лице играла мечтательная улыбка. Глядя на него Эллина подумала, что в последнее время она окружена красивыми парнями. Вот Эрик, например, немного мрачноват, но очень красив. Ему первое место. А Лаир своими по-девичьи красивыми серыми глазами, занял второе место. А Нарис, хоть и не отличался красотой, но у него была такая улыбка… Когда он улыбался, он сразу становился и красивым и обаятельным…

Лаир перевел свой взгляд на Эллину. Пока он разглядывал ее с ног до головы, с лица начали исчезать и радость и мечтательность…

— Ты что творишь? — взревел Лаир, отчего Эллина, до сих пор витавшая в мыслях о своем красивом окружении, вздрогнула — Что на тебе надето? — кричал он. Она отшатнулась, но схватив ее за руку, продолжал кричать:

— Что ты делаешь? Я же тебе все объяснил. Ведь скоро все узнают, что тогда будет? Когда он появился здесь, я же тебе все рассказал. Неужели ты забыла ту встречу?

Ооо, нет. Ту встречу, она как раз и не забыла.





33 глава




Герцог Раенар Кирион один из сильнейших магов Расталара, был очень недоволен, разозлен и раздосадован.

Последняя вылазка оказалась самой неудачной за все время. ДВОЕ ПОГИБШИХ! До сих пор такого не было. Были ранения. Были даже ранения, которые приводили к инвалидности. Укусы зверо-волков даже лучшим целителям не всегда удавалось вылечить. Но он платил баснословные деньги. И отряд, который он создал, собирался по первому слову.

До сих пор он обходился без серьезных травм. А для лечения ран своих соратников нанимал сильнейших целителей. При очень серьезных случаях обращался к королевскому целителю. Личный целитель короля… Мало кого удостаивали такой чести. Но ему повезло. Ведь он один из ближайших родственников государя. Его воины знали, что в случае чего, он предоставит им самых лучших целителей.

А в этот раз ему и самому понадобился целитель. Причем королевский.

Прежде чем заняться собой, ему пришлось построить портал и перевести весь отряд, точнее тех кто остался, в лагерь лесорубов. Потом телепортировать к ним целителя Лориана. Когда целитель, пристально посмотрев на него, спросил, не нужна ли помощь, отмахнулся. Оставил управляющему указания. Затем отправился к семьям погибших с траурной вестью, постарался утешить их и оказать материальную поддержку. И только после, с трудом построив портал до своего столичного дома, вывалился из него, теряя сознание, вызвав переполох среди слуг. Но дворецкий, быстро наведя порядок, отправил за Солидаром Ронгом.

Королевский целитель прибыл быстро и осмотрев больного выяснил, что в прокушенном зверо-волком плече застрял осколок клыка. Этот осколок вызвал диссонанс во внутренних магических потоках. Солидар Ронг был поражен, когда герцог, после того как пришел в себя, рассказал ему о своих действиях после ранения. Как он сумел это все проделать с нарушенным течением потока магии? Ведь это могло привести к непредсказуемым последствиям. Странно, что его не расплющило во время его телепортаций, возмущался целитель. На что герцог, дернув здоровым плечом, ответил, что возможно диссонанс начался не сразу, и он просто успел.

Все это было не важно. Важно было то, что ему запретили магичить, пока потоки не войдут в правильную колею. А еще нужно было восстановить кровопотерю… В общем, ему был назначен режим на три декады, и герцог, будучи человеком здравомыслящим постарался его соблюдать. Он не собирался терять свой дар.

На завтрак, обед и ужин он ел только мясо. Старался много отдыхать. Чтобы не нарушать размеренность распорядка, отказался от тренировок и много читал.

Ему очень не понравилось, как выглядели зверо-волки в их последнюю встречу. Они стали намного крупнее, сильнее и неуязвимее. А ведь магический источник от лагеря находится довольно далеко. Зверо-волки уничтожили почти всю живность в Шипах (название лесов), и мучимые голодом они выходили из ареала источника в поисках пропитания. А они очень не любили уходить от него. Чем дальше они отходили, тем слабее становились. И потому до сих пор отряду Раенара удавалось без особых потерь с ними справляться.

Но не в этот раз.

Зверо-волков было всего пятеро, а воинов — двадцать два. Но несмотря на это они с огромным трудом справились с ними. А ведь это были не простые солдаты. Одни из лучших. Раенар лично их отбирал.

А он сам… Он не проводил время праздно, как другие представители его сословия. Много читал, путешествовал, тренировался. В отличии от заведенного здесь порядка разряжать резерв развлекая дворянских лоботрясов, он предпочитал делать это во время тренировок. Нет, конечно, было время, когда он, как многие другие хвастался своими возможностями… Но этот период закончился после окончания Академии. Он уже не считал нужным кому-то что-то доказывать…

Для того чтобы не терять форму он раз в неделю устраивал спарринги с лучшими фехтовальщиками. И ежедневно тренировался. Но даже это не помогло… Он уже наносил свой последний удар, когда его, уже несколько раз раненый противник извернулся и вцепился ему в плечо.

Он вспоминал и анализировал этот бой. И все что представало перед его глазами, заставило задуматься.

Если бы не мораторий на магию, можно было построить портал и лично убедиться в своих подозрениях. Но поскольку пока это было невозможно, он пытался найти ответ в старинных свитках. Ну и не нарушать режим.

Читать, спать, есть…

Его хватило на декаду.

Только после того как ему пришлось отказаться от использования магии, он понял как зависим от нее. До сих пор он даже не замечал, как часто он прибегает к ней.

Дабы он случайно не воспользовался своими возможностями, целитель посоветовал ему надеть амулет. Не то чтобы он блокировал магические способности. Просто при попытке применить их он получал небольшой разряд в руку. А амулет представлял собой браслет. Благодаря нему Раенар уже несколько раз избежал случайного использования сил.

Как же это тяжело! Чтобы передвинуть стул, приходилось оправляться за ним и перетаскивать его руками. При этом одну руку все еще нужно было беречь. Про обычную рану сейчас ничего бы не напоминало, даже шрама не осталось бы. А укус зверо-волка затягивался тяжело. Чтобы достать свиток, уже не взмахнешь рукой, приходилось лезть на стремянку, и все таком духе…

Раздраженный своим бездельем герцог решил для разнообразия нанести визиты. Сам Праздник Года он не застал. В эти дни они как раз сидели в засаде, и лишь поздно вечером собравшись — отпраздновали.

Торжественные мероприятие во дворце не привлекали. Там придется вести себя сообразно своему статусу. И не улизнешь при желании. Поскольку король был уже в курсе о ранении и предписаниях, то у него появился предлог игнорировать торжества. Он и раньше участвовал только в тех, которые был ОБЯЗАН посещать, из-за близости к престолу. Потом посещал дома наиболее близких друзей и родственников и отбывал. У него было много дел. Герцог не довольствовался только лишь доходами со своих деревень, в отличии от большей части дворян.

Например, его лагерь лесорубов… Деревья в Шипах давала самую лучшую древесину для постройки кораблей. Кораблестроители платили за нее знатно. Потому то и рубили здесь лес, хотя и была опасность зверо-волков.

Или, например, его корабль. Он не брезговал торговлей. Его торговая шхуна приносила ему неплохой доход. «Звезда Сиренти» заходила во все крупные порты и привозила самые редкие и дорогие товары.

Все это, а также два больших имения и одно поменьше, делали его одним из самых богатых людей Ристалара. Управлять всем этим ему не составляло труда. Используя свой дар Портала, он держал под контролем все свои дела. Но сейчааас…

Сейчас, чтобы добраться до порта ему придется ехать на лошади чуть меньше декады. Как же это тяжело, когда ты привык к другому.

Вот и пришлось отправиться на прием, вместо того чтобы узнать как добралась его «Звезда» до дома.

А на приемах все было как прежде. Ничего не изменилось. Или почти ничего. Кто-то с кем-то перекинулся любовниками… Одни сплетни затихли, зато другие вспыхнули… Почти та же демонстрация своих сил. Ни воображения, ни выдумки уже не хватало на что-то новое.

Герцог Кирион, совсем недавно побывавший в совсем другой атмосфере, смотрел на них отрешенно…как бы со стороны…

Это напомнило ему бабушкин сундук.

В нем хранились очень дорогие наряды, из гладкой блестящей ткани и расшитые золотыми нитями. Выбросить их — рука не поднималась. Вот они и лежали в сундуке — дорогие, бесполезные, требующие ухода, но все равно пропитывающиеся затхлостью… В точности как высшее ристаларское общество.

Герцог за вторую декаду побывал в шести домах, и на всех них, если не считать первого, на котором ему рассказали все новости, сплетни и слухи, смертельно скучал.

Удивительно! Один из самых завидных женихов королевства и скучает… Как такое возможно? Предполагалось, что вокруг него должны вертеться самые красивые девушки на выданье. Впрочем, так оно и было. Но только… осторожно.

Никто не забыл, как выпускник Академии, попавший в окружение девиц, решительно настроенных добиться от него брачного браслета, расправился с этими самыми девицами. Отбросив все правила этикета, которые требовали всегда притворяться и выражаться иносказательно, герцог во всеуслышание объявлял о недостатках и пороках претенденток. Он буквально растаптывал их гонор и спесь, издеваясь и высмеивая. Обладая острым наблюдательным умом, Раенар сделал выводы из своих наблюдений. А еще он прочитал досье, собранное его дядей. Так что он был вооружен и опасен. Но этого не учли три девицы. Униженные и оскорбленные они решили отомстить. Прежде чем они это сумели сделать, их схватили и, судив, отправили в Шакр. Что именно они задумали, знали лишь несколько человек, которые участвовали в дознавании, но молчали об этом. Только родственники трех безмозглых девиц проговорились, что артефакт «Свет-Тьма» подтвердил их виновность в покушении на особу приближенную королю. Одно из тягчайших преступлений. За девушек даже просить не посмели.

Вот потому и не приставали к герцогу придворные и не придворные красавицы, хотя с тех пор прошло несколько лет. Лишь легкое общение, восторженность, кокетство…, а как только в голосе появлялись недовольные нотки — упорхнуть…

Проведя вторую декаду еще более бесполезно, чем первую, герцог Кирион решил отправиться в Ларосу, подсчитав, что на это уйдет четыре дня. Еще два-три дня он потратит в тамошней библиотеке. Потом можно посетить несколько балов, поохотиться. А там уже и время, установленное на магическое воздержание, пройдет. Тогда он снова может заняться делами.

Выстроив для себя такой график, герцог Раенар Кирион выдвинулся в путь. Только с самого первого дня все пошло не так.

На постоялом дворе, где он остановился на ночь, он отравился. Тут до него дошло, что он возможно и раньше травился, да только магия позволяла без последствий вычистить организм. И щелчком пальцев создать вокруг себя комфортные условия. А сейчас браслет, предупреждая о последствиях еще более худших, напоминал, что магичить нельзя. Из-за этого он три дня провалялся в маленькой темной комнатке.

Хозяин постоялого двора предлагал пригласить целителя, на что Раенар, прорычав, послал его за травником. Поскольку к травникам обращались только очень бедные, это вызвало некоторые вопросы. Хозяин предположил, что скромно одетый постоялец, безземельный, а значит безденежный, и подозрительно на него глянув, потребовал плату вперед. Получив плату, сопровождаемую гневным взглядом, герцогу вызвали травника.

Таким образом, запланированные четыре дня пути, растянулись на семь.

Уже смеркалось, когда в двери ларосского дома Кирион громко постучали. Дворецкий, отворивший двери, потерял дар речи. Он никогда не видел сиятельного герцога в таком жалком виде. На лошади он передвигался только по городу. А из всех своих путешествий, возвращался порталом. Всегда чистенький, одетый с иголочки…, а сейчас…

Весь пропыленный дорожной пылью, уставший, бледный, осунувшийся…

Беспечно есть в тавернах он не рисковал и питался всухомятку…

Но это было не самое страшное… Самое страшное — он весь был искусан блохами…

Да, последнее путешествие заставило его о многом задуматься…

Но…сейчас все трудности в прошлом.

Водник, которого держали из-за того, что сам герцог не очень ладил с водной магией, предоставил воду для купания.

Слуги принесли свежую одежду. Старую им приказано было сжечь.

Отмытый, переодетый, накормленный герцог заснул крепким сном, а наутро проснулся в более благостном расположении духа.

Проведя большую часть дня, отдыхая и восстанавливаясь, Раенар решил нанести визиты. Через два-три дня потоки войдут в свою колею, и можно будет магичить. Тогда он сразу отправится в порт. А пока есть время, почему не побывать у некоторых друзей…

Не то чтобы виконтесса Залин относилась к числу друзей…, но у нее он мог встретить ее кузена, всего сокурсника и приятеля. Зато хозяйка вечера была в эйфории, от того что в разгар сезона в Ристе, у нее дома появился столь важный гость.

Вечер проходил, как и предполагал Раенер, монотонно и скучно. Единственное развлечение — поиски приятеля, который в виду отсутствия большинства мужчин в городе, стал предметом охоты скучающих девушек.

Отыскав мимикрирующего приятеля, Раенар беззлобно подкалывал жертву охоты, когда их нашла виконтесса.

Его светлость герцог не знал, что через слуг были выяснены некоторые обстоятельства, касающиеся его дома. Не знал, что следующее представление рассчитано в большей степени на него.

Герцог Кирион, который как предполагалось, приедет через каст, вернулся через три декады после Праздника. Он мог в любое время уехать, и виконтесса решила использовать возможность поразить высокородного. Поэтому, несмотря на некоторые недоделки, она взяла под руку скучающего герцога и, сделав приглашающий жест остальным гостям, выдвинулась в спальню.

Начало было интригующим…

А потом началась демонстрация…

Восторги гостей звучали тем громче и возбужденнее, чем большее диковинок им показывали.

И только самый важный из гостей, герцог, продолжал скучающим видом смотреть на ванну с душем, кран с проточной водой. Позволил себе изогнуть бровь, когда ему показали туалет. В спальне задействовали отопление, и гости почувствовали, как потеплел пол. Потом их всех отвели на кухню. Никто не протестовал. Там показали большую тумбочку, на которой в ряд стояли кастрюли, сковородки… В них что-то варилось, жарилось…

Виконтесса узнала обо всем этом, побывав в доме Эстинары Торн. А поскольку она знала, что все, что делает баронесса, вызывает у герцога Кириона глубокое уважение, рассчитывала, что и в ее случае будет также.

Но Раенар был не пробиваем. Он лениво отметил, что все очень интересно, но он в своих путешествиях видел столько, что удивить его очень трудно. И все это произносилось скучным равнодушным голосом.

Зато когда он прибыл домой — скучным и равнодушным он не был.

Позвав к себе дворецкого, он набросился на него.

Дворецкий, напуганный, что на старости лет останется без работы, отвечал, растеряно и запинаясь.

Да, он слышал о новшествах в доме виконтессы и не только у нее.

Да, он поинтересовался и все выяснил.

Нет, он не стал устанавливать это в доме герцога. Потому что у него и у других слуг был прямой приказ: не приносить в этот дом ничего магического, предварительно не получив разрешение самого герцога.

Именно поэтому он ждал приезда его светлости.

Да, он все разузнал. Проще всего пойти на рынок и найти там «Ярмарку магических новинок». Что это такое? Ну, так назвали это место… Кто именно этим занимается он не в курсе. Но знает, что именно там показывают и рассказывают, как действуют эти самые новинки.

На следующий день его светлость герцог Раенар Кирион, оказался неподалеку от «Ярмарки». Стоя неподалеку, он рассматривал беспорядочно снующую толпу людей.

В ту секунду, когда он собирался отправиться на более детальную разведку, он краем глаза зацепил девушку…





34 глава




Она стояла сбоку от него. Одетая как все простолюдинки, она, также как он, разглядывала «Ярмарку». Вроде обычная простая девушка… Но взгляд, как магнитом притягивало к ней. Что-то непонятное… Что-то неуловимое…не давало спокойно пройти мимо нее…

Ему вдруг показалось, что он где-то видел ее…

И тут он вспомнил… Здесь в Ларосе… Почти конец дига… На улице… Одна из девушек, которые почему-то знают, как его зовут, хотя он их никогда не видел… И она…девушка с раскосыми глазами. Снова как тогда начали зудеть кончики пальцев. Он уже собирался подойти к ней, когда он кое-что понял и мысленно ахнул.

Она не простолюдинка!

Слишком гордая осанка. Слишком высоко держит голову. Слишком независимый взгляд… Словно она не привыкла склоняться. А одежда не может это скрыть. Лишь подчеркивает.

Она не та, за которую себя выдает!!!

Кто же тогда?

Сбежала от родных с возлюбленным? Вполне возможно. У этих девиц вечно дурь в голове.

А вдруг, она шпионка??? Если это так, то он не знал, откуда она, несмотря на то, что побывал во всех уголках Алетана. Нигде он не встречал таких глаз. Хотя это может быть и личина. Но зачем? Так она привлекает гораздо больше внимания. Но может именно это и нужно? Чтобы привлекла внимание и вскружила голову.

Так, стоп! Если она шпионка, почему она в Ларосе? А не в любом из портовых городов или в столице? Ведь всё интересующее соседние страны расположено там…

Раенар по-кошачьи плавно придвинулся к не замечающей его девушке.

— Сани Эллина — он даже вспомнил ее имя, такое необычное. Девушка обернулась…и захлопала ресницами.

«О, Килах! Что за глаза. За такие можно и…» докончить свою мысль он себе не дал. Одернув себя, сделал равнодушное лицо.

— Благодати Килах — не дождавшись от нее приветствия, сказал маг.

— Ааа… Дааа… Благодати… — «дежавю» подумала Эллина. Точно также она повела себя с Лаиром в первую их встречу. Раздосадованная Эллина отвернулась.

— Сани Эллина пришла посмотреть «Ярмарку»? — предположил Раенар, закутывая ее в бархат своего голоса.

— Да нет, я ее уже видела — пробормотала Эллина.

— Оооо, значит ты в лучшем положении, чем я. Я еще ничего не видел. Может, посоветуешь мне что-нибудь? — глубокий тембр с хрипотцой сделал невинный вопрос очень интимным. Эллина бросила на него быстрый взгляд и отвернулась. Показалось?!

— Простите сувар, боюсь, ничем не могу помочь — заявила она, страстно мечтая об обуви на высоченных каблуках. Чтобы не выглядеть рядом с ним так щупло.

Она не поприветствовала его первой, не поклонилась, не изъявила желание оказать посильную помощь… Все это доказывало — она не простолюдинка. Остается разобраться — кто же она.

— Может сани пришла на встречу с другом? — снова предположил сувар.

— А что вы говорите обо мне в третьем лице? — немного раздраженно, поинтересовалась она. И пожалела… судя по взлетевшим бровям — делать этого не стоило.

— Эмм, сани Элли…

— Кхм, кхм — вмешались в их разговор — Ваша светлость в Ларосе? Поразительно. Что-то случилось? Попали в опалу? — ехидно поинтересовался Лаир.

— Не совсем, Баникер — надменно ответили ему — В Ларосе мне нравится. Вот и девушку встретил…очень необычную. Уверен, в столице такую не найду — многозначительно ответил герцог.

— О, это конечно интересно — заметил Лаир, взяв за руку Эллину и подтягивая ее к себе — Только вот байханский посол писал моей бабушке и спрашивал, не в Ларосе ли пропадает герцог Кирион, которого очень ждали на подписании кое-каких грамот… Интересно, что он подумает, когда узнает, что не ошибался?

Герцог Раенар Кирион очень редко проигрывал в словесных баталиях. Но в этой ему пришлось уступить. Слишком многое было поставлено на карту.

Слегка кивнув, он отправился в сторону ярмарки. Если бы он мог, он поставил на этих двоих «ушки». Но пока это невозможно. Ничего через день-два я до вас доберусь, пообещал он себе.

Правда, как только прошел его магический диссонанс, он получил от дяди магвестника, с просьбой срочно прибыть.





* * *


Лаир буквально тащил Эллину до подходящего места. Ближайшим от рынка оказался его дом, туда он и тащил попаданку.

Быстро добежав до лаборатории, он втолкнул туда девушку и, заперев дверь начал химичить с амулетом.

— От прослушивания — ответил он на немой вопрос.

Затем усадив ее за стол, сам сел напротив и начал:

— Я должен тебя кое о чем предупредить — он, прокашлявшись, прочистил горло — Перед самым Праздником, если ты помнишь, ты заболела. Не знаю, что там было на самом деле, но Нарис говорил о…кхм, о женских днях — он покраснел, но взяв себя в руки, продолжил — Я тогда очень испугался. Ты выглядела неважно. Я припомнил, что к нам с Туманных островов попало два человека. Но они недолго прожили здесь и отчего-то умерли. Я начал копаться в свитках, книгах. И нашел упоминание о тех случаях. — он замолчал — Так вот. Первый попавший к нам умер от соты. Это такая болезнь, которой болеют дети, но от нее никто не умирает. А второй… Его по приказу Ксанта Кириона доставили в столицу. Что именно с ним сделали неизвестно… Ходили слухи, что его подвергли прочтению менталами. Да такими методами, из-за которых он сошел с ума — взволнованным голосом продолжал повествование артефактник — что с ним случилось потом, покрыто тайной. Не то чтобы никто не интересовался… И зачем он нужен был? И почему с ним так поступили…? Просто Ксант Кирион не такой человек, к которому рискнут приставать с вопросами. Его племянник жестко расправляется со своими оппонентами. Но ему далеко до его дяди. Племянник это Раенар Кирион, с которым ты сегодня…общалась — пояснил Лаир — Так вот. Прошу тебя Эллина, остерегайся его. Первое подозрение, что ты с Туманной и все…тебя ничто не спасет. Ксант ближайший родственник короля, министр королевской службы дознавания, второй человек в Ристаларе. Здесь в провинции о нем мало знают, но бояться. А в столице о нем знают много, и не просто боятся, там от него в ужасе — завершил рассказ Лаир.

По мере раскрытия темы Эллина покрывалась липким потом. Ужас прокрался в сердце холодной иглой. Что же будет? Знала же…говорила себе, надо сидеть дома и не высовываться, иначе заработает себе приключения на одно место.

Напуганная рассказом о сумасшедшем, она тряслась под одеялом. Что сделают с ней, когда узнают, что она не с Туманной, а из другого мира? Ей не дадут сойти с ума, а очень тщательно, под лупой, изучат ее.

Она несколько дней безвылазно просидела дома, хорошо распробовав вкус свих ногтей, когда Лаир принес новости

— Все складывается отлично — провозгласил он — Наш герцог отправился куда-то, по всей видимости, в Ристу. Бабушка по секрету мне сказала, что его собираются женить и отправить в Байхан. Так что, вполне возможно — довольно потирал руки Лаир — его светлость мы не скоро увидим.

Успокоенные и обрадованные друзья решили, что свадьбу герцога нужно отметить особо и отправились в таверну.

Эллина сделала глубокий вздох — кажется пронесло.





* * *


ЭТИ события произошли в начале весны. Немного погодя после того как в доме баронессы Торн наладили бытовые улучшения.

Именно про эту встречу сейчас кричал Лаир, грубо встряхивая ее за плечо.

Эллина жалобно напомнила, что герцог вроде как не в Ларосе.

Но барон был непреклонен. Он потребовал, чтобы она осталась здесь, и послала в гостиницу слугу за вещами.

С большим трудом убедив его успокоиться, объяснив, что в гостинице никто не сможет пройти в ее запертые комнаты, растолковав, что за то время, что она дойдет до «Жемчужины» ничего не произойдет, она сумела вырваться от него, пообещав, что как только придет домой — переоденется.

Идя по извилистым улочкам Ларосы, которые она изучила за время беготни с заказами, Эллина спорила сама собой.

Да что на него нашло? Подумаешь, одета не как все. Вон Торин рассказывал, что в порту он и не такие наряды видел. В других странах одеваются иначе. Может я иностранка.

Не правда. Не собиралась я никого поражать своим видом. Перед кем тут красоваться? Просто длинная юбка — это очень неудобно.

Что с того что в этот мир пришла именно в длинной? Я тогда в первый раз такую одела. Хотела Руслану показать, что я не какая-то распустеха, ничего кроме джинсов не признающая. Что я, если нужно, могу и представительно одеться. Только все время носить такое неудобно. Вон девушки с Курату носят штаны, почему мне нельзя? И пусть принимают меня такой, какая есть…

Размышляя так, Эллина огляделась. Да, ларосцы все-таки были шокированы ее видом. Она слышала, как ее шепотом обсуждают. Неприятно, надо признать.

Но потом она услышала пару фраз и увидела реакцию на это… Настроение сразу поскакало вверх. Когда один шептал другому, что она та самая, которая театр… А ответом ему уважительное «Оооо!»

Что и требовалось доказать, сообщила своему внутреннему цензору Эллина. Они принимают меня такой, какая есть.

Она, как раз гордо вскинув голову, оглядывала прохожих, когда заметила знакомую высокую фигуру. Эллина остановилась.

Этого не может быть! Его здесь нет! О, боже, пусть это будет не он! Пожалуйста, боженька, пусть это будет не он! Прошу!

Фигура приближалась и начала медленно осматривать ее с ног до головы. Когда зеленые глаза добрались до ее лица, Эллина, которая узнала его раньше, метнулась в темный переулок.





35 глава




Когда Раенар встретил Эллину у «Ярмарки», он не успел узнать о ней побольше из-за дяди. То есть из-за того, что этот дядя его вызвал.

Выйдя из портала в его кабинете, он разражено бросил:

— Мне казалось, я отказался работать на тебя. Выясняется, что нет. Сколько мне еще придется таскать тебя порталами. Найми себе кого-нибудь. Или заставь шантажом, как ты обычно это делаешь.

Мужчину, сидевшего за столом, эти слова нисколько не смутили.

— Ты и в самом деле не работаешь на меня — сообщил, он усмехаясь — Я ведь тебе не плачу.

— Упаси Килах. Только этого не хватало — передернул плечами герцог.

— Вот потому — наставительно произнес Ксант — то, что ты делаешь — это не работа. Это помощь твоему старому дяде. И потом, есть некоторые места и некоторые дела, про которые лучше никому не знать. Как ты понимаешь, те, кого я заставил бы шантажом, не упустили бы возможности нарыть против меня что-нибудь — весело подмигнул дядя.

Ксант Кирион дописав что-то, поднялся. Легко взмахнув рукой, он накрыл свой стол сферой, которая пропульсировав несколько секунд, исчезла.

Когда министр подошел к племяннику, стало заметно, что это — как бы более взрослая версия Раенара с карими глазами, настолько они были похожи.

Узнав, куда они направляются, Раенар начал строить портал, размышляя о том, что связывает Баникер и девушку с раскосыми глазами.

Им пришлось побывать во многих местах. Ксант доверял только племяннику, потому в столь смутное время ему понадобилась его помощь. Но это не мешало ему время от времени подтрунивать над ним. Вот и сейчас… Выйдя из очередного портала, из-за охранных плетений, им пришлось двигаться пешком.

— Жаль, что тебя не было на Большом балу — с лукавой улыбкой сказал Ксант, идущему рядом племяннику — Виконтесса Винла была очаровательна.

— Уверен, там было немало ее поклонников, которые оценили это — лениво процедил Раенар.

— Да, конечно. Вот только виконтесса украсила себя чесарским загаром. Ходят слухи, что она рассчитывала поразить именно тебя.

— Кошмар! — воскликнул Раенар — Я действительно поразился бы — он представил эту картину — Зачем ей это понадобилось?

— Ну как же? — преувеличенно удивился Ксант — Разве твоя последняя пассия не чесарка?

— И что из этого?

— А то, что виконтесса Винла решила, что красноватый загар чесарки напомнит тебе о бурно проведенных ночах. И как знать… может, ты захочешь их повторить. А поскольку чесарки в Ристе нет…, зато рядом она…такая похожая…

— Ты шутишь? — недоверчиво спросил Раенар.

— Что ты, племянник, нет конечно. Потому и говорю, что жаль, что ты не появился на балу. Так хотелось посмотреть, что из этого всего получится. Я бы даже поспорил, что ты, чтобы поставить виконтессу на место притащил бы туда свою чесарку телепортом. А кстати, где она, в Ларосе? С ней ты развлекался, пока на официальных приемах за тебя другие отдувались?

— А что, тебе твои ищейки еще не доложили? — ехидно поинтересовался Раенар — Ай-яй-яй. Как же так? Они не отрабатывают то, за что ты им платишь — посетовал он — Я с ней расстался еще до Праздника. Так что можешь смело устроить им взбучку — дал он совет, раздумывая не сказать ли про странную девушку, которая возможно шпионка. «Нет, нужно быть уверенным. Нужны доказательства. Если ошибусь, высмеивать меня будут долго» — подумал Раенар.

— Значит и с ней расстался — Ксант покачал головой. Если дядю и расстроило, что его служба дала маху, он ничем этого не показал — Знаешь, что я думаю, племянник?

— Упаси Килах. Если я буду знать такое, ночью не усну — «ужаснулся» герцог.

— Ну, так я тебе скажу — невозмутимо продолжил Ксант — Вот ты все время заводишь интрижки с самими экзотичными мотыльками. Придворные дамы, горожанки, провинциалки, да что там — даже простолюдинки тебя в последнее время не привлекают. Тебе подавай что-нибудь необычное, непривычное… Например ту же чесарку. Или драконницу. Я всех и не упомню. Так вот, сдается мне, что в конце концов, зацепит тебя самая что ни на есть простая девушка, глядя на которую, многие будут гадать, что он в ней нашел. И зацепит она так сильно, что ты даже на писанных красавиц смотреть не сможешь. А вот тут-то я и похохочу над тобой, и всеми твоими мотыльками — пообещал дядя.

— Что за маразм? — возмутился Раенар — Ты не первый, кто мне об этом говорит. С чего вы все взяли, что я бросаюсь на экзотику? Эта чесарка между прочим отличная охотница, многим мужчинам фору даст. Виконтессе до нее, как байханской ящерке до Лазурного Льда. А та драконница, вовсе не была драконницей. Она просто сбежала от отчима, а чтобы он ее не нашел, наложила на себя качественную иллюзию. Я встречаюсь только с теми кто мне интересен. И внешность здесь не причем — выплескивал возмущение Раенар — Эта виконтесса Винла, что-нибудь умное или дельное из себя выдавить сможет? Все эти дамы света просто отупели от безделья. Додуматься до того, что раскрашенное лицо заставит меня наброситься на нее, словно я животное… По-моему, это объясняет, почему я не имею никакого желания встречаться с этими овцами. А что касается того что кто-то зацепит, что ж… Все в руках Килах. Очень хочется на твой хохот посмотреть. И подозреваю не только мне… Вот это уж точно будет… экзотика! — поставил последнюю точку раздраженный Раенар. А поскольку они уже пришли, то Ксант лишь молча усмехнулся.

Посетив с дядей многочисленные тайные и явные места, Раенар собирался вернуться в Ларосу, когда его приметил король.

От герцога потребовали присутствия на протокольных мероприятиях. Скрепя зубами пришлось исполнять.

Тут же к нему подступил байханский посол, с которым у него имелись дела. Оказалось посол был очень решительно настроен женить его на своей дочери. Настолько решительно, что когда Раенар ему вежливо отказал, попытался его шантажировать, информацией о кое-каких товарах на его корабле. На что герцог, одарив его кровожадным оскалом, оттащил посла в пустую комнату, где подробно объяснил, что он может делать с этой самой информацией. А потом рассказал, что со своим досье на него он так не поступит, наоборот, позаботится, чтобы оно легло на стол байханского царя. А потом подсчитает, сколько дней ему удастся оставаться на свободе.

Побледневший посол вдруг вспомнил, что его дочь абсолютно не хочет выходить за ристаларского герцога.

Расправившись с недругами и обязанностями, Раенар Кирион отправился в Ларосу, чтобы, наконец, добраться до разгадки инкогнито одной дамы.

Чтобы упокоить встрепанные последними событиями нервы, он вышел из портала подальше от своего дома.

Шагая по улице и перебирая недавние события, он вдруг наткнулся взглядом на необычную обувь. Замедлив шаг, он начал рассматривать снизу вверх остановившуюся недалеко от него фигурку. Когда его глаза только добрались до лица, девушка, метнувшись, исчезла за поворотом.

Он потерял пару секунд, пытаясь вспомнить, кто это.

Раенар бросился за ней. Но она как будто испарилась. В нижнем городе он бывал редко и не ориентировался здесь.

Ладно, подумал он, побегай. Недолго еще осталось, цанелёк.

Он заулыбался, вспомнив белого пушистого северного зверька. Буду называть ее цанелёк. Не то чтобы они похожи. Хотя кожа у нее и белая, но волосы каштановые. Глаза, хоть и раскосые, только карие, а у того зверька — лиловые. И все же что-то было у них общее. Может то, что они оба маленькие, но гордые?

Герцог решительно продолжил путь. Он должен посетить кое-кого, кто снабдил бы его информацией.





36 глава




С бешено стучащим сердцем, Эллина бежала по кривым улочкам.

Вначале она бросилась в терсу, но испугавшись за Нариса, чуть свернув перебежала через мост. Добежав до гостиницы, она, отмахнувшись от всех, кто хотел с ней заговорить, влетев, закрыла дверь кабинета.

Он ее не догнал. Но это, ни о чем не говорит. Он может прийти сюда в любую минуту. Как же так? Его же не было в городе? Его же как будто собирались женить? Черт! Черт! Черт! Что я скажу Лаиру? КАК я ему это скажу? Он же предупреждал… А теперь что? Меня заберут, поставят на мне кое-какие опыты… А потом я буду биться с пеной у рта. Боже! Ну почему я такая дура, зачем я это сдел…

Стук в дверь прервал ее самобичевание.

— Он нашел — в ужасе пробормотала она.

— Эллина открой — когда до нее дошло кто за дверью, у нее коленки от радости ослабели. С трудом заставив себя собраться, она стянула резинку с головы и пошла открывать.

— О, Нарис. Привет. То есть благодати. Что ты здесь делаешь? — она пыталась говорить без дрожи в голосе.

— Мы еще утром здоровались — обеспокоенно ответил Нарис — Я здесь с Меларой, помнишь? Ты предложила нам пойти в театр — напомнил целитель, проходя в комнату.

— Ах да, конечно. Помню. Почему ты здесь, а не с Меларой? — спросила она, лихорадочно думая, как от него избавиться.

— Я просто почувствовал…как ты чего-то испугалась. Что случилось Эллина? — Нарис смотрел на нее встревожено. Только этого не хватало. Чертова связь!

— Ох, Нарис. Я увидела крысу — ага, где-то под два метра — и страшно перепугалась. Но теперь все в порядке. Я у себя, здесь меня никто не трон…

— Крыса?! Ты уверена? Крысы водятся только в горах…

— Аааа…так это была не крыса… Уффф! Ты меня обрадовал — Эллина постаралась выглядеть обрадованной — Это, наверное, какой-то другой зверек. А может мне вообще… показалось. А вы с Меларой ужинать в ресторан придете? — спросила она, чтобы сменить тему.

— Да, наверное — Нарис покраснел — Я думаю, ей понравится здесь.

— Конечно, понравится — активно закивала Эллина — Ты должен сделать сегодняшний вечер незабываемым. А вместо этого ты торчишь тут — взяв его под руку, она буквально вытурила его из комнаты — Отправляйся к ней и не спускай с нее глаз. Такую девушку и похитить могут — она подтолкнула его, думая про себя, что за ахинею она несет.

Закрыв за ним дверь, она отправилась в душ и переодеваться. У нее совсем вылетело из головы, что позвала сегодня ребят.

Она уже и освежилась, и переоделась, заплела волосы в косу, но заставить себя выйти из своего укрытия не смогла. Ей принесли коту и пирожки, но, несмотря на то, что она только завтракала, ничего съесть не смогла.

Она все думала, что же будет? До сих пор ее жизнь в этом мире обходилась без эксцессов. Все шло довольно рутинно. До ее появления этот город оставался тихим и провинциальным, и самое большое развлечение здесь были новости из Ристы. Только ее действия привели к тому, что всполошилась вся Лароса. И виновата в этом она. С самого первого дня она говорила себе, что нельзя выделяться. В итоге сделала все, чтобы выделиться сильнее всего. Нет, на самом деле, она хотела получше устроиться в этом мире. Поскольку ей предстояло оставаться здесь пять лет, она хотела сделать так, чтобы ни от кого не зависеть. Наверное, надо было устроиться посудомойкой. Просто, когда она задумала эту гостиницу, не ожидала, что одно потянет за собой другое… И теперь рассчитывает, что этого никто не заметит?

Что повлечет за собой ее не продуманные действия?

Размышляя так, Эллина ходила по комнате, нарезая круги. В душе копошились какие-то предчувствия, от которых становилось не очень хорошо.

И вдруг на нее накатило… Прошло несколько секунд, прежде чем она поняла, что это не ее чувства. Растерянность. Глубокая растерянность. Отчего Нарис так растерялся? Она зажала рот руками.

— Ах, ты мерзавка! Корова не раздоенная! — Эллина, забыв обо всем на свете, выбежала из комнаты — Эта булка черствая, что-то о себе возомнила? Да я тебя в порошок сотру. Шаллллава! — злобно процеживая эти эпитеты, она ворвалась в ресторан. Ее связь с ним точно указывала, где он находится.

Нарис сидел за столиком у окна. Она сама выбирала этот столик. Отсюда был прекрасный вид на сад, который разбили «травки», и красивые небольшие фонтанчики с подсветкой.

— Я еще для этой буренки старалась — зашипела про себя Эллина. Прежде чем подойти к нему она заставила себя успокоиться, делая глубокие вдохи.

— Ээээ…Нарис, как дела? — больше она ничего не смогла придумать. Он посмотрел на нее затуманенным взглядом.

— Кажется…нормально — пробормотал он. Эллина села напротив него. Спросить напрямую или подождать пока сам выговорится?

— А где Мелара? — пойдем окольным путем.

— Она пошла домой — продолжал бормотать Нарис.

— А по… — продолжить ей не дали.

— Я сделал как ты и советовала — воскликнул он. Ну, приехали, теперь я буду во всем виновата, хмыкнула Эллина — Ей очень понравился спектакль, она все время улыбалась. Говорила, что никогда не видела ничего прекраснее… — он замолчал, кажется вновь переживая эти моменты — Потом мы пришли сюда и я предложил…то есть…я сказал… Я только хотел сказать…, а она…

— Что она тебе сказала, Нарис — спросила Эллина, продумывая, что она скажет в лицо этой вертихвостке и стерве. Нарис потряс, головой приходя в себя:

— Я хотел предложить ей встречаться… Я не успел договорить… Она подумала, что я делаю ей предложение… — Эллина стиснула зубы, чтобы не шокировать собеседника матом — Она сказал, что давно мечтала об этом и согласна стать моей женой — удивленно и недоверчиво закончил Нарис.

— Чтооо? — изумилась Эллина.

— Я, наверное, не так понял, да? — жалобно взглянул на нее целитель.

— Ох, нет конечно — всполошилась Эллина — Все ты прекрасно понял. Я же тебе говорила, что она к тебе неровно дышит. Молодец девочка — похвалили ту, которую до сих пор обзывали по-всякому.

— Она многим отказывала — глаза Нариса смотрели беспокойно — Неужели она и впрямь согласилась выйти за меня.

— Ну, конечно, неуверенный ты мой — она взяла его за руку, лежащую на столе — Конечно, согласилась. Во-первых, ты ей давно нравишься. Во-вторых, она отказывала всем из-за тебя. И в третьих ты теперь у нас завидная партия — убеждала Эллина. Только Нарис помрачнел.

— Что не так? — напряглась девушка.

— Форин вернулся — глухо ответил целитель.

— И что?

— Вот вы где? А мы вас за твоим столиком высматривали — Эрик и Лаир подошли к ним. Барон осмотрел ее серое платье, и хотя это не традиционная ристаларская одежда, остался доволен. — А что случилось? Почему ты такой убитый? — настроение у Лаира отчего-то было хорошим. Он, кажется, предпочел забыть, что недавно на нее кричал.

— Мелара решила выйти замуж за Нариса, хотя он ей этого не предлагал — проинформировала Эллина друзей.

— Ай-яй-яй. Как же так? Беда-то какая! — веселился Лаир — Что же теперь делать? Думаю тебе надо срочно предложить ей свадьбу. А то как-то неправильно получается. Она выходит замуж, а предложения еще нет. Ты смотри…, там могут и подсуетиться и предложить ей браслет прежде тебя — Нарис ответил на подколки друга мрачным взглядом.

— Ну что не так? — спросил Лаир, посерьезнев.

— Он бормочет, что Форин приехал — выдала Эллина.

— И что с того? — Лаир подтянув стул, присел. Эрик сделал то же самое. — Что с того что он приехал? Что он тебе может сделать?

— Они закроют терсу — убитым голосом ответил Нарис.

— По какому праву?

— Чтобы терса работала нужно разрешение. Ты это знаешь не хуже меня.

— Да знаю. И еще я знаю, что до сих пор такого в этой стране не было. Как получить разрешение на то о чем не имеют понятия. У целителей же есть разрешение?

— Да мы все получили лицензию, как только решили открыть терсу.

— Ну, вот и прекрасно. К этому придраться они не смогут. У вас есть лицензия, вы лечите, просто собрались в одном доме. А что до терсы… Сколько вы уже работаете?

— Почти пять декад — на секунду задумавшись, ответил Нарис — И мы уже послали в столицу описание всего этого и просьбу разрешить… Но ты не хочешь понять… — Нарис в отчаянии вскочил со стула — Все вы не хотите понять, там, в столице, сидят такие же ксан-целители. Они не захотят этого… Мы станет ихними конкурентами, и вы думаете они позволят это? Стоит кому-нибудь из ксан-целителей в письме по-дружески попросить прекратить это безобразие и все… — ну конечно, подумала Эллина, когда речь идет о его любимом целительстве, он и всё и вся знает.

— Потребуем людного суда — заявил Эрик.

— О, точно! — обрадовано воскликнул Лаир — Потребуем суда. Уверен, что большая часть города будет за вас.

Нарис имел вид недоверчивый.

И друзья стали горячо убеждать, что на людном суде, где имеют право высказываться и голосовать все желающие, большинство будет на их стороне. Лаир уверенно приводил примеры. Эллина поддерживала чисто эмоционально, поскольку не имела понятия, что такое этот людный суд. А Эрик, приводил редкие, но очень убедительные доводы. Вместе им удалось убедить, что все будет хорошо, и Нарис уже улыбался своей чудесной улыбкой, когда над ними прозвучало:

— Благодати Килах. — рядом с их столом неизвестно откуда взялся сам герцог Кирион.

— Сувар, саны, мне нужно задать несколько вопросов вашей даме. Я заберу ее ненадолго — он не спрашивал, а ставил в известность.





37 глава




Над столом, за которым секундой назад шла оживленная беседа, нависло ошеломленное молчание.

Побледневшая Эллина вяло подумала, что она как ребенок, укрывшийся одеялом. Если не видно, то ничего и нет. А страшилка-то вот она.

Герцог, одетый в голубые штаны и колет, расшитые золотыми нитями, в сапогах из ящерки шоколадного цвета, с драгоценными камнями вместо пуговиц, с кожаным поясом с золотыми наклепками и коротким мечом на боку. Он был прекрасен…и ужасен, и попаданке, глядя на него, казалось, что она летит в темную бездонную пропасть.

В его зеленых насмешливых глазах горел огонь…тот самый, в котором суждено сгореть ей… Они просто уничтожат ее. Ее суть… От нее останется только тень…, если только останется…

Герцог сделал приглашающий жест.

Она обреченно прикрыла глаза.

Лаир подскочил и встал между их столиком и герцогом.

— Дама не хочет — хрипло заявил он. Хотя Лаир был довольно высоким, но все же оказался ниже Раенара. Тот, вскинув бровь, оглядел его с ног до головы.

— Лаир, не надо — прошептала Эллина.

— Я думаю, сани захочет. Не так ли сани? — вкрадчиво проговорил Раенар, сделав движение, чтобы обойти Лаира.

В ту же секунду и Эрик и Нарис одновременно подскочили со своих мест и встали по бокам от Лаира.

— Не хочет — спокойно проинформировал Эрик герцога.

Отступив на шаг назад, Раенар осмотрел живописную композицию. Высокий Лаир и невысокие Эрик и Нарис, стоящие перед ним стеной, а за ними, за столом, смертельно бледная девушка, глядящая со страхом…

— Как жаль, — притворно-сожалеюще покачал головой его светлость — как жаль. Я всего лишь хотел расспросить про прекрасный спектакль, на котором мне не удалось побывать…

— Завтра посмотрите — все также спокойно ответил ему Эрик.

Блеснула насмешливая ухмылка.

— Что ж, думаю не стоит надолго прощаться — объявил он — Я почему-то уверен, что мы еще встретимся. И возможно, очень скоро. — он посмотрел в глаза девушке — Пусть Килах пошлет…ммм…сладкие сны, сани — двусмысленно промурлыкал он и развернувшись, удалился.

Некоторое время никто не двигался.

Эрик первым отмер и спокойно сел на свое место. Лаир тяжело опустился и обхватил голову руками. Нарис уже собирался сделать то же самое, когда увидел руки Эллины. Она так сильно сжимала кулаки, что ногти полумесяцами впились в ладони. Взяв ее руки в свои, целитель, закрыв глаза, провел по ранкам пальцами, заживляя их.

— Прости — прошептала Эллина, глядя на Лаира.

— Простите меня — всхлипнув, она посмотрела на Эрика и Нариса. — Вам не нужно было встревать…

— О, тьма! — выругался Лаир — Я же предупреждал тебя. Я же тебе го…

— Рано или поздно, это должно было случиться — перебил его Эрик. Его абсолютно спокойный голос гасил панику, которая загоралась в их сердцах.

Лаир попытался огрызнуться, когда друг снова перебил его:

— Вечно скрывать это не удалось бы. Когда-нибудь, случайно ли, по умыслу ли, это вышло бы наружу. Она не виновата. Оставь поучения. Давайте думать, что делать дальше.

Эллина сквозь слезы, благодарно ему улыбнулась. Хотя считала, что заслужила головомойку.

Уже наступила ночь…

Воздав должное стряпне Аринаи, разошлись все посетители ресторана, довольные, что у них будет, чем похвастаться перед теми, кто здесь не был…

Слуги потихоньку начали убирать помещения и готовиться к завтрашнему дню…

А трое парней и девушка продолжали сидеть за столом и что-то тихо обсуждать.

Предложения звучали разные. Из них выбирали наиболее подходящие и безопасные. А затем приступили к обсуждению деталей.

Они как раз думали над тем как незаметно вывезти ее из Ларосы, когда рядом с их столом заклубился воздух.

Его светлость герцог Раенар Кирион в том же одеянии, что и несколько часов назад, вышел из портала.

Когда ребята посмотрели на него, то одновременно побледнели.

Герцог спокойно шагнул к их столу и положил на стол какой-то сверток. Потом он с самодовольным видом провел по массивной золотой цепи, которая висела у него на груди, и пожаловался:

— Тяжелый очень — показывая на большой золотой медальон, чем-то похожий на солнце — Но думаю, потерпеть можно — он злорадно ухмыльнулся.

Эрик помрачнел. У Нариса, казалось, выпили все жизненные соки, настолько изможденным он выглядел. У Лаира заскрипели зубы. Он быстро взял Раенара за локоть и потянул в сторону:

— Нам нужно поговорить.

Герцог медленно опустил глаза на схватившую его руку. Затем оторвал ее от своего локтя:

— Нам — сделал он ударение — не нужно — и спокойно опустился на место Лаира.

— Сани Эллина! — она, глядевшая в этот миг на Лаира, вздрогнула и перевела взгляд на него. — Во имя короля Ристалара, во имя торжества справедливости, во имя защиты короны и королевства, от имени главы службы дознавания, я объявляю о привлечении тебя к дознаванию. — он развернул сверток, в котором оказался светящийся ровным светом серебристый шар — За попытку лжи и обмана, наказание будет наложено соответствующее — торжественно закончил.

Как будто судья объявил приговор, подумала Эллина, не подозревая насколько близка к истине.

— Она ведь все лишь девчонка — Лаир навис над герцогом — Что она тебе сделала? Ты ведь погубишь ее. Ксант уничтожит ее — его голос срывался от эмоций.

— Вы сами меня вынудили. Ей нужно было всего лишь ответить на вопросы — мягко объяснил ему Раенар — А теперь ей ПРИДЕТСЯ.

Кажется, в прошлый раз этого медальона на нем не было, меланхолично подумала Эллина.

— Посторонние могут удалиться — снисходительно обратился к ребятам судья. Теперь уже судья, облеченный властью судить, казнить и миловать. Именно ликар (медальон) давал такую власть.

— У нее должен быть защитник — воскликнул Лаир — им буду я.

Герцог равнодушно пожал плечами.

— Я хочу, чтобы остался Нарис — тихо пробормотала Эллина.

— Что ты сказала? Я не расслышал — обернулся к ней Лаир.

Эллина посмотрела на целителя умоляющим взглядом. Тот решительно кивнул.

— Останусь я.

— Не дурите оба — разозлился Лаир — Что ты знаешь о дознаваниях? Чем ты сможешь ей помочь?

Эллина встала и собрав все свое мужество, твердо сказала:

— Лаир, Эрик. Спасибо за все, что вы для меня сделали. Вы прекрасные друзья. Но сейчас я прошу вас уйти. Со мной останется Нарис.

Лаир собирался спорить, когда Эрик подошел к Эллине и обняв ее, пожелал:

— Благослови тебя Килах. Пусть он пошлет тебе хорошие сны — выпустив ее из объятий, он сделал знак Лаиру.

Недовольный, расстроенный, растерянный тот стоял некоторое время, глядя на девушку. Затем он тоже подошел и обнял ее.

— У него амулет правды — шепотом сообщил он ей.

Эллина не услышала его прощания. Она поникла. Ее план провалился. Она собиралась отчаянно врать. И для этого оставила Нариса. У них уже была отточенная до деталей версия, где правда, полуправда и ложь сплелись в гармоничную картину.

Но если ее будут допрашивать с помощью детектора лжи, то это все впустую.

Друзья ушли.

Эллина, ничего не видя перед собой, опустилась на стул.

А не может сейчас произойти что-нибудь чудесное, вопросила она, подняв глаза к потолку. Потолок промолчал.

Ну, что-нибудь, взмолилась она. Может дракон какой-нибудь завалящий. Пусть тролли или орки меня похитят, упрашивала она. Потолок остался бесстрастным.

— Мы можем где-нибудь уединиться? — вырвали ее из одностороннего диалога. Герцог указал на убирающих слуг, которые взирали на них с трудно скрываемым любопытством.

Эллине понадобилось время, чтобы осмыслить сказанное. Она кивнула:

— Мой кабинет — и первой двинулась к выходу из ресторана. За ней шел Раенар, а уже за ним Нарис.





38 глава




Очень, очень интересно, думал герцог, шагая за девушкой. Тут сразу не поймешь, не разберешь. Что-то невероятное творится здесь. Все версии, которые он выдвигал, разбивались о некоторые несоответствия.

Все это завело его настолько, что он забыл о своих делах. Он лишь мельком взглянул на «Звезду» и узнав от капитана, что плавание было довольно удачным, тут же отбыл в Ларосу.

Не успел он пройтись по улице, как натолкнулся на НЕЕ. Но она успела скрыться.

Может ее цель — он? Этакая игра с ее стороны.

Раенар отправился к одному из ищеек дяди. И то, что он услышал от него, ввело его в ступор.

В городе происходят глобальные изменения, и многое указывает на некую Эллину, кузину одного слабенького целителя. Именно с ее появлением вся Лароса стоит на ушах.

Например, спектакль, который она устроила для всех жителей. Многие до сих пор не могли отойти от увиденного. Сам ищейка рассказывал об этом с каким-то благоговением.

А цветные ткани, которые теперь могут позволить себе практически все.

А здание под названием гостиница, которое поражает всех, кто хоть раз на него взглянул.

Объясняли что гостиница — это постоялый двор. Но это скорее дворец.

В здании под названием «Театр Ларосы» показывают такое, что здесь назвали сказкой.

Слушая все это, Раенар с трудом удерживался от восклицаний.

Выслушав весь отчет, герцог задал уже конкретные вопросы о загадочной девушке. Где живет, с кем живет, откуда, кто. Многое еще не было выяснено. Не было указаний сверху. Раенар пообещав, что сам всем займется, отправился в упомянутую гостиницу.

Но там с ним отказались разговаривать. И в довольно грубой форме его послали.

Чем же она так держит этих парней, что они не побоялись одного из самых высокопоставленных людей в стране, то есть его дяди? Ведь все знают, что стоит Раенару только намекнуть, и дядя с его службой просто сотрут с лица земли обидчика. Но, несмотря на это один сувар, из захудалого рода и два сана, вообще из черни, осмелились встать перед ним.

Раенар отправился в службу дознавания, и там спокойно обойдя защиту дяди, прихватил ликар и Луну.

А вот теперь они его послать не посмели. Да даже если бы посмели — не смогли. Ликар обладал огромной властью.

Раенар смотрел на фигурку, идущую впереди него. Одета она была в серое платье, с серебристой отделкой. Что-то похожее он видел на женщинах Сирты. Но только похожее. Те платья были мешковатыми, подпоясанные шнурком расшитым ракушками. А у этой платье красиво облегало всю фигуру и только на бедрах свободно расходилось.

Почему серое, ведь это траурный цвет?

Какая же она маленькая, видно, что напуганная, а все равно идет с высоко поднятой головой. Какая-то сбежавшая принцесса? Он хмыкнул про себя. Хватит строить догадки, скоро он все выяснит.

Подойдя к двери, девушка, повозившись, открыла ее и отошла в сторону, предлагая войти первым. Нахмурив брови, он пристально посмотрел на нее. Аккуратно послал волну-разведку. Ничего.

Раенар вошел и оглядел комнатку. Маленькую, но с большим прозрачным окном, завешенным красиво драпированной тканью. Большой стол с большим необычным креслом и кресло поменьше вот и вся обстановка. Если не считать большой кадки с цветущим деревцем в углу и картин на стенах.

Одна ему особенно понравилась. Штормовое море. В первую секунду показалось, что это иллюзия, настолько реально была передана атмосфера. Стены здесь тоже были непривычными. Не видно из чего сложены. Гладкие, покрытые молочного цвета краской. Теперь понятно, почему ищейка говорил, что это не постоялый двор, а дворец. Герцогу Кириону вдруг захотелось иметь такой же кабинет. В котором также тепло и уютно.

Он прошел и сел во главе стола.

Ух, ты. Какое мягкое. И удобное. Он даже не знал, что такое возможно. Герцог поставил на стол Луну.

Эллина бросилась собирать бумаги со стола.

Он скользнул по ним взглядом. Незнакомые письмена. Неужели, шпионка? А как объяснить все остальное. Заговор, с целью взбаламутить центр страны? Ведь пошли же против него те, кто должны были безропотно кланяться и соглашаться.

Собрав все бумаги, девушка очутилась около него. Она, наклонившись, выдвинула ящик стола, и начала складывать их туда.

Он смотрел на ее изящный профиль. От нее исходил тонкий аромат цветов. Но он не мог вспомнить каких именно. Ему стало жарко.

Не обращая на него внимания, девушка отошла и встала напротив него. Раенар вцепился в столешницу с такой силой, что пальцы побелели.

— Садись — как он не старался, голос прозвучал хрипло. Эллина посмотрела на него, потом на свободное кресло и куда-то юркнула. Пока герцог восстанавливал свое самообладание, она вернулась со стулом.

До раздосадованного Раенара дошло, что любуясь комнатой, он не проверил ее. А, оказалось, здесь есть потайная дверь.

— Что там — хмуро спросил он.

— Это мои комнаты — ответила девушка — Я здесь живу.

Он отправил туда сгусток энергии. Ничего. Три комнатки. Никаких потайных ходов, засады.

— Садитесь — приказал он. Оба сели.

— Начнем — произнес он строго — с самого простого. Твое имя?

— Эллина.

— Полное имя.

— Эллина Колари. — серебристый шар полыхнул красным.

— Не терпится получить наказание? — нахмурившись, спросил он.

У Эллины была крошечная надежда, что ее как иномирянку, амулет не сможет проверить. Ведь по сути, у нее здесь другого имени не было. Но красный цвет шара показал, что ему по барабану из какого она мира. Герцог ждал.

— Эллина Скворцова — тихо сказала девушка. Раенар подался вперед.

— Откуда ты, где жила до приезда сюда?

Эллина назвала полный адрес. Герцог снова нахмурился.

— Это какая страна?

— Россия.

Он молча смотрел то на нее, то на шар. Шар молчал.

— Повтори — потребовал он, передвинув Луну так, чтобы она оказалась напротив девушки.

— Россия — покорно повторила она. Шар светился ровным светом.

— Я такую страну не знаю — озадаченно проговорил он — Где она находится?

Ну, вот и все. Придется ответить. А может попытаться сбежать? Она бы возможно и попыталась, будь она одна. Но здесь у нее были друзья, с которыми неизвестно что сотворят.

Сделав глубокий вдох, она заговорила:

— Я попала сюда из параллельного, то есть другого мира.

Все. Теперь все. Она это сказала. Ее страх куда-то отступил. Эллина посмотрела на герцога, брови которого взлетели вверх.

Она захихикала про себя. А бровки-то у нас так и прыгают, так и прыгают. Как бы не подрастерял. А то я могу. Вон и Лиания с трудом удержала на лбу, так они норовили в волосах запрятаться.

Нарис сжал руку Эллины. Раенар откинулся в кресле и поджал губы. Вернув на лицо бесстрастное выражение, он начал допрос.

Им пришлось рассказать все. До мелочей. Начиная с того дня как она попала сюда и кончая сегодняшним.

Он требовал все подробности. Что они ели, где спали, с кем встречались…

Был уже третий час ночи, когда герцог удовольствовался тем, что вытряс из них.

Он снял с себя ликар и положил его рядом с Луной, когда Эллина спросила:

— И что теперь будет?

Она выглядела спокойной, и только ее руки, с силой сжимавшие руку целителя выдавали ее.

— Полагаю, мы все ляжем спать — пожал плечами герцог — Поздно уже.

— Я спрашиваю, что будет со мной? — дрожащим голосом выдавила из себя Эллина, ненавидя его за то, что он так издевается — Вы расскажете обо мне своему дяде?

Раенар, долго и молча, смотрел на нее, прежде чем сказать:

— Мне нужно подумать. Я отвечу завтра. — и не прощаясь ушел через портал.

Если бы его спросили, почему он ответил именно так, он не смог бы объяснить.

Про Ксанта Кириона рассказывали всякое. И чаще всего — страшное. Раенар не знал чему верить, а чему нет. Он никогда не спрашивал его ни о чем и никогда не лез в его дела. Общались они исключительно как дядя с племянником.

Но в этот раз ему стало не по себе. Когда он задал себе вопрос, рискнет ли он рассказать об иномирянке главе службы дознования, он вдруг понял, что нет, не рискнет. Ксант очень жесткий человек. Неизвестно, что ему придет в голову. Но ясно одно, если девушка попадет к нему в руки, он постарается выжать из нее максимум возможного. Как, наверное, собирается это сделать Актравис.

Выйдя из портала в своем кабинете, Раенар саркастически усмехнулся, вспомнив рассказ иномирянки о встрече с королевским магом. Эти наивные простачки даже не предположили, что их обвели вокруг пальца. Через пять лет открыть Колдул, чтобы отправить ее в свой мир! Он бы посмеялся, если бы не понимал, для чего все это проделал старый крючкотвор.

Герцог Кирион настолько глубоко изучил искусство портала, что достиг почти тех же результатов, что и Древние маги. Он мог телепортироваться в другие страны, не задевая охранные плетения. Раенар стал лучшим портальщиком своего времени, но не афишировал это. Но даже будучи лучшим, он знал — Колдул не открыть. И Актравис это знал. Но скрыл. Нет никаких сомнений, что у него Эллину ждет участь не лучшая, чем ждала бы, попадись она к Ксанту.

Но теперь все. Ни у того, ни у другого нет шансов прибрать ее к рукам. Уж он об этом позаботится.

И вдруг со всей ясностью он осмыслил то, что до сих пор не укладывалось в голове.

Девушка из другого мира!

Может ли это оказаться выдумкой?

Если не считать того, что было в самом начале, Луна ни разу не показала ложь. В течении всего допроса, он держал в поле зрения и двух рассказчиков и амулет. Кроме того случая, когда она назвалась Колари, все остальное было правдой.

Или же они смогли обойти действие амулета?

Нет. Это невозможно. А то что, творится в Ларосе, лишь доказывает, что она не из этого мира. Когда он научился телепортироваться, обходя «купола», он обошел весь Алетан вдоль и поперек. И нигде не встречал, того что появилось в последнее время в этом городе. Да что там… Стоит взглянуть на ее нее и сразу становится ясно — она что-то чуждое этому миру.

Другой мир!

У него появился шанс узнать нечто, что никто до него не знал… Хотя…это не совсем так…

Расхаживая по своему огромному полутемному кабинету, который ему абсолютно перестал нравиться, Раенар поморщился. Баронишка, слабенький целитель и еще более слабенький «крючок» узнали ЭТО раньше, чем он. Ну и ладно. Все равно ей без него не обойтись.

В ту ночь герцог Раенар Кирион не уснул.

Возбужденный открытием он ходил из угла в угол и продумывал дальнейшие свои действия.

С помощью этой девушки он много добьется.

Хотя внутренний голос убеждал его плюнуть на все, и забрав с собой цанелёк, спрятаться с нею в своем тайном убежище на побережье.

Вот только для начала нужно выяснить, что ее связывает с тремя парнями.





39 глава




После того как дотошный судья исчез в портале, подследственные долго оставались на своих местах.

Затем Нарис встал и потянул Эллину за собой.

— Пойдем. Нужно поспать — сказал он, подталкивая ее к дверце.

— Ты пойдешь домой? — тусклым голосом спросила она целителя. Тот покачал головой:

— Нет. Пойдем, помогу лечь.

Они вместе прошли в спальню.

Эллина пошла в ванну и почистив зубы, сполоснула лицо. Принять душ, после сегодняшнего эмоционального опустошения, у нее не хватило сил. Когда она вернулась в спальню, Нарис уже постелил, и снимал колет.

— Переодевайся и ложись. Я сейчас.

Эллина чувствовала себя как после тяжелого физического труда. Голова пустая. Мышцы ноют. Хочется только одного — укрыться от всего мира. Хотя бы одеялом.

Нарис, освежившись, вернулся и увидел, что девушка, одетая в пижамную двойку сидит на кровати, бессмысленным взглядом разглядывая шкаф напротив. Он как ребенка уложил ее и укрыл одеялом. Погасив свет, скинул сапоги, и улегшись рядом с ней обнял ее поверх одеяла.

— Спасибо, что не оставил меня — тихо проговорила Эллина.

— Спи. Все будет хорошо — поглаживая ее руку, также тихо ответил он.

— Но даже если не будет…,у меня есть чем им ответить, правда? — с решимостью в голосе произнесла она.

— Мы договорились, ты помнишь…

— Да я помню, помню… Не волнуйся. Я буду выжидать до последнего… Если до этого дойдет.

— Все будет хорошо — повторил Нарис — Я уверен, что все будет хорошо. А теперь спи.

В ночной тиши послышалось ровное дыхание девушки. Она уснула крепким сном без сновидений.

Но Нарис уснуть не смог.

Он молился Килах. Он просил защитить ту, что несла в себе столько света.

Еще два человека не спали в ту ночь. И не давали спать другим.

После прощания с Эллиной, Эрик объяснил, что он собирается предпринять. Он и Лаир отправились домой к барону, где растормошив недовольную Лианию, всю ночь занимались розысками Актрависа.

Эрик предположил, что королевский маг, единственный кто может противостоять Кирионам. Пришлось объяснить Лаиру, что Актравис знает о существовании девушки с Туманной. Барон, недовольный, что ему не рассказали о таких важных вещах, все же согласился с Эриком. Вместе они разбудили Лианию, единственную из них, кто мог отправлять магвестника, и принялись выяснять, где в данный момент находится маг.

Учитывая, что дело было далеко за полночь, от разбуженных они услышали много нелестных эпитетов. Но не узнали главного — как добраться до Актрависа. Все, что они выяснили, это то, что тот почти каст назад отбыл в неизвестном направлении.

Проснувшаяся баронесса Торн, присоединилась к ним. Но даже она со своими связями смогла выяснить только то, что королевский маг находится за границей с важной миссией. Ребята, расстроенные неудачей, постарались скрыть это. Они успокоили женщин и отправили их спать. Сами же остаток ночи провели в тревожном ожидании.

Эта неспокойная ночь, которая многим потрепала нервы, наконец-то закончилась…

Эллина сегодня оделась по-ристаларски. Бордовые юбка и колет, белая рубаха, волосы заплетены в косу. Только обувь не ристаларская.

Она сидела в своей маленькой гостиной, ожидая, когда Нарис закончит принимать душ, когда услышала легкий шум в кабинете. Когда она осторожно заглянула туда, то увидела, что ее персональный кошмар из этого мира сидит в кресле. Правда, в этот раз в кресле для посетителей.

Сперва она, было, возмутилась… Это как понимать — без стука, без разрешения ввалился в кабинет… А потом вспомнила…

Эллина застыла в дверном проеме… Что же будет???

Словно почувствовав ее присутствие, герцог слегка повернулся.

Она готова была поклясться, что собирался улыбнуться… Только на лицо набежала какая-то тень, и его лицо стало бесстрастным.

Нарис положил ей руки на плечи…

Эллина вздрогнула… Она даже не услышала, когда целитель оказался так близко.

— Благодати Килах — отодвинув ее, Нарис прошел в комнату и поприветствовал герцога поклоном. Все-таки почтительное отношение к аристократам впитывается здесь с молоком матери.

Раенар склонил голову.

Эллина проскользнула вслед за Нарисом и остановилась недалеко от гостя. Она посмотрела ему прямо в глаза и заговорила:

— Сувар герцог, прежде чем вы что-либо скажете или сделаете, я хотела бы сказать вам… Я хочу попросить… — она замолчала, а потом, сделав глубокий вдох, договорила — Эрик и Лаир не знают, что я из другого мира. Они думают, что я с Туманной Земли. Только Нарис и королевский маг знают правду. Прошу вас… не причиняйте им вреда. Нарис… он виноват лишь в том, что очень добр. Он не бросил меня там в лесу. И сюда он привез только чтобы свести с ксан-магистром. Он не хотел ничего дурного… Это я просила его… И ребята… Они вообще не знают обо мне ничего. Не трогайте их… Прошу… — как она не старалась, она не смогла удержать слезы.

Эллина отвернулась, чтобы не казалось, будто она пытается давить на жалость. Нарис с глубоким сочувствием смотрел на нее. Зная, что у нее на душе…

Раенар некоторое время молчал, осмысливая сказанное.

Значит, думая, что он хочет отвести ее к дяде, она пытается выгородить своих…друзей. Этого целителя так уж точно. Судя по тому, что ночь они провели вместе, эти двое очень близки. Неудивительно! Ведь это первый человек, которого она встретила здесь. Он был очень добр! А кто бы не был? Любой бы на его месте из кожи вон бы лез, только бы заполучить такую. Чтобы потом за кружкой коты рассказывать своим приятелям, какими иномирянки бывают в постели.

Раенар перевел взгляд на целителя. Честно, доброе и открытое лицо… Разум отмечал все эти качества Нариса. Но что-то темное, что начало подниматься в душе с той минуты как целитель появился из спальни с мокрыми волосами, не позволяло согласится с этим.

Выдержка и железная воля помогли ему справиться со страстями, начавшими свой бунт.

Он герцог Раенар Кирион, потомственный ристаларский аристократ, родственник короля, и он не будет завидовать какому-то лекаришке.

Правда, это не мешало одной картинке вспыхивать перед глазами. Как он хватает плюгавого «бузи» за шкирку и вышвыривает его за дверь… Картинка была настолько приятная, что хотелось претворить это в жизнь…

Раенар, с бесстрастным лицом, сделал жест приглашающий сесть.

Эллина опустилась на свое кресло. Нарис сел на стул, оставшийся здесь со вчерашней ночи.

— Я хочу сделать предложение — начал герцог — Первым делом, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему, скажу, что я буду защищать вас от всего того, что может грозить вам в этом мире. — огромные карие глаза неверяще уставились на него — Вам нужно бояться не только Ксанта. Неужели вы думаете, что Актравис просто так выпустит вас из своих рук? Поверьте, он тоже не самый лучший вариант.

Эллина нервно скомкала бумажку, лежавшую на столе.

Она не такая уж и дура. Несмотря на ужасное состояние, в которое она впала, когда ей сообщили о невозможности отправки домой, она все же предположила, что маг захочет воспользоваться подвернувшимся случаем. И поэтому так твердо отказалась отправиться к нему домой. Но поскольку после этого этот Актравис ни разу здесь не появлялся, то она решила, что ошиблась.

— Актравис даже не появлялся здесь — озвучила она свою мысль.

— Еще до Праздника Года, он отправился за границу — пояснил Раенар — В противном случае, по своей ли воле, под воздействием ли, ты была бы уже у него в…доме.

Эллине показалось, что он хотел сказать что-то другое. Например, слово «лаборатория»

— А вы, значит, не такой? — с горечью в голосе спросила она. То чего она больше всего опасалась, очутившись в этом мире, стало реальностью. Она — объект для исследований.

— Меня не интересуют те вещи, которые важны для Ксанта или Актрависа — Раенар откинулся в кресле.

— И что же вас интересует?

— Деньги!

— Деньги? — в ее голосе проскользнул страх. Это значит шантаж???

Раенар видел, что его не так поняли.

— То, что вы здесь…эээ…делаете, я думаю мы можем хорошо заработать на этом. Предлагаю стать компаньонами. Насколько я понял, вы все ваши задумки раздали бесплатно. Теперь на этом наживаются все кому не лень. А ведь вы могли бы стать очень богатой — пожурил он Эллину.

И Эллина и Нарис смотрели на него с широко раскрытыми глазами.

— Компаньоны? — недоверчиво переспросила девушка.

— Компаньоны — подтвердил герцог — Отныне все, что вы задумаете, будем претворять в жизнь вместе и делить прибыль пополам. Согласны?

— И в чем же подвох? — задумчиво спросила Эллина. Раенар сверкнул улыбкой.

— А почему должен быть подвох? — вопросил он.

— Ну не знаааю — потянула попаданка — Я слышала, что вы не бедствуете.

— Не бедствую — согласился Раенар — И дальше не собираюсь. Но если буду сидеть сложа руки, скоро плотники и ткачи станут богаче меня. Моя фамильная гордость этого не выдержит — с притворным ужасом провозгласил герцог.

— Ааа, — отозвалась Эллина, глядя ему в глаза — Тогда понятно. Этого уж никак нельзя допустить. Фамильная гордость — штука хрупкая — голос звучал серьезно, и лишь в глубине глаз сверкали смешливые искорки.

Раенар улыбнулся теплой улыбкой.

— Значит, договорились? Отныне все делаем вместе — хрипловатым голосом проговорил он. Прозвучало это настолько интимно и двусмысленно, что у Эллины внутри все завибрировало.

— Эээ…да — все что она сумела сформулировать в ответ. А изумрудные глаза поймали ее и не давали что-либо осмыслить… Она потерялась в зеленом омуте… Куда делось напряжение последних дней? Куда делся страх перед этим человеком? В голове какой-то сумбур…

Это сумасшествие прервал стук в дверь…

Эллина вздрогнула и вырвалась из пут, которые собирались отдать ее в полное распоряжение одного сувара…

Сделав глубокий вдох, она, еще не совсем вернувшись в реальный мир, открыла дверь. Эрик и Лаир, не выспавшиеся, встревоженные, мрачные… Они стали еще мрачнее, когда разглядели в комнате Кириона.

Эллина, устыдившись того, что ребятам пришлось из-за нее пережить, начала успокаивать их и объяснять положение дел.

Раенар, тем временем распрощался с нею, пообещав вернуться. Уходил герцог чрезвычайно довольным. То, как отреагировала на него девушка, давало ему надежду, что целителя скоро отправят в отставку. Портал он строил в радостном предвкушении…

Эллина отвечая на многочисленные вопросы возбужденных и нервных друзей, двинулась в сторону ресторана. Пора было приступать к делам, которые она забросила в последнее время.

В кабинете остался сидеть на стуле всеми позабытый Нарис… Он медленно поднялся и потряс головой:

— Надо срочно достать экранирующий амулет — пробормотал целитель, пунцовый от смущения — Мощный… Этот слишком слабый… Иначе я этого не выдержу…





40 глава




Эллина весь день летала как на крыльях.

По кратким высказываниям Эрика, ей стало понятно, что отныне она находится под защитой герцога.

По пространным объяснениям Лаира, выходило, что Кирион крайне жесткий молодой человек. Если он пойдет против Ксанта, тот, скорее всего, уступит. Он дорожит племянником.

И вообще по всем раскладкам получалось, что пока она дружит с герцогом Кирионом, она никого может не бояться.

Находясь в легкой эйфории, попаданка отказывалась выслушать саркастический внутренний голос, который утверждал, что радуется она не только поэтому. Этот противный голос озвучивал такие вещи, от которых становилось немного не по себе, и вызывал горячий румянец на щеках…

Например, что Эллина вовсе не была бы против, если сам Раенар утащил бы ее в темную лабораторию… И стал бы изучать… На ощупь… Всю…

Чтобы реагировать адекватно на происходящее вокруг нее, Эллине пришлось поставить этот внутренний голос на беззвучный режим. А то ведь у нее в подчинении люди… Им нужно давать задания… Давать на их вопросы осмысленные ответы. А не ходить по всему зданию с дурацкой улыбкой и красными щеками.

Дав себе несколько мысленных подзатыльников, Эллина привела себя в рабочее состояние и ринулась разбираться с проблемами.

Вообще-то как таковых проблем не было.

Просто, поскольку все ЭТО было несколько в новинку, работающие здесь люди жутко боялись ошибиться.

Например, привезли продукты. А девушки-подсобницы несчастными голосами спрашивали, что из этого нужно положить в хладник, а что в кладовую. Или в ресторане капризный посетитель с пеной у рта утверждал, что этого он не заказывал. Или в одном из номеров постоялец, не разобравшись с кранами, сломал их.

Казалось бы что не так уж и сложно разобраться со всем этим, не вызывая по каждому поводу владелицу… Но отсутствие опыта действия в таких ситуациях приводило к тому, что ее работники начинали бегать как при пожаре.

Эллине приходилось одновременно успокаивать клиентов и обучать персонал.

Может в любой другой ситуации она бы давно расстроилась от того что происходит… Только в последнее время она уже поняла — из-за чего действительно стоит переживать. Все остальное — мелочи жизни…

Разобравшись со всеми делами, она стояла в холле с директором театра, обсуждая небольшие изменения в репертуаре, когда услышала рядом восторженные восклицания горничных.

Обернувшись, Эллина увидела, как мягко закрылись стеклянные двери за спиной Раенара Кириона. Несмотря на абсолютно не сексуальную, по мнению Эллины, одежду, он умудрялся выглядеть настолько соблазнительно, что его хотелось, если не съесть, то хотя бы надкусить. Оказавшееся по близости женское сообщество, по-видимому, готово было к этому приступить. Отвернувшись от гостя, Эллина закрыла глаза и глубоко задышала, стараясь успокоиться. Ей это удалось. Поэтому когда герцог к ней обратился, она обернулась к нему со спокойным лицом.

— Благодати Килах — боже, этот голос, словно он по коже проводит бархатом.

— Благодати всем его детям, сувар Кирион — сумела четко ответить Эллина и даже слегка поклониться — Чем обязаны? — в глазах было гораздо больше вопросов, чем было озвучено.

— Хочу поселиться в вашей гостинице — беспечно ответил Раенар — Я слышал так много… Хочу убедиться в этом сам. Вы против? — зеленые глаза сверкнули.

— Нннет — неуверенно ответила Эллина — Добро пожаловать в «Жемчужину» сувар — оглянувшись, она позвала одного из слуг — Рихар, проводи сувара…

— Я бы хотел попросить — мягко прервал ее Раенар — если это возможно — он взял ее за руку и попросил — устройте мне экскурсию по «Жемчужине». Прямо сейчас — и сказал он это таааак… И посмотрел он на нее таааак…

Эллине пришлось прикусить губу, чтобы привести себя в чувство.

Чтобы удержаться на плаву и не утонуть в зеленом омуте, она заставила себя вспомнить, как он в золотых цацках ее допрашивал. Это помогло. Немного.

Вырвав руку, величественным жестом она указала герцогу в сторону стойки с девушкой:

— Конечно, ваша светлость. Начнем, пожалуй, отсюда — она сделала знак парнишке, который нес котомки герцога, и шепнула ему «Десятый»

Обернувшись к девушке-портье, Эллина сообщила:

— Герцог Кирион, в десятый — та, кивнув, протянула ей что-то похожее на жетон.

Наконец она обратилась к Раенару:

— Ваша светлость это стойка регистрации. Здесь вы регистрируетесь, вам выдают вот этот ключ. Приложите к нему большой палец — герцогу протянули сероватый кругляшок на цепочке. Раенар внимательно осмотрел его. Магия присутствует, но немного. Чуть-чуть. Он послушно приложил палец. Жетон замерцал на несколько секунд и погас.

— Теперь этим ключом можете воспользоваться только вы — пояснила ему Эллина. Раенар только кивнул в ответ.

Девушка начала рассказывать: налево — ресторан, направо — администрация, впереди лестница наверх, там же лифт.

Раенар, указав на стеклянные двери за спиной, спросил:

— Это из вашего мира?

Эллина предостерегающе посмотрела на него и глазами указала на проходящих мимо. Раенар наклонился к ней и, касаясь горячими губами ее ушка, зашептал:

— Не волнуйтесь. Я накрыл нас Пологом.

Сначала покраснело ушко, затем начало краснеть лицо… Чтобы остановить этот процесс и прийти в себя Эллина развернулась и стремительно направилась к лифту.

Раенар шел следом. А по губам скользила довольная усмешка…

Дойдя до лифта Эллина была уже спокойна. Просто, она припомнила, кем доводится ужасный и кошмарный министр некоему сувару…

— Это лифт, то есть подъемник — вдруг подумалось, что очутиться в крошечном закрытом помещении, не самая лучшая идея. Надо было по лестнице…

— Лифт тоже из вашего мира? — полу-утвердительно спросил Раенар.

— Даа. Э-э. Ваша светлость, обращайтесь ко мне на «ты». Я ведь не из благородных…

— Ну что вы… — потянул герцог — Как я могу. Ведь вы единственный представитель вашего мира в нашем. Вы, можно сказать, получаете статус посла. Так что я никак не могу обращаться к вам как к простолюдинке — проговорил все это, глядя на нее своими горящими зелеными глазами Раенар.

И почему мне кажется, что говорит он одно, а подразумевает другое, размышляла Эллина, выходя из лифта.

— Сувар, можно задать вопрос? — чопорно попросила Эллина, идя по коридору.

— Задавайте — согласно кивнул герцог, и посмотрел, словно ожидал чего-то.

— Насколько я знаю, у вас прекрасный дом в Ларосе, полный слуг. Почему вы решили поселиться здесь? — было у нее предположение, что он просто собирается следить за ней.

И в чем-то она была права. Сувар Кирион точно знал, что делает. Ему нужно было находиться поблизости. Большой страсти между нею и ее целителем он не увидел, а значит, его можно обойти. Она достойна большего. И дать ей это сможет он, Раенар, а не какой-то «бузи».

— Да, дом есть — ответил он девушке — Но насколько я понял, именно здесь сосредоточено много из того что вы привнесли из вашего мира? — она кивнула — Вот я и надеюсь…, что в рамках нашего соглашения, — он снова окинул ее горячим взглядом — вы мне будете рассказывать обо всем. А что касается слуг…, я слышал здесь тоже неплохое обслуживание — вроде как сделал комплимент его светлость.

Они подошли к двери из светлого дерева с цифрой десять. Эллина показала, как нужно приложить ключ, чтобы дверь открылась.

— Насчет слуг…если позволите — она дождалась молчаливого согласия и продолжила — Вы ведь маг? — кивок в ответ — А зачем вам слуги? То есть…вы же сами все можете. Свет зажечь, еду приготовить, уборка… Ну, я, по крайней мере, слышала, что вы можете все это одним щелчком устроить. Тогда к чему армия слуг? — огромные карие глаза смотрели вопросительно.

— Ну не совсем так… — начал объяснять Раенар, разглядывая ее высокие скулы и необычные глаза — Я например, не очень хорошо справляюсь с водной магией. Нет, я могу кое-что, но это забирает много сил. Зачем утруждаться, когда вокруг много тех, которые легко с этим справляются? Поэтому во всех моих домах всегда присутствуют водники. И многие другие. Я действительно многое сам могу, но по статусу полагается иметь слуг, которые все сделают за тебя. Кстати, именно в дома дворян устраиваются многие выпускники Академии. Их там кормят, платят жалование… Ваш друг Баникер об этом забывает, когда презрительно отзывается о людях своего круга, утверждая, что они нещадно эксплуатируют немагов. Если бы все маги перестали содержать слуг и все делали сами, то огромное количество людей оказались бы на грани нищеты.

— А вы слышали, как он это говорит? — удивилась Эллина — То есть, он высказывал это вслух?

— Да уж. — усмехнулся Раенар — Вслух и в обществе, где к нему и так неблагосклонны. Его терпят исключительно из-за бабушки. Она, кстати, тоже маг, и у нее тоже слуги…

— Но ведь вы нанимаете только со средним даром. А «слабакам» отказываете — упрекнула Эллина. — А их, между прочим, тоже много.

— Чем сильнее дар, тем большую оплату требуют адепты — пожав плечами, ответил Раенар — Зная, что я могу заплатить требуемое, ко мне приходят те, кто посильнее. Тех, кто по слабее нанимают менее состоятельные. Так что никакой эксплуатации нет.

Эллина подумала, что с такой стороны этот вопрос ей Лаир не освещал. И если честно, она бы и сама поступала бы также. Ведь и в ее мире действует такой же закон. Чем выше специальность, чем больше опыт, тем больше шансов устроиться на работу. Если бы перед ней стоял выбор, то она тоже выбрала бы сильного специалиста.

— А что вы предложили моему алхимику? — спросил герцог, смотревший на нее все это время с легкой улыбкой. Эллина ответила недоумевающим взглядом.

— Алхимик Орил — напомнил Раенар — Когда я возвратился в Ларосу, он пришел ко мне и заявил, что ушел из моего дома, поскольку нашел новую работу. Так чем же вы его увлекли? — повторил он свой вопрос.

— Я ничем его не увлекала — ответила удивленная Эллина — Я даже не знала, что он работал на вас. Он пришел ко мне, услышав, что я ищу алхимика и предложил свои услуги. Честно говоря, мне ему и платить нечем — девушка ошарашено на него посмотрела — Зачем он ушел от вас? Он сейчас получает гроши… — попаданка не знала, что и думать.

— Не волнуйтесь так — успокаивающе произнес герцог — Он заработал достаточно за время своей работы на меня. Орил одинок и может себе позволить заниматься тем, чем хочет — и вдруг поменял тему разговора — А где мои вещи? Куда делся тот парнишка?

— Оо, прошу сюда. Они здесь — Эллина прошла в спальню и открыла дверцы шкафа. Там действительно была развешана мужская одежда. Эллина стояла спиной, держась руками за дверцы, когда позади нее очутилась мощная фигура. Раенар накрыл ее руки своими. Эллина могла лишь беспомощно смотреть, как ее белые маленькие ладони полностью скрылись под его загорелыми руками.

— Значит, доступ к комнате имею не только я — промурлыкал хрипловатый голос над ее ухом.

Эллина с трудом удержала стон. «Ходячий тестостерон» обозвала она его про себя. Проскользнув у него под рукой, она отошла на безопасное, по ее мнению, расстояние. Хотя потом поняла, что безопаснее всего было бы в другом измерении.

— Слуги имеют доступ ко всем комнатам — объяснила девушка обернувшемуся герцогу — Это необходимость. Им же нужно прибраться…и все такое… Вы меня извините, сувар, но мне нужн… — она собиралась под каким-нибудь предлогом сбежать, но ей не дали.

— Сува Эллина вы обещали экскурсию — напомнил ей Раенар своим бархатным голосом — Расскажите-ка мне, как пользоваться ванной — попросил он, открывая дверь в ванную.

Он что издевается, с ужасом подумала Эллина, но покорно шагнула в дверной проем.

Следующие полтора часа стали испытанием для ее выдержки и нервов.

Каждая фраза благородного сувара звучала настолько двусмысленно, что заставляла ее надолго задумываться над ответом. Она чувствовала себя тугодумкой.

Что, например, ответить высокородному нахалу, который с самым серьезным лицом спрашивает как бы ему узнать — вдвоем в ванне можно поместиться или нет?

Или просит ее улечься рядом с ним на кровать, чтобы он смог оценить удобство матраса, когда на нем лежат двое.

Многие его вопросы звучали почти интимно, но глаза смотрели так серьезно, что Эллина не знала как огрызнуться в ответ и не оказаться в неловком положении. Эта сволочь вполне могла невинными глазами заявить, что его неправильно поняли. А перемежалось все это вполне нормальными вопросами…, например о диванах, креслах, прозрачных стеклах.

Сбитая с толку, она чуть не оплошала… Когда он спросил, про ее вчерашнее платье «такие носят в ее мире?», она ответила что у них носят гораздо короче. А когда он спросил насколько короче, она начала поднимать юбку… Опомнившись, она отпустила подол и, вспыхнув до корней волос, руками показала на уровне колена…

Так этот наглец, заявив, что послы обязаны носить традиционную одежду своей страны, а в ее случае — мира, и предложил, глядя на нее бесстыжими глазами, укоротить юбку до указанной длины одним щелчком.

— Ээээ… Боюсь, что это будет неадекватно воспринято моим окружением — нервно ответила девушка на столь интересное предложение.

— А почему весь персонал одет в серое? — спросил Раенар, перескакивая на серьезную тему — Это ведь траурный цвет.

— Он же светло-серый и там много розового — защищаясь, сказала Эллина — У вас почти все цвета заняты дворянами. Серый цвет оказался не занят, поэтому я его использовала.

Она вспомнила, какой вой подняли девицы, когда она показали им форменную одежду. Это было светло-серое платье с бледно-розовым передником. После их долгого нудения по поводу цвета, отсутствия рубахи, срамного фасона Эллина разозлилась и заявила — это форменная одежда и пока они здесь работают, будут носить именно ее. После рабочего дня хоть обматывайтесь своими рубахами… С парнями оказалось проще. Они спокойно оделись в предложенные им бледно-розовые рубашки и светло-серые брюки с жилетом вместо колета. Как выяснилось, девушки зря третировали фасон платья. Многие их подружки с завистью поглядывали на них, когда те появлялись в форме за пределами «Жемчужины». К тому же это было намного практичнее, чем белая рубаха, которая быстро пачкалась во время уборки.

— Эллииина — хрипловато протянул Раенар, опять введя в ступор попаданку своим переходом от серьезного к игривому — Какое интересное имя. Что оно означает?

Но тут Эллине вдруг захотелось стукнуть себя по голове…

Боже, боже, боже! У нее был такой шанс назваться другим именем…

Только эта мысль ооооочень запоздала.

Дело в том, что Эллина ненавидела свое имя…

Еще когда она была маленькой, она несколько раз слышала историю о том, как ее мама, увлеченная тогда древнегреческими мифами, хотела назвать дочь Афиной. Отец и бабушки с дедушками воспротивились. В итоге, после долгих споров, было решено назвать девочку Эллиной.

Когда первоклашку Скворцову ее первая учительница назвала Эллочкой, та поднялась с места и попросила не называть ее так. Учительница это учла и запомнила. Но дети это тоже запомнили. И в пылу очередной ссоры девочка часто слышала обидное Эллочка, что заставляло ее с яростью бросаться на обидчика…

Когда Эллина, после переезда к родителям, сменила школу, она уже была умнее и при знакомстве назвалась Леной. Имя не закрепилось за ней. Учителя называли ее Эллиной, а следом за ними и все остальные тоже. Теперь когда ее называли Эллочкой, Скворцова просто молча скрипела зубами.

В институте она попыталась назваться Линой, но там повторилось то же, что и в школе.

А вот когда один сокурсник принес книгу, на обложке которой была изображена девушка как две капли воды похожая на Эллину, только с удлиненными ушами, ее тут же прозвали Эльфочкой.

Эллина, и так не особо общительная, окончательно замкнулась в себе.

Вспоминая все это, Эллина ругала себя последними словами. Ведь она, попав сюда, могла назваться любым именем. Наташа, Светлана, Оксана, Елена…

Но понимала, что в тот момент ей просто было не до этого. Ведь тогда для нее важнее всего было оказаться дома. Там где ее ждал Руслан…

Она вдруг подумала, что уже давно не вспоминала о нем.

Если не считать тех дней, когда она почти умирала от осознания, что не сможет вернуться…

Тогда она попрощалась со всем, что осталось там…

И с ним…

Но ведь и не вспоминала…

С тех пор как она решила обустроиться в этом мире, она настолько ушла в заботы, что перестала вспоминать, или мечтать.

Она попыталась вспомнить лицо Руслана и…не смогла. Она помнила его глаза, его улыбку, жест, которым он лохматил волосы… По отдельности… Но вспомнить его целиком не получалось…

Посмотрев на Раенара затуманившимися глазами, она пробормотала что-то про дела и ушла.

Герцог не стал ее удерживать…

Нельзя слишком сильно давить…

Раенар улыбнулся.

Она уже почти сдалась…





41 глава




Эллина сидела в кабинете и рассматривала бумаги, на которых были расписаны затраты.

Она аккуратно вносила в сшитую ее большую тетрадь расходы. Не имея понятия о ведении бухгалтерии, она, тем не менее, справлялась с учетом. В библиотеке, где она работала, тоже ведь велся учет… Вот она и использовала те свои знания, немного подкорректировав их.

Хорошо было то, что в этом мире, по крайней мере в Ристаларе, все умели читать, писать и немного считать. Благодаря этому Эллина смогла доверить некоторые закупки одной смышленой девчушке, намереваясь скоро сделать ее своей помощницей.

Перенося очередную цифру владелица «Жемчужины» нахмурилась.

Нет, это, ни в какие ворота не лезет. Ну как можно тратить такие бешеные деньги на мясо. Как животное может почти сравнятся по цене с золотом. Тем более такое уродливое. Эллина передернула плечами, вспомнив, как здесь выглядит эта самая мясная порода. Ей продемонстрировал это чудо один из «свечек», которому повезло в жизни лицезреть ЭТО. Что-то похожее на зубра, но мордой пострашнее. С длиной шерстью, свисающей неопрятными клочьями. С огромными витыми рогами. Фу! Гадость.

Что самое интересное молочная порода выглядела как обычная буренка. Только мясо ее было настолько жестким, что ее никогда не резали на мясо.

Когда Эллина начала интересоваться мясной темой, выяснилось много интересного, если не сказать странного.

Мясную породу разводили только в одном месте.

Как только животное выводили за пределы определенного района, оно начинало терять свои свойства, и даже погибать.

Утверждалось, что на разведение такого скота требуются огромные затраты магии и средств. Именно этим объяснялась столь высокая цена.

Черт бы побрал этот дурацкий мир! Все наперекосяк!

Скрепя зубами пришлось вписывать цену в расходы.

В дверь постучались.

— К тебе можно? — спросил Лаир, приоткрыв дверь.

— Конечно, проходи — пригласила Эллина.

Лаир вошел, и устало опустился в кресло для посетителей.

— Устал бедненький? — участливо спросила его девушка.

— Вы женщины странные существа — неожиданно произнес Лаир, и пока Эллина удивленно хлопала глазами, продолжил — Вот объясни мне… Пока я бегал от Лиании, стараясь не обнадеживать ее, пытаясь сделать все, чтобы она меня забыла, она буквально не давала мне проходу. Куда бы я не пошел, везде появлялась… А теперь?

— Что теперь?

Лаир облокотился на ее стол.

— После того как мы с тобой обнаружили сколько я сумел заработать… А потом я прикинул, сколько еще смогу… В общем я в тот день вертелся вокруг Лиании как лисианский уж вокруг песчанки. И что же? Она шарахается от меня… Она уже и бабушке заявила, что хочет отправиться домой… Ну как это понимать? Я же знаю… Я чувствую, что она ко мне неравнодушна… — Лаир непонимающе покачал головой — Одним словом — женщины! — подвел он неутешительный итог. И смотрел на Эллину жалобно, словно спрашивая «что мне делать?»

Эллина задумалась.

— Знаешь — осторожно начала она — Есть у меня предположение одно… — Лаир весь подался вперед — Но только ты не воображай, что все твои проблемы просто так решатся… — барон нетерпеливо мотнул головой — Ну в общем, я думаю, что Лиания думает…эээ… Короче, кажется, она решила, что ты влюблен в меня — махом выложила свою мысль попаданка. Хотя мысль впрочем, была не ее, ей наблюдательный Эрик подсказал. — Она как раз приходила ко мне и просила чтобы ты немного отдохнул…, говорила, что плохо выглядишь. А когда я побыла у тебя, ты сразу начал крутиться вокруг нее… Она, наверное, решила, что ты это делаешь только по моей просьбе. В общем, тебе необходимо убедить ее в своей любви. Ну и как-то объяснить, почему ты все это время от нее бегал.

Лаир впал в глубокую задумчивость. Эллина ему не мешала.

Через некоторое время он выдал:

— Да. Ты права. Надо ей все объяснить. Расскажу, из-за чего не мог на ней жениться…

— И что именно ты скажешь? — подозрительно спросила Эллина.

— Скажу как есть. Она из бедной семьи и…

— О боже. Только не это — простонала Эллина — Ты с ума сошел? Это же унизительно для нее.

Лаир насупился:

— Я врать не буду.

— Ну не ври, а скажи, что не хотел портить ей будущее. Что из-за того что ты беден и не мог дать ей ничего, ты убегал от своей любви к ней. Скажи, что безмерно страдал, но хотел сделать лучше для нее…

— Ну…,в общем так оно и есть — немного удивленно пробормотал Лаир.

— Тогда и скажи ей все это… И побольше романтики — посоветовала Эллина напоследок.

Лаир отправился к Эрику, с которым они очень плотно сотрудничали, пообещав вернуться вечером, на представление.

После ухода неромантичного барона, Эллина докончила подсчеты и собиралась пойти перекусить, когда к ней, совсем как недавно Лаир, постучался Нарис.

Эллина пригласила его в свою гостиную. Там усадив его на диван, пристроилась рядом с ним, и проговорила:

— Ну, рассказывай что случилось — то что, что-то случилось, она уже поняла по расстроенному лицу целителя.

Когда Эллина оказалась в опасности, Нарис забыл про все свои проблемы, но как только у нее все наладилось, они навалились на него вновь.

— Что-то с Меларой? — спросила его девушка. Он, слабо улыбнувшись, покачал головой.

— Нет. Все в порядке. Просто нам пришлось отправить к ксан-целителям еще одного больного — Нарис встал и начал ходит по комнате — У нас не хватает знаний… Мы как слепые котята. — с досадой восклицал он — Если мы точно знаем что за болезнь, мы хотя бы можем попытаться… А так… — он снова сел на диван, и облокотившись на колени, схватился за голову — Зря мы в это ввязались. Ничего не выйдет — в голосе звучало отчаяние.

Эллина не знала, что ему ответить. В последнее время у нее тоже начали появляться сомнения. Разговорившись однажды с бабушкой Лаира, она узнала, что мало иметь дар целителя. Оказалось нужно несколько лет учиться, чтобы стать полноценным врачевателем. Эллина знала, что никто из работающих в данный момент в терсе не обладает этими знаниями. Скорее всего, им придется довольствоваться теми же больными, которые обращались к ним раньше. Кажется, правы были те, кто утверждали, что они будут лечить за крынку молока.

Эллина вздохнула. Она положила ему голову на плечо и спросила:

— Нарис, а чем болеет мать Эрика?

Нарис усмехнулся:

— О Килах. Что у тебя за манера говорить…? Начинаешь тебе что-то рассказывать, а ты вдруг задаешь вопросы, которые и близко к теме не стоят…

— Но ты же знаешь, что я это делаю не просто так — заявила Эллина.

— Знаю — ответил с улыбкой Нарис, а потом посерьезнел — Мать Эрика болеет давно. Они потратили все, что у них было на ее лечение.

Эллина смотрела вопросительно.

— Хочешь спросить, что у них вообще было? — догадался Нарис — Придется рассказать сначала. Мать Эрика, сани Теланея, была певицей. Оооо! И какой певицей! — Нарис смотрел вдаль, вспоминая — Ее приглашали в самые именитые дома, на самые важные приемы. Все восхищались ее талантом. У нее было море поклонников. Даже дворяне предлагали ей брачные браслеты. Но она выбрала капитана Дина. Тот боготворил свою жену. Они оба любили друг друга. Он даже перестал выходить в море, чтобы подольше оставаться с женой и тремя сыновьями. Но все это развеялось в один из вечеров. Теланея с мужем возвращались после очередного ее концерта, когда к ним подошли трое с приглашением выступить в соседней таверне. Несмотря на то, что им объяснили, что певица устала, что уже темнеет, и что дома дожидаются дети…,эти трое не отступали и уже грубо начали тянуть ее в сторону таверны. Тогда капитан начал отшвыривать подонков… Началась драка… В этой драке и был убит отец Эрика. Он истек кровью на руках у жены. Сани Теланея от горя впала в кому. Она очень долго не приходила в себя. Для нее вызывались лучшие лекари. Они смогли немного подлечить ее. Тогда их дом был достаточно состоятельным. Но все что у них было, пришлось пустить на лечение. Директор, который устраивал представления Теланеи, до последнего надеялся, что она выздоровеет и вернется на сцену. Только целители произнесли свой приговор — она потеряла голос. После этого интерес к ней угас. Ее так и недолечили. Из приморского Элора они перебрались сюда. В Ристу ведь без специального разрешения не поселишься. А здесь в Ларосе есть ксан-целители… С нею рядом остался только тринадцатилетний Эрик. Он сделал все что смог. Но большая часть их сбережений уже была потрачена. Так что и здесь никакого лечения они не дождались. Кому нужна певица, которая не поет… Пока Эрик подрос и смог хоть что-то зарабатывать, они проели жалкие остатки состояния родителей.

— Когда это случилось? — голос Эллины от переживаний, звучал хрипло.

— Семь лет назад — с грустью в голосе ответил Нарис — Младшему брату Эрика было тогда всего несколько месяцев.

— Она потеряла голос и что…это считается болезнью?

— Прости, я не все объяснил. Она не может долго находится на ногах, у нее начинается удушье, может упасть в обморок…

— Значит, и вы не можете ее вылечить?

— Кажется, я вообще все неправильно тебе объяснил — вздохнул Нарис и принялся втолковывать ей — Физически она не больна. Ее вылечили еще тогда. Это длилось полгода. Каждый приход целителя оплачивался, как ты понимаешь из сбережений Динов. Но следил за всем этим директор Теланеи. Затем выяснилось, что она осталась без голоса, и директор их бросил. Зачем тратить время и силы на того, кого в дальнейшем он не сможет использовать? Эрику пришлось заниматься всеми делами самому. Младшему брату тогда не было еще и года. Братьев нужно было кормить, одевать, ухаживать за лежачей матерью, покупать еду и многое-многое другое… Эрика тогда не раз обманывали. Ведь когда кончились деньги, ему пришлось продавать кое-какие вещи. Короче, проблема сани Теланеи в душевной болезни, а значит, лечит ее, могут только менталы. А это очень дорогое удовольствие… Поэтому сани Теланея уже семь лет не выходит из дома. Но теперь у Эрика появилась надежда… Он ведь начал неплохо зарабатывать. Может и получится пригласить к ней ментала.

Эллина представила эту картину: женщина, пережившая трагедию, с трудом вышедшая из комы, которая понимает, что из-за нее ее дети бедствуют… Эта женщина уже семь лет не выходит из дома… Да какой там дом?! Она ведь видела эту хибарку. Итак, она семь лет прозябает в полузатопленной лачужке… А-А-А-А-А-Афигеть. Да ей не один ментал понадобится. Эллина задумалась… Может женщина и сама сумела бы справиться со всем…? Хотя бы ради детей… А почему бы и нет?

— Значит, она физически здорова — медленно проговорила девушка — Вполне возможно, что у нее просто депрессия.

— Что у нее? — переспросил Нарис.

— Депрессия — повторила Эллина — У нас этим словом обозначают душевное утомление…, ну или что-то в этом роде. — пройдясь по комнате, девушка продолжила — Ты знаешь, можно попробовать ее вылечить… — Нарис ответил скептическим взглядом.

— Без ментала это невозможно — категоричным тоном заявил он.

— Пойми ты, Нарис, она семь лет просидела взаперти. Последнее что она помнит это смерть мужа. Она, наверное, чувствует свою вину за свою болезнь, которая привела ее семью к нищете — Эллина снова прошлась по комнате — Ее надо было вытащить из дома, заставить что-то делать, дать ей почувствовать, что она нужна…

— Ты меня совсем не слушала — с досадой произнес Нарис — Она не может долго находиться на ногах — громко и четко проговорил он.

— Но ведь физически она здорова — возразила Эллина — ты сам говорил. Если ее встряхнуть и показать ей жизнь снаружи, то она скоро начнет и ходить и дышать — и видя что целитель собирается ей возразить, продолжила — А насчет того что она не держится на ногах… Так есть специальные кресла-каталки. Я наброшу эскиз…, уверена наш гений сам быстренько соберет этот агрегат — уверенным тоном закончила Эллина.

Нарис некоторое время, молча, смотрел на нее.

— Кресло-каталка? — с сомнением спросил он. Эллина кивнула и ушла в кабинет делать набросок.

Когда она закончила рисунок, она показала его Нарису и сказала:

— Я попрошу Эрика привести ее сюда. Скажу, что нужно консультировать Олиату — встретив непонимающий взгляд, пояснила — Ну, помнишь, ту девчушку, которая у меня поет… Понимаешь, когда человеку говорят, что он нужен, что без него никак…, это большой стимул.

— Ты думаешь, она решит, что она нужна…, потом будет ход…эээ…ездить сюда…

— Она окажется среди людей, от нее будет что-то зависеть… В общем это будет жизнь, а не прозябание — провозгласила Эллина — Возможно, это поможет… Но даже если нет…, пусть она хотя бы начнет жить, после семи-то лет заключения…

У Нариса загорелись глаза. У него появилась возможность спасти человека…, ну или, по крайней мере, попытаться…

В этом был он весь. Пропитан духом целительства. Для него было делом жизни лечить людей.

Эллина была жутка зла на этот мир, в котором человек стремящийся делать благо, не получал такой возможности.

Хотя такое можно встретить не только в этом мире…





42 глава




Эллина сидела с друзьями в королевской ложе «Театра Ларосы».

Сегодня снова был день триумфа.

В Ларосу возвратились самые богатые, родовитые и владетельные…

И сочли возможным спуститься в Нижний город, дабы наблюдать невиданное ими до этих пор…

Эллина перед началом представления шепнула Лаиру, что знает теперь как отличать самых-самых… На боку у них висели короткие мечи, с рукоятками и ножнами, отделанными драгоценными камнями и золотом. Если пересчитать стоимость металлов, золота и камней, то выходило что на поясе висит целое состояние.

Попаданка поинтересовалась не боятся ли они грабителей. Ей ответили, что на мечи заложены такие заклинания, что любого грабителя развеет прахом…

Эллина начала разглядывать толпу, снующую внизу. Ее так и подмывало ткнуть мордой Лаира в представшую перед ней картину… Чего, спрашивается, он так на нее разорался, когда увидел, что она одета не как ристаларка?

Если бы она оказалась сейчас среди них, в тогдашнем своем наряде, она не особо выделялась бы… Здесь конечно было много одетых по-ристаларски. Но были девушки одетые в платья. И даже парни на которых вместо колетов были жилетки. Эллину это смешило до колик. Это же надо — униформа для ее персонала, можно сказать, стала одеждой от кутюр. Правда, расцветки были самые разные. Растительные краски хоть и не давали четкой окраски, как минеральные, но были мягкими и приятными для глаз.

На днях Эллина увидела на рынке двух девиц. Одна из них, одетая в ярко-желтый колет и ядовито зеленую юбку втолковывала другой, показывая на прилавок с тканями, что не стоит тратить свои деньги на эти дешевки. Возмущенная Эллина не удержалась и довольно громко возразила девице, что благородные никогда не надевают одежду таких крикливых расцветок. Если уж на то пошло, то именно эти цвета ближе к благородным, чем тот светофор, что она нацепила. Что такое светофор девица, кажется, не совсем поняла, но то, что она видела перед собой, ее немного тормознуло. Эллина, одетая в широкую юбку-брюки темно-сиреневого цвета и в бледно-лиловую блузку была необыкновенно хороша.

Видимо ее выступление и вид произвели нужное впечатление, потому что сегодня она ни заметила ничего ядовитого окраса.

А еще Эллина готова была поспорить, что на многих девушках белье почти такое же как и на ней. Кира рассказывала ей, что их пошивочный дом буквально завален заказами на нижнее белье а-ля Эллина.

Именно из-за того что Эллина всю свою одежду заказывала в «ателье», в котором работала Кира, они стали очень популярными. Видящая суть со смехом рассказывала ей, что у них уже есть подкупленные, которые обязаны скопировать все, что заказывает владелица «Жемчужины»

Жизнь Киры теперь была устроена как нельзя лучше. Хозяйка дома сделала ее своей помощницей и взяла в долю. А в свободное время Кира отправлялась в терсу, где помогала готовить леченые мази и настои, применяя свой дар.

Эллина, закончив разглядывать толпу внизу, принялась за тех, кто рассаживался в ложах. Хозяйка вечера мысленно потерла ручки. Ни одного пустого места. Несмотря на то, что она взвинтила цены. Теперь она сможет выплатить большую часть своих долгов. Мало того… У нее не было отбоя от тех, кто хотел получить доступ к ее ложе.

Эллина простодушным видом объявила им, что поскольку ложа королевская, то сидеть в ней может только король. Ну а так как в данное время его величество отсутствует, его владелица оставляет за собой право смотреть отсюда представление и приглашать друзей.

Глядя со своего места на сидящих в ложах высокородных, Эллина мысленно показала им язык. А потом со вздохом подумала «Я, кажется, от Лаира заразилась. Он тоже вечно как дитя радуется, когда удается хоть чем-то досадить высшему свету.»

Но вот в зале приглушили освещение…

Полилась тихая музыка…

Все устремили взгляд на сцену, забыв о своих проблемах и заботах…

Вот Нарис, например…

Вчера в Ларосу прибыли последние ксан-целители… И теперь у него уже почти не осталось сомнений, что все их пациенты вернутся к ним. А ему и его друзьям в терсе остается лечить бедняков за медяки. Одно хорошо — лекарства, которые могут долго храниться, расхватываются как горячий хлеб утром. Это позволяет оставаться в Среднем городе, но хватит ли этого, чтобы обеспечить привычный образ жизни для Мелары?

Правда, сейчас все это было вытеснено печальной музыкой, которая заставляла плакать и сострадать…

А вот Лаир…

У него хорошее настроение. Кажется, он уже объяснился с Лианией…

Но у него другие проблемы.

Он был лучшим адептом в Академии. Он много учился и узнавал. Именно это помогло ему сделать то, что никто еще не делал. Накопители, которые выпускали необходимую энергию необходимой силы. Он просидел почти декаду в лаборатории. Ел перекусами, спал урывками, но сделал то, к чему подтолкнула его пришелица с Туманной Земли. Но он понимал, если и не любой артефактник, то уж магистры точно, смогут разгадать формулу настройки кристалла… И тогда он уже не будет единственным… Он будет одним из многих…

Но когда рыдающая дева умоляла Килах вернуть ей возлюбленного с ратного поля, этим мыслям не осталось места, ни в голове, ни в сердце.

Эрик… Когда он сегодня пришел, он первым делом обнял Эллину и тихо поблагодарил. И хотя он не распространялся, она поняла, что это — за кресло-каталку.

Эрик очень изменился. Он чаще улыбался. А перестал он улыбаться с того дня как ему сказали о смерти отца. Отчаяние, которое он прятал глубоко внутри себя, ушло. Его место заняла надежда. Он перестал выглядеть потрепанным и нищим.

Его семья перебралась в Средний город и теперь они были представителями среднего класса. Как когда-то…, когда еще не случилась главная трагедия их жизни.

У его среднего брата Эрана, был дар алхимика. Это грело душу. Ему пока только двенадцать, но когда он поступит и закончит Академию, его дар поможет семье прокормиться. А пока он был на подхвате у алхимика Эллины, Орила.

Да теперь у него почти все хорошо…

Но было кое-что… Ему нужны были металлы… Любые. Хоть немного.

Когда-то он был уверен, что сходит с ума или его забирает Тьма. Каждую ночь ему снились сны, в которых что-то крутилось, вертелось, что-то за что-то цеплялось и вертело, а это в свою очередь вертело другое. Каждую ночь, просыпаясь после такого сна, он молился, чтобы то, что должно с ним произойти, случилось позже. Если я сойду с ума или умру, что будет с моей семьей вопрошал он небеса и молил об отсрочке, пока не подрастет брат-алхимик. И только когда появилась в его жизни посланница Килах, он понял то, что снилось ему не проклятие, а благо. Все что он видел во снах, были механизмы. И когда перед ним ставили задачу что-то изобрести, ему даже не приходилось задумываться над этим. Это все у него уже было в голове.

Это все было прекрасно… Но он ничего не мог создать из-за металлов. Точнее из-за их отсутствия. Или дороговизны. После рассказов Эллины о своей родине у него появилось столько задумок…, но все бесполезно, когда отсутствует материал. Правда Эллина посоветовала по возможности заменять металлы на другие материалы. Но это все не то… Например, петли на дверцах шкафов, которые он сделал из более жесткой части Чунара. Они слишком хрупкие и их приходится часто менять. В Ристаларе вообще не делали шкафов с дверцами. Это был каприз Эллины, которая заявила, что у нее они будут именно такими… Даже если каждый день придется менять петли… Меняли их, конечно, не каждый день… И все таки это было не то…

А вот если бы у него был бы металл, он создал бы многое из того о чем рассказывала его подруга с раскосыми глазами.

Вот только думать об этом, когда на сцене шло воссоединение влюбленных, не удавалось…

Все были заворожены тем, что происходило перед их глазами…

Все.

Кроме Эллины…

У нее все силы уходили на то чтобы не рассмеяться…

Нет, актеры играли превосходно. Она не зря обегала всю Ларосу, чтобы найти таких… Это была семья. И они прекрасно дополняли друг друга. Отец, он же и хозяин бродячего театра, играл на всех известных инструментах и немного сочинял. Его жена, обладая даром иллюзии, создавала костюмы для актеров. Иллюзорные. Потому что денег на сверхдорогие цветные ткани естественно не было. Эти двое иногда играли второстепенные роли. Их девятнадцатилетняя дочь играла все главные женские роли. Не обладая броской красотой, она, тем не менее, так преображалась на сцене, что могла сыграть любых красавиц. Был с ними и парень, которого они когда-то приютили. Этот симпатяшка тоже был прекрасным актером. Парень и девушка были влюблены друг в друга, так что любовные сцены им даже не приходилось играть. Станиславский бы сказал «Верю!»

В общем актерская работа была на высоте. Не придерешься.

Но вот картины создаваемые «свечками»!!! Все было неплохо… Если не считать батальных сцен.

Поскольку «свечки» могли показывать только то, что видели, то войну, драки, убийства, с которыми они никогда не сталкивались, они изображали, задействовав все свое воображение…

Выглядело это до того комично, что Эллина хрюкала уткнувшись в ладони. Военные сцены перемежались со сценами, где героиня мужественно противостояла всем невзгодам. В этих промежутках Эллина вытирала выступившие слезы, успокаивалась и обещала себе, что больше не будет смеяться. Но как только декорации сменялись, и начиналась войнушка, в которых персонажи как в школьных спектаклях картинно и нелепо падали или по-дурацки умирали, в королевской ложе кое-кто начинал давиться от смеха.

Сама себе она объясняла это нервами…, реакцией на стресс. Но предположила, что такое объяснение вряд ли устроит участников спектакля.

В итоге, боясь обидеть своих ребят, Эллина просто сбежала…





43 глава




— Ты смеялась! — возмущенно восклицал Лаир.

— Да нет, что ты — не очень уверенно отпиралась Эллина. — А как у тебя дела с Лианией? Вы уже помирились?

— Не пытайся поменять тему — недовольно прикрикнул на нее Лаир — Как такое вообще возможно? Над чем именно ты смеялась? — от сдерживаемых эмоций у него заходили желваки на лице.

Представление уже закончилось, и друзья собрались в ресторане за столом, укрытым ширмой.

Сюда же направился почти весь бомонд, который был в театре и трапезничал в данный момент.

Эллина шикала на разбушевавшегося Лаира, показывая глазами на окружающих. На что ей прошипели, что здесь установлен амулет, и их никто не слышит. Но видеть-то, как ты бушуешь — продолжают, меланхолично подумалось девушке.

Нарис и Эрик спокойно ужинали, не обращая внимания на жестикулирующего барона.

А тот возмущенно продолжал, не давая попаданке нормально поужинать:

— Нет, ты мне объясни, где нужно было смеяться? А то я этот момент как-то пропустил. Это наша культура, наше наследие, а ты ухмылялась… Да тебя за это отодра…

— Барон Баникер, я понимаю, ваше трущобное прошлое позволяет вам обходить некоторые правила этикета, но мой долг предостеречь, что сейчас вы переходите границы — все буквально вздрогнули, увидев рядом со столом герцога Кириона. Никто не заметил, как он очутился так близко.

— Вы по самонадеянности решили, что вот это — на стол положили что-то круглое — поможет оградить сидящих здесь от прослушивания. А вы, между прочим, даже не заметили, когда его сняли. Я накрыл этот стол и ширму Пологом, так что отныне окружающие будут слышать только упоминания о погоде и расспросы о здоровье. И, кстати, если с ним попытаются сделать хоть что-то, я буду это знать, где бы я не находился. Но, несмотря на это я бы попросил вас — тут герцог оглядел всех ребят — относится к суве Эллине со всем уважением. Она прибыла к нам из другого мира. Она иномирянка — иномирянка ахнула, а Раенар невозмутимо продолжал — И как представитель своего мира она получает статус посла. Но даже если бы она была с Туманной Земли, как тут некоторые думают, даже в этом случае к ней должно относиться как к послу, со всем уважением. Вас Баникер должны были этому научить. Я уверен ваша бабушка приложила все силы, чтобы сделать вас воспитанным и образованным. Несмотря на так лелеемые вами обиды на прошлое…

Сидевших за столом буквально отчитали как детей, но на это мало кто обратил внимания. Пока герцог раскрывал некие тайны, Лаир спросил взглядом «Неужели это правда?», а Нарис также молчаливо ответил «Да!».

И вот когда Раенар закончил говорить, за столом воцарилась тишина.

Затем кое-что произошло…

Лаир обернувшись к Эрику, обвиняюще произнес:

— Ты знал!

— Догадывался — лаконично ответил тот.

Лаир снова повернулся к Эллине и восторженно спросил:

— Так это правда, ты из другого мира?

Эллина кивнула, хотя честно говоря, ей, в данный момент, хотелось превратиться в змеюку, чтобы шипеть и плеваться ядом. Желательно в большую змеюку, чтобы одного самовлюбленного герцога одним плевком оплевать.

Лаир между тем продолжал пребывать в нирване:

— Ты должна мне все рассказать.

— Я тебе уже все рассказала — отрезала Эллина.

— Когда? — изумился барон.

— Перестань прикидываться дурачком и подумай сам — уже открыто огрызалась Эллина — Учитывая, что на вашей Туманной я никогда не была, значит, я все это время рассказывала о своем мире.

Остаток вечера прошел перед девушкой как в тумане…

Когда, наконец, друзья распрощались, и Эрик буквально утащил продолжающего восторгаться Лаира, Эллина, не говоря ни слова, устремилась в кабинет. Она чуть ли не бежала, а герцог шел рядом, вальяжной ленивой походкой, умудряясь при этом не отставать.

Ворвавшись в кабинет, Эллина заметалась по комнате.

— Зачем вы это сделали? — возмущенно выкрикнула она, хотя с языка просились совсем другие слова.

— Мне дозволено будет присесть? — иронично спросил Раенар.

Девушка, молча, кидала на него гневные взгляды, боясь, что если откроет рот, то некий сувар услышит о себе много нелицеприятного.

Раенар не обращая внимания на прожигающие его глаза, опустился в кресло и с удовольствием вытянулся.

— Надо мне заменить кресла в своем доме на такие же. Эти очень удобные — герцог, скрестив свои длинные ноги, прикрыл глаза.

— Может, все же ответите на вопрос, зачем вы это сделали? — Эллина с трудом удержалась от того чтобы не надеть ему на голову вазу с цветами, стоявшую на подоконнике.

— А что я сделал? — приоткрыв глаза, спросил в ответ Раенар — Просто сказал им чтобы вели себя более вежливо. Я же для вас старался. Кто такой Баникер, чтобы отчитывать вас, или в чем-то упрекать?

— Это не имеет значения — чуть не плача сказал Эллина — Мы с ними очень подружились, и говорим друг другу все, что считаем правильным. Я спрашивала, почему вы им рассказали о том, что я из другого мира? Ведь вы их подставили под удар. Хватало того, что Нарис обо всем знал. А теперь и эти двое. — девушка сжала кулачки — Вы подумали что с ними сделает ваша служба дознавания?

Раенар весь напрягся и выпрямился в кресле.

— Кажется, вы меня не совсем поняли — холодно и жестко проговорил он — Я же обещал вам свою защиту. Она распространяется и на ваших друзей. Я человек чести и то, что я обещал — я выполню, даже если на кону будет моя жизнь.

Эллина обхватила себя руками и отвернулась к окну.

— Как-то я очень захотела пирожное — голос прозвучал тихо — Моя мама готовила его божественно. Она пообещала мне, что когда я приду с работы, меня будет ждать накрытый стол… Только когда я пришла, меня ждало нечто другое… Дом стоял темный… Пустой… Я была очень удивлена, потому что если родители не уезжали с ночевкой, то старались к моему приходу быть дома… В этот момент в дом постучали… Участковый попросил меня поехать на опознание — ком в горле не давал говорить, с трудом сглотнув, девушка продолжила — Видите ли герцог Раенар Кирион, моя мама не смогла в тот день выполнить свое обещание… А ведь это было всего лишь пирожное… Даже то, что я оказалась в этом мире, говорит о том, что многое нам неподвластно…

Раенар не смог оставаться на месте. Он подошел к ней и повернул ее к себе:

— Мне очень жаль твоих родителей — сказал он, взяв в ладони ее лицо и большими пальцами смахивая слезинки — Я тебя понимаю, ведь я тоже потерял родителей. Я хочу, чтобы ты знала, я все сделаю, чтобы ни ты, ни твои друзья не пострадали от Ксанта. Ты мне веришь? — потемневшие зеленые глаза смотрели пристально, словно боялись что-то упустить… — Веришь?

Эллина подумала, что глаза слишком близко… В них сверкали золотые искорки, которые сбивали с толку… И во взгляде был призыв…

— Да — тихо прошептала она… Только не совсем поняла, чему именно она сказала «да». Все запуталось…

В саду зажглась подсветка и комнату, которую наполняли сумеречные тени, залило тусклым светом.

Эллина вздрогнула. Она отвернулась, и хлопком активировав светильники, опустилась в свое кресло. Раенар остался стоять у окна.

— Я вам очень благодарна, ваша светлость — дрожащим голосом проговорила Эллина — Будем надеяться, что вам не придется прикладывать усилия, спасая нас… — девушка подумала, что она что-то не то бормочет. Сделав усилие она продолжила — Но все же, я прошу, больше никому ни слова…

Герцог улыбнулся ленивой улыбкой «Цанелёк упирается?! Но все равно тебе от меня никуда не деться».

— Обещаю — покорно сказал Раенар — Ну, а вы взамен, расскажите мне, что же все-таки вас так рассмешило на представлении?

Губы Эллины, от воспоминаний, растянулись в ухмылке.

— А вы видели его? — еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, спросила попаданка.

— Спектакль? Видел немного. Я пришел почти под конец. Но девушка играла хорошо — заметил он — Не знаю над чем, там можно было смеяться…

— А войну видели? — не удержавшись, она расхохоталась.

— Аааа, так вас это развеселило? — усмехнулся Раенар — Ну, я уже привык к такому. Люди никогда не убивавшие не смогут показать или описать это. Так что я и не жду на спектаклях достоверности в этих вопросах. Смертей достаточно и в жизни.

— А вы убивали? — посерьезнев, спросила Эллина.

— Приходилось — коротко ответил Раенар. Эллина поспешила сменить тему:

— Просто то, что делают ребята…, «свечки» — пояснила она — Это так нелепо… У них персонажи так смешно умирали. Я не смогла удержаться…

— А вы где вы могли видеть войну, убийство? — с сомнением в голосе спросил герцог.

— В фильмах — ответила собеседница, но увидев непонимающий взгляд, принялась объяснять — Ну, то, что у вас изображают иллюзионисты, у нас делает целая команда…

За этим последовало длинное пояснение. Пришлось рассказать обо всем, что она знала о процессе кинопроизводства. Не то чтобы она много знала…

Раенар оказался прекрасным собеседником. Он с неподдельным интересом слушал все, что она рассказывала. Задавал множество вопросов. Изумлялся услышанному.

В конце их беседы он предложил кое-что:

— Эллина, у меня в отряде был «свечка», дар небольшой, но воином он был прекрасным… Пока не случилось несчастье — на вопросительный взгляд девушки, он ответил — Зверо-волк оказался более проворным… Так вот, я подумал, может его пригласить в вашу команду «свечек». Уж отрубание конечностей он сможет изобразить ооочень достоверно. Он сам немало их по — отрубал, да и сам тоже потерял… В общем, он смог бы сделать ваши спектакли еще более…интересными.

— Ну, я не знаю… — неуверенно протянула Эллина — Я не могу набирать большой штат… Я еще не со всеми долгами расплатилась… — хотя идея ее захватила.

— Насчет оплаты не стоит беспокоиться. Видите ли, я не бросаю своих людей. Если они получают увечья, из-за которых не могут служить, я помогаю им открыть собственное дело, чтобы они могли прокормиться. У того человека есть своя лавка. Но применять свой дар было бы для него лучше, чем просто его выплескивать…

Эллину не нужно было уговаривать, она уже представляла, как все будет выглядеть.

Дело в том, что у нее уже появились конкуренты…

Ну не так чтоб уж такие страшные…

Чтобы ее догнать, им хотя бы нужно было проводить спектакли в здании, а не под открытым небом.

Но все-таки кое-какие подвижки были…

Например, почти все бродячие театры стали сопровождать свои представления масштабными иллюзиями. Она не стала делать секрета из того процесса, когда они через кристаллическое стекло маленькую иллюзию превращали в большую. Так что очень скоро, после ее первого спектакля, который она устроила под открытым небом, такие же чудеса показывали почти во всех театрах. Эллина не особо испугалась происходящего. Она видела эти представления… Это как если с именитым столичным театром пытался сравниться театр из глубинки. Размах не тот. И вообще, они, в отличии от нее, не видели оскароносные шедевры.

Но понимала она и то, что ничто не стоит на месте. Вполне возможно, что ее догонят и перегонят. Так что нужно держать нос по ветру. Поэтому предложение Раенара пришлось очень кстати. Это позволит еще больше оторваться.

— Что ж, думаю, можно помочь вашему…эээ…соратнику — сказала Эллина, набивая цену. Пусть это будет одолжением с ее стороны.

Но, кажется, ее уловку разгадали. Глаза герцога лукаво блеснули:

— О, моя благодарность не будет знать предела — низким голосом проговорил он. И опять это ощущение двусмысленности…

Эллина, дабы предотвратить его поползновения, быстро спросила:

— А вы не могли бы мне одолжить двести золотых?

Раенар удивленно изогнул бровь.

— На что?

— Очень надо.

— А мне очень надо, знать для чего я даю такую сумму — возразил герцог.

— Ну, считайте на всякие женские штучки — предложила Эллина.

Раенар весь подался вперед, окидывая ее горящим взглядом:

— Вам стоит только слово сказать сува Эллина, вам привезут целый корабль женских штучек — тоном дьявола-искусителя проворковал он.

Эллина поняла, что загнула не в ту сторону:

— Я хотела выкупить прииск — буркнула она, понимая, что он просто так не отстанет. Скорее уж ее заставит плясать под свою дудочку.

— Прииск? — сразу посерьезнев, спросил Кирион — И для чего он вам?

— Ну, зачем вам это знать? Неужели недостаточно того что вы знаете на что я хочу их потратить? — раздосадовано спросила Эллина и взяв в руки ручку начала ее вертеть. Большие теплые ладони накрыли ее нервно дрожащие руки.

— Но ведь мы договорились, что будем компаньонами — упрекнул ее Раенар — Я полагал, что отныне мы все дела будем делать вместе.

Упрек был справедливым, и Эллина решила объяснить:

— Все то, что сейчас делают ребята, работает на кристаллах. Пока они вполне доступны. Но как только прознают, какое значение они имеют, то цены взвинтят так, что простым людям многое будет недоступно. Вы тоже можете поступить так. А если бы я смогла выкупить прииск, то цены оставила бы прежними. Ну, или, по крайней мере, постаралась бы не слишком завышать… Я верну деньги. Залогом может стать «Жемчужина».

Раенар отпустив ее руки, встал и прошелся по комнате:

— То есть ты считаешь, что я способен наживаться на бедных и нищих? — в голосе слышались горькие ноты — Это Баникер тебе втемяшил, что мы здесь все сидим и только и думаем как бы нам разорить всех вокруг, а самим жить в довольстве…

— А разве это не так? — не сдержалась Эллина — Знаешь, где стоит эта гостиница? На ее месте прежде было болото! В городе! Где-нибудь ты видел такое? Обычно в городе каждый кусок земли на вес золота. Но нет. Вы все набились на самую верхушку холма и оттуда с чувством превосходства разглядывали подтапливаемый каждый год Нижний город. Я не сомневаюсь, что среди вас были сильные маги земли, те, что могли за пару минут сделать то, что «булыжникам» пришлось делать декады. О чем тогда думали люди твоего круга? Им ведь ничего не стоило сделать это! Но они предпочли посещать каждый день приемы и играть там в игры, вместо того чтобы сделать что-то полезное. И не говори мне, что вы все хорошие и благородные. Я пока не видела доказательств этому.

Когда обличительная речь была закончена, Эллина сама поразилась своей горячности. Она действительно заразилась от Лаира. Хотя все что она сказала, было правдой. Так что это просто констатация факта.

Раенар некоторое время молчал.

— Если честно, — нехотя начал он — я мало бывал в Нижнем городе. О том что здесь было заболочено узнал лишь когда начал расспрашивать о вас. — он словно оправдывался — Я вообще в Ларосе появлялся только порталом. Насколько я знаю, вся верхушка пользовалась воротами расположенными выше. Наверное, именно поэтому они и не знали…

— А если бы знали? Думаете, бросились спасать Нижний город? — с сарказмом спросила Эллина.

— Нет — глядя ей в глаза, произнес Раенар — не думаю. Вы правы, я не могу припомнить случая, чтобы маги просто так что-то сделали. Особенно для простолюдинов…

— Спасибо, что не стали утверждать, что все это из-за того, что вы ничего не знали — усмехнулась девушка — Градоправитель это точно знал. А он… из ваших. Если бы он попросил, ему бы не отказали — поставила последнюю точку попаданка, выиграв дебаты. Раенар показал раскрытые ладони, что здесь означало «сдаюсь»:

— Признаю, мы маги страшные существа — мягко произнес он — Позвольте мне искупить вину. Я выкуплю прииск и скажу «слово», что никогда не буду использовать его для наживы. От имени всех магов, прошу, простите нас — его лицо было серьезным, только смешинки, сверкавшие в глубине глаз, выдавали.

Да, подумала Эллина, плохо дело. Если бы он был преступником, я была бы мягкотелой судьей. За одну его улыбку простила бы ему все прегрешения. И преступления.

А может, воспользоваться случаем?

— Сувар Кирион — придав голосу торжественности, сказала она — Есть одна вещь, которая помогла бы мне простить вас… — губы подрагивали от сдерживаемой улыбки

— Я весь во внимании, моя сува — с теми же интонациями поддержал он ее игру.

— У вас нет на примете хорошего целителя?

— Целителя? — Раенар не сумел скрыть своего удивления — Зачем вам целитель? — его так и подмывало сказать «у вас же свой есть».

— Видите ли, в терсе возникли проблемы… Они оказались не… Как бы это правильно сказать?

— А вы скажите как есть — с сарказмом предложил Раенар, пытаясь скрыть нахлынувшее раздражение.

— В общем их знаний не хватает. Если бы с ними работал человек, то есть целитель, хороший целитель… Он был бы как бы ксан-целитель в терсе, понимаете? — она не знала, почему его настроение так резко поменялось.

— Понимаю, отчего не понять — процедил герцог — Я подумаю над этим. Я сейчас хочу пожелать вам хороших снов.

Резко оборвав их тет-а-тет, Раенар отправился в свой номер.

Эллина растерянно смотрела ему вслед.

Это другой мир, чего ты хочешь, успокоила она себя, отправляясь в спальню. Там подойдя к зеркалу, долго разглядывала себя. Потом отрицательно покачала головой и сказала своему отражению:

— Остерегайся этого типа. Ты же знаешь, у него два огромных, просто недопустимых, недостатка. Он смазливый… и качок. Это вообще неприемлемо. Самые что ни наесть отвратительные качества… И потом… тебе домой надо. Нечего рядом с какими-то герцогами ошиваться…

Погасив свет, девушка легла спать.

А «какой-то герцог» в это время смотрел на свои полыхающие руки.

Неконтролируемый выброс???!!!

Это просто невероятно!

Она довела его до того, чего с ним не случалось с тринадцати лет…

Носится со своим целителем! Пришибить бы этого «бузи» ненароком… Хочет использовать его для того чтобы угодить любовнику!

Никогда с ним так не поступали. Наоборот, многие готовы были бросить любовников, мужей, чтобы быть с ним…

Герцог Кирион отправился спать в ужасном настроении.





44 глава




Ранним утром, когда предрассветные сумерки еще не совсем отступили, в маленьком приморском городке многие не спали. Здесь утро начиналось еще до того как просыпалось солнце. На причале, в утреннем тумане скользили мутные фигуры.

Рыбаки.

Одни выходили в море, другие возвращались с ночным уловом. Нельзя терять ни минуты. Еще один день тяжелой рутинной работы…

В самом центре городка было потише. Все дома стояли сонные и тихие, когда на одной из улиц заклубился портал. Из него вышла высокая фигура, закутанная в темно-голубой плащ.

Кажется, человек в плаще точно знал куда идти, потому что он, не теряя времени, сразу же двинулся в сторону нужного дома. Поднявшись на две ступени, он постучался в дверь, которую украшала каменная спираль — знак означающий дом целителя.

В этом доме уже привыкли к посетителям, вернее пациентам, появляющимся в любое время дня и ночи, поэтому дверь открыли довольно быстро.

Открывший дверь молодой человек, разглядев гостя, с поклоном пригласил его в дом.

— Ваша светлость, что-то случилось? Опять нападение? — начал свои расспросы целитель, когда его гость устроился в кресле. Его жена убежала готовить коту.

— Нет, Лориан. Нет, слава Килах. Я по другому вопросу. Прости что так рано…

— Что вы, сувар Кирион — а это был он — Вы же знаете, вы самый желанный гость в этом доме. В любое время.

— Что ж, не буду долго рассусоливать и сразу сделаю тебе предложение. Предупреждаю — любое твое решение никоим образом не отразится на наших отношениях. Ты останешься моим целителем… — Раенар замолчал, потом вздохнув, продолжил — В Ларосе «бузи» открыли терсу… Дальше последовал рассказ о собравшихся в одном доме горе-лекарей, то есть адептов-целителей, которые вообразили, что совместными усилиями они смогут, то, что они не могут поодиночке… В принципе так оно и было… Только вот знаний их не хватало на точный диагноз и дальнейшее лечение…

Рассказав все, герцог предложил ему подумать и обещал вернуться за ответом вечером.

Лориан Догор, после ухода герцога, глубоко задумался.

Когда-то у него был шанс стать ксан-целителем. Он был лучшим адептом у ксана Жовара.

Целитель Жовар натаскивал его, чтобы передать ему свое место. Все шло к этому…

Пока он не совершил преступление…

Он посмел жениться на дочери-красавице своего ксана…

Порушив его план породниться с семьей с длинной родословной.

Этого Жовар не простил, и постарался сделать жизнь нежеланного зятя и предательницы-дочери не сладкой…

Дело было в Пароне, в городе-порте, в котором они жили с женой. Тесть, живший там же начал против него грязную игру…

Про Лориана Догора стали распускать слухи…

Его больные отчего-то умирали…

Их дом два раза грабили…

Зная на что способен ее мстительный отец, красавица Сита уговорила мужа уехать из города. Бросив дом и имущество, забрав с собой только самое ценное из того что они смогли унести, они сбежали из города на рассвете…

Поселились они в маленьком портовом городке, на другом конце гавани. С трудом накопив на дом, они только-только начали жить…

Нет, если бы дело касалось его одного, он не стал бы даже раздумывать. После услышанного, ему страстно захотелось отправиться туда и самому на все посмотреть. Особенно на лекарства, которые можно хранить дома, не бегая каждый раз в дом к целителю… Да и все остальное тоже было весьма любопытным… Целителям собраться вместе в одном доме, чтобы там лечить всех больных!!! Это ведь намного удобнее!

А еще возможность называться ксан-целителем!

Лориан не сомневался, даже там в Ларосе, длинная рука его тестя позаботиться о том чтобы он все также оставался простым целителем.

Но вот терса… Тут у него не будет влияния. Эти ребята сами себя сделали и никто им не указ. Там он может стать ксан-целителем… Когда он себя покажет в деле.

Благодаря герцогу Кириону, он не позабыл и не подрастерял свои знания. Наоборот, приумножил. Он лечил такие увечья и раны, которые его учителям в кошмарах не снились. За все время его работы на Кириона, только троих он немного подлечив, передал королевскому целителю. Всех остальных он вытащил сам. А ведь это были не простые раны… Нанесенные зверо-волками требовали особого мастерства…

Все это были плюсы…

А минусы…

Его жена была беременна. Теперь, когда их жизнь немного наладилась, они хотели завести детей. Если они бросят здесь дом и отправятся туда, что их ждет? Когда они смогут обустроиться и наладить жизнь?

Сите, вырванной из жизни в крупном городе-порте, который соперничал со столицей, пришлось привыкать к жизни в захудалом рыбацком городишке. Не так уж и давно у нее появились подруги, появилась хоть какая-то стабильность. Как ей предложить такое — уехать, бросив все?

Только все его треволнения оказались напрасными…

Сита, присев ему на колени, обняла его и прошептала:

— Надеюсь, ты не собираешься отказываться?

Получилось все наоборот. Сите пришлось убеждать и уговаривать осторожного Лориана принять предложение герцога.

Когда вечером появился Кирион, они начали расспрашивать об условиях, об обязанностях…

Раенар прервал их и предложил отвести их просто взглянуть.

Сказано-сделано.

Раенар сделал хитрый ход. Они вышли из портала недалеко от «Жемчужины».

На улице темнело, и уличные фонари зажигались, как по волшебству. Затем начала зажигаться подсветка зданий. Гостиница, театр, терса, рядом с ним иллюзион(новая задумка Эллины).

Гости Ларосы были введены в ступор. Даже в Пароне ничего подобного они не видели и не слышали.

Раенар отвел их в терсу, где собирающиеся отправится по домам целители, встретили с теплотой и восторгом. Им все показали и все рассказали. С затаенной надеждой сказав, что были бы рады, если бы сан Догор счел возможным работать здесь.

Затем их отвели в гостиницу, объяснив, что они могут пожить здесь, пока не купят дом. Онемевшая от эмоций Сита, ходила по всюду с горящими глазами. Она с восторгом трогала вещи в номере, который им предоставили. Огромное прозрачное окно, занавешенное тканью, страшно сказать, темно-зеленого цвета. И вообще здесь все было цветное. Сочетание темно-зеленого и голубого, с небольшими вкраплениями желтого делали эту комнату похожей на уголок леса. А белые светильники заливали все это мягким светом.

Слуга, сопровождавший их, показал им все блага, какими они отныне могли пользоваться. Ванна, туалет, звонок для вызова горничной, лифт, ресторан, где они могли питаться… А вокруг все цветное… Все, даже служанки, одеты в цветные вещи, словно в Ларосе собрались самые богатые люди Ристалара… Последней точкой оказался театр, вернее представление в нем.

Лориану пришлось использовать успокоительное, чтобы привести в чувство жену…

Когда они вернулись в свой маленький домик в рыбацком городке, Лориан уложив жену спать, вышел к Раенару.

— Думаю, что моего ответа даже ждать не стоило — растерянно проговорил он — Вы, наверное, поняли, что мы согласны?

Раенар усмехнулся:

— Да. Это я понял. Сообщи мне, когда будешь готов переехать. Я отведу вас порталом — он встал и потянулся за плащом — И да… — набрасывая плащ, добавил он — У меня к тебе просьба… — видя, что Лориан весь внимание, продолжил — Там есть один…Нарис его зовут. Он ооочень хочет стать лучшим. Ты загружай его по полной, он против не будет, только обрадуется… Обучай его всему, держи все время рядом с собой. В общем я думаю, ты меня понял — сказал герцог, глядя в глаза целителю.

Тот удивился, но само собой согласился.

У Раенара было много дел. Он должен был побывать в своих имениях, дать задание капитану «Звезды», лагерь лесорубов тоже требовал внимания. А еще нужно было отметиться на двух торжественных встречах…

В общем, он надеялся, что по возвращении в Ларосу, один «бузи» будет так занят, что перестанет путаться у него под ногами…

Его немного пугало то, как его тело реагирует на маленькую иномирянку. До сих пор проблем такого плана у него не было. Если он хотел женщину, он почти сразу укладывал ее в постель. А тут, когда любая другая уже поняла бы, чего от нее хотят, происходит непонятно что… Он ведь видит ее реакцию. Она его хочет. Но шарахается от него, словно девственница… Ничего недолго осталось. Как только он переспит с нею, он успокоится. Ни с кем он не оставался дольше пяти-шести декад. Все приедалось, и он начинал искать что-то новое.

Как только он затащит ее в кроватку, он проделает с ней все, что начал видеть с некоторых пор во снах.

Ну вот…, опять!

Он застонал. Нет, с этим надо покончить. Чтобы он…из-за женщины…вел себя как подросток??? Не бывать этому.

Надо поскорее взять этот бастион.

А когда это перестанет быть чем-то недостижимым, они просто начнут делать деньги.

Единственное, чего стоит добиваться в этой жизни!





45 глава




За столом было весело.

Лиания и Лаир в красках расписывали последние приемы и вечера, на которых они побывали. Веселиться было от чего. Судя по тем гримасам, которые строили эти двое, получалось, что высший свет был просто шокирован тем равнодушием, с которым их встретили в Ларосе.

До сих пор, появляющихся в городе последними, после многочисленных праздников в столице, аристократов слушали с отрытыми ртами. Ведь не всем выпадало счастье побывать на самых торжественных королевских мероприятиях.

Но в этот раз происходило что-то странное…

Их важные, полные самолюбования, рассказы выслушивались, откровенно говоря, вполуха… Им задавали пару вопросов…, очевидно только из-за уважения к статусу говорящего, а потом…

Потом все возвращались к обсуждению своих тем.

Кажется всей Ларосе не было никакого дела до Ристы и того что там происходит. Здесь было гораздо интереснее. И опоздавшим пришлось, скрепя зубами, признать — «здесь действительно интереснее».

Высокородные резво бросились переделывать свои дома под новые стандарты. Срочно бросились выкупать ложи в театре, просматривать все спектакли (а то ведь невозможно вести светскую беседу)…

Две декады Лаир со всей основательностью посещал все приемы, на которые раньше бабушка вытаскивала его с боем. Эллина предупредила Лианию, что Лаир не очень любит там бывать, на что ей рассказали интересную версию происходящего.

У Лаира был только один костюм, в котором можно было появляться в домах знатных господ. Это был тот самый, в котором однажды его видела Эллина, синий с серебристым, украшенный драгоценными пуговицами. Боясь насмешек, Лаир предпочитал увиливать от приемов… Эллина сказала, что его можно понять, на что Лиания возразила:

— Эллина в городе всего семь семей, которые могут позволить себе несколько парадных костюмов, все остальные имеют их по одному. И я в том числе. Думаю, что Лаир слишком болезненно все воспринимает из-за своего детства, которое он провел беспризорником. Боясь нападений, он сам первым нападал и обвинял всех в каких-то грехах. Но ему не стоило так поступать. Здесь очень уважают его бабушку. С ним никогда не стали обращаться как с изгоем. Он сам искал во всех словах скрытый смысл, а потом обижался. Хорошо он себя чувствовал только с простыми ребятами. С Лаиром ведь интересно, но дворяне, с которыми он общается, этого не знают. Я постараюсь, чтобы он почувствовал себя свободнее… К нему уже многие обращаются с расспросами о происходящем в городе, особенно о тебе… А когда я рядом он более уверен…

Эллина подумала, что Лиания оказалась прекрасной парой для Лаира. Разобравшись во всем, она, незаметно для него, начала решать его проблемы. Будем надеяться, все у них сложится хорошо.

От Нариса в эти дни можно было услышать только одно «Лориан Догор». Кажется, он с этим именем засыпал и просыпался. Ведь благодаря этому целителю терса буквально не сходила с уст… Не было ни одного случая, с которым они не смогли справиться… Но самое замечательное — он обучал слабоодаренных. То, что до сих пор им было не доступно из-за малого дара.

Нарис был счастлив, несмотря на то, что свободного времени для общения с Меларой у него почти не оставалось…

Эрик сегодня рассмеялся!

Это было настолько необычно, что парни уставились на него в шоке. Они никогда не слышали его смех.

И вообще в последнее время Эрик выглядел как сытый и довольный жизнью кот…

Его мать, сани Теланея, уже приступила к репетициям с певцами. Теперь их было несколько. Ее опыт, не утраченный за эти годы, действительно позволял ей обучать и наставлять ее новых учеников.

Эрик каждое утро привозил ее в кресло, которое он сам собрал. Его сопровождали два его брата.

Эран, средний брат, отправлялся к алхимику Орилу, Теланею отвозили в театр, а младший Этар, оставался с ним.

У Эрика теперь была слаженная команда, с которой они устанавливали новые коммуникации. Почти вся Лароса была ими охвачена, оставались только самые-самые. Вот с них Эрик брал в два, а то и в три раза дороже, чем обычно. Правда воспринимала это местная аристократия абсолютно безропотно.

Так что за столом было весело, когда в зале появился Раенар.

В кои-то веки, умудрившись не подобраться к ним незамеченным.

Пока он шел через зал, его приветствовали многие посетители ресторана. Отвечая им с ленивой усмешкой, герцог направился к ним. Когда он подошел к ним, и Лиания обернулась к нему, выражение его лица поменялось.

— О, сува Гостен, Благодати Килах — он почтительно склонился к ней.

— Благодати всем его детям, сувар Кирион — Лиания тепло улыбнулась.

Раенар взял ее ладонь двумя руками и продолжил:

— Рад видеть вас, сува. Как ваш отец? Я давно его не видел.

— С ним все хорошо — ответила Лиания — Но кто виноват, что вы не виделись? — мягко упрекнула она герцога.

— Признаю — покаялся Раенар — Виноват только я. Но ваш отец не часто появляется в столице. А мне не всегда удается вырваться к друзьям как мне того хотелось бы. И все же кое-какие новости о нем до меня доходили. Я знаю, например, что вашим обучением он занимался сам, вам даже не пришлось поступать в Академию. Я ведь тоже был его учеником, и должен признаться для меня он — один из лучших преподавателей.

— Да отец решил, что он сможет научить меня всему сам, и Академия для этого не нужна. Если честно, до сих пор я была с ним согласна. И только теперь понимаю, чего бы я могла лишиться, если бы не приехала в Ларосу — Лиания обвела взглядом всех за столом, задержавшись на насупившемся Лаире. Встретившись с сияющими глазами девушки, он успокоился. Она его любит, а он ее не отдаст!

— Позволите к вам присесть? — спросил Раенар, подпустив в голос иронии. Ведь по статусу полагалось при его появлении всем вскочить и просто-таки умолять его присесть с ними. Когда ажиотаж с усаживанием герцога улегся Эрик обратил внимание на Эллину. Она сидела выпрямившись, положив руки на стол. Глаза ее были прикрыты.

— Эллина — участливо спросил Эрик — с тобой все в порядке?

Девушка слегка вздрогнула и подняла на него глаза.

В них была тоска…

Эллина вдруг поняла, что она в этом мире всегда будет вторым сортом. Только что состоявшийся диалог двух дворян, показал ей огромную разницу между тем как обращались к ней и как они общаются между собой.

Хорошее настроение улетучилось. Самооценка принялась вытирать пыль на полу. А на нее накатила волна тоски — «хочу домой!»

— Не совсем — глухо проговорила она — Прошу меня простить — она обернулась к сидевшим за столом, скользнув взглядом по Раенару, и говоря в основном с Лианией — Я неважно себя чувствую. У меня разболелась голова. Хочу пойти к себе.

— О, конечно — Лиания встрепенулась — Я провожу тебя?

— О, не нужно. Лучше Нарис. Он даст мне что-нибудь от боли — Эллина повернулась к целителю.

Нарис смотрел встревожено.

Она снова обернулась к Лиании, но наткнулась на тяжелый взгляд Раенара. Некоторое время он смотрел на нее с непонятным выражением, а потом его лицо стало бесстрастным.

Все дружно высказались за то, чтобы она отдохнула. Герцог молчал.

Не говоря ни слова, Нарис подхватил ее под руку и повел в ее апартаменты.

Войдя к себе Эллина поблагодарила его и отправила обратно. Но Нарис не ушел.

Подойдя к дивану, куда девушка забралась с ногами, он заботливо на нее посмотрев, спросил:

— Ну, что случилось, моя маленькая сува?

Эллина, обхватив свои колени руками и превратившись в маленький комочек, попросила:

— Не называй меня так. Ты знаешь, что я не сува.

Нарис сел рядом с ней и обняв ее за плечи, сказал:

— Ты для меня всегда была сувой. С того самого момента когда я тебя увидел в Колдуле. Ты навсегда останешься в моей памяти именно такой. Необыкновенная, невероятная, сказочная… Только, благодаря Килах, ты умудрилась стать еще и моей сестрой… Ты самое лучшее, что случилось в моей жизни. Все те женщины, девушки, которые где-то там ходят в дорогих одеждах…, да я буду их называть сувой. Но истинная сува для меня всегда будешь ты.

Эллина смотрела в его добрые голубые глаза и думала: «А на что ей эти благородные. У всех слабоодаренных в этом городе она навсегда останется в памяти. Многие ли из так называемого высшего света могут этим похвастаться?»

Тоска по дому не прошла, но она успокоилась и заставила самооценку подняться с пола и отряхнуться.

То, что сделала она для этого города, да что там, для этой страны, не сделал никто.

О ней будут слагать легенды. Она в этом почти уверена.

Только многолетняя придворная школа позволила Раенару, не выдать то, что твориться у него на душе…

Когда иномирянка пожаловалась на самочувствие, он посмотрел на ее ауру…

ПОЧЕМУ ОН НЕ СДЕЛАЛ ЭТОГО РАНЬШЕ???!!!

Вначале его поразила необычность ауры, затем он разглядел ЭТО…

Они связаны!!!

Она и этот лекаришка — связаны!!!

Раенар сидел как в тумане. С трудом взяв в себя в руки, он сумел благопристойно распрощаться, сославшись на дела. Только портал он построил к двери кабинета Эллины. Вышедшего оттуда лекаришку он был готов размазать по стене… Но пришлось удовольствоваться встряхиванием…

Этот…этот…этот недоделанный целитель заявил ему, что «да, они связаны». На вопрос, почему он об этом не рассказал, он, глядя на него своими нахально честными глазами заявил, что «его не спрашивали»

Боясь, что если еще немного…, то он не выдержит, герцог построил портал в свой дом в столице.

Там, ворвавшись в тренировочный зал, он начал метать молнии, в прямом смысле этого слова.

Стены, выложенные из «крошки», поглощали все огненные шары, плети, молнии…

Герцог бушевал уже больше часа, растратив при этом треть своего резерва, но так не успокоившись…

Как только перед ним представала картина двух связанных аур, он снова взрывался…

Это продолжалось до тех пор, пока в большую дверь, покрытую «крошкой» не постучали.

Поскольку стены поглощали любое магическое действие, узнать по ауре, кто за дверью не было возможности. Но обычно сюда приходили только слуги, и только в исключительных случаях.

Открыв дверь, Раенар увидел того, кого меньше всего ожидал увидеть.





46 глава




Раенар пропустил гостя, лихорадочно обдумывая ситуацию.

— Благодати Килах, дядя. Не ожидал тебя здесь увидеть. Как ты узнал, что я в Ристе?

Ксант посмотрел на племянника задумчивым взглядом:

— Ты пересек купол. Мне доложили. Нужно кое-что обсудить — сказал он, осматривая пустой зал — Я бы предпочел делать это сидя в кресле.

Они прошли в гостиную, им подали коту, танили, начиненные мясом.

Все это время Раенар пытался разгадать по выражению лица Ксанта, что именно привело его сюда. Они виделись не так уж и давно. Правда, на официальном приеме особо не поговоришь…

Ксант выглядел усталым. Ел без особого аппетита.

Немного перекусив, глава службы дознавания откинулся в кресле, прикрыв глаза.

Раенар, раздраженно поерзал. Он уже отвык сидеть на таких неудобных сиденьях.

Понимая, что его вымотавшийся дядя использует выдавшуюся возможность передохнуть, он, тем не менее, не позволил ему этого. Его беспокоило то, что он мог узнать об одной девушке. Девушке, которая оказалась связанной…

Постаравшись отбросить мысли, от которых он впадал в бешенство, он обратился к дяде:

— Я полагаю, что-то случилось. Мы с тобой виделись совсем недавно, и ты ничего мне не говорил. Если я тебе нужен ты мог прислать магвестник, а не следить за мной, с помощью своих ищеек — последние слова прозвучали резко.

Ксант открыв глаза, удивленно сказал:

— Причем тут слежка? У нас кое-что произошло, и когда я посетовал, что не расспросил тебя об этом, контролер за Пологом, сказал, что ты пару канн назад уже прибыл в столицу. Слать магвестника не было нужды, я был здесь рядом, вот и зашел.

Раенар смутившись, пробормотал извинения.

— Брось — отмахнулся Ксант — это все неважно. Хотя совсем недавно, ты не особо возражал, что мои агенты мне все докладывают о тебе — чуть насмешливо сказал дядя, изучающе глядя на него.

Это было до того, как я узнал про одну иномирянку, подумал Раенар.

— Ладно — решил сменить тему министр — это потом. Расскажи-ка мне про тот раз, когда зверо-волки тебя ранили.

— Что случилось? — снова спросил Раенар.

— Мы потеряли связь с Шарком.

— Что значит «потеряли»? — поразился Раенар.

— А то и значит — лицо Ксанта помрачнело — Последний портал дал сбой. Вся партия затерялась непонятно где. Отследить не удается. А теперь и магвестники не доходят не до них, ни до нас. Раенар бы шокирован. Ему ли не знать какую ценность имели отправляемые из Шарка металлы и краски. А сам город? Если не наладить в ближайшее время связь с городом, и связь именно портальную, то его жители умрут от голода. Там ничего не выращивают. Все продукты привозят извне. И даже если учесть, что там находятся только преступники… Все равно этого допустить нельзя.

— Ты говорил, что в этот раз зверо-волки были очень сильны — напомнил Ксант — Ты не…

— Да я побывал там — теперь уже помрачнел племянник — Как только появилась возможность использовать магию, я отправился туда. Ареал расширился — ответил он на немой вопрос — Но я не думал он задел Шарк.

— Как видишь, задел — Ксант устало облокотился об подлокотник — Я остался один на один со всеми этими напастями. Этот мальчишка с выжившим из ума старичком бродят неизвестно где, взвалив все на меня.

Герцог ухмыльнулся. Называть короля «этот мальчишка» было очень смело. Хотя Ксант заслужил это право.

— И что ты теперь будешь делать? — спросил Раенар, глядя на него с сочувствием.

— Пока, там пытаются разобраться мои люди — герцог Кирион на это презрительно фыркнул — Да, да, они не чета тебе… Но тебя я к этому не подпущу. Не известно, что может случится, так что ты отправляйся обратно в Ларосу — Ксант прищурил глаза — Я слышал там происходит много интересного…

— Что именно? — голос Раенара звучал спокойно, он не зря провел столько времени при дворе.

— Ну, я слышал там какие-то изменения. Если бы у меня выдалась свободная минутка — заглянул бы к вам.

Герцог следил за выражением лица дядя, но оно выказывало только любопытство.

— Я бы не сказал, что это что-то сверх интересное. Там один умелец, начал создавать какие-то устройства — Раенар снисходительно пожал плечами — Это для неодаренных. Магам это ни к чему — его тело напряглось, хотя лицо оставалось бесстрастным. Не то, чтобы он не смог сдержать данное девушке слово… Просто не хотелось ссориться с дядей.

— Да? — Ксант некоторое время смотрел на него молча — Ну, тогда мне действительно там делать нечего.

Раенар отвернулся, и облегченно выдохнул.

Он не видел, как по губам Ксанта скользнула усмешка.

Раенар, как и советовал дядя, вернулся в Ларосу, только отношения его с иномирянкой изменились.

Он престал соблазнять ее.

И начал вести себя как компаньон.

Встретившись с девушкой через день после тех событий, он спокойно предложил обсудить их дальнейшие действия.

Удивленная, а где-то в глубине души и раздосадованная, Эллина приступила к своей части договора.

Она предложила Раенару построить дороги. Отличные мощеные дороги, которым нипочем дожди, снега, метели… Хотя последних — здесь никогда не было.

Раенар, нахмурившись, сказал, что предпочел бы, построить такие же гостиницы как и «Жемчужина». Когда Эллина спросила, почему он решил заняться именно этим — ответил «Чтобы больше не осталось этих мерзких постоялых дворов».

Заинтригованная Эллина начала расспрашивать. Ведь насколько она знала, магам было все равно, где они поселяются. В любом месте они создавали необходимые себе условия.

После долгих расспросов все же удалось выяснить, как один герцог, в период, когда не мог использовать магию, отравился и был нещадно покусан блохами на одном постоялом дворе.

Попаданка звонко рассмеялась, не замечая пристального взгляда.

Потом она рассказала про свои приключения связанные с местными мотелями.

Новые компаньоны обсудили положение дел и решили — построить дороги и гостиницы вдоль них. Одно будет помогать развиваться другому.

Эллина объяснила, что с торговых обозов, едущих по дороге можно взимать плату. И тогда строительство окупится.

Раенар отправился претворять их задумки в жизнь. Эллина же осталась в Ларосе. Она не знала, что делает ее партнер и не собиралась вмешиваться в его дела в дальнейшем. Она вообще предпочитала не выходить из Ларосы. До сих пор этот город был к ней благосклонен. Того, что она зарабатывает ей хватит. Она скоро расплатится с долгами, а потом можно и подкопить.

А город между тем процветал. Это уже не та Лароса, что была раньше. Из тихого провинциального городка, который отличался от других таких же только наличием Академии, он превратился в гудящий муравейник. Слухи о творящемся здесь разлетелись молниеносно. Сюда начали съезжаться те, кто раньше и не помышлял о подобном.

Слабоодаренные узнав, что есть возможность сливать свой дар в кристаллы, а не мучительно выплескивать его, устремились сюда. Теперь не было недостатка в тех, кто мог заполнить накопители.

Лар полностью очистилась и превратилась вполне приличную реку с набережной, по которой прогуливались пары.

В городе появилась мода на цветочные клумбы. Дома перестраивались таким образом, чтобы было где их разместить. Самым прикольным Эллина считала то, что строить здесь было невероятно легко. Вы можете спокойно жить на первом этаже — спать, есть, принимать гостей, и даже не заметить, как над вами появился второй этаж. Магия!

Для Эрика и его команды уже почти не осталось работы. Они собирались покорить соседние города. У Эрика не было никаких сомнений, что им это удастся.

Иллюзион, который выполнял в этом мире роль кинотеатра, стал одним из самых популярных мест в городе. Посетить его могли позволить себе практически все. А то, что там происходило… Здесь было раздолье для всех иллюзионистов. По своему желанию, по одному или группой, они демонстрировали иллюзию на выдуманную тему или показывали свое видение известных пьес. Можно сказать — становились режиссерами.

Одними из самых популярных стал дуэт одноногого вояки, протежируемого Раенаром, и девушки-свечки. Эти двое были из «Театра Ларосы», что не мешало им и днем подрабатывать своим даром. Девушка создавала необычайно романтичные сюжеты, а вояка делал такие реалистичные картины боя, что зрители выходили из иллюзиона, немного пришибленные.

Раенар очень удивлялся тому, как спокойно смотрит сцены насилия Эллина, тогда как вся женская половина в зале вскрикивала и рыдала. Попаданка объяснила, что эти сцены совсем не жестоки (они выглядели примерно как в исторических фильмах шестидесятых-семидесятых).

Вот в последнее время у них показывают такоооое. Герцог с иномирянкой прогулочным шагом шли по набережной, болтая на разные темы. В последнее время они часто так общались. После того как Раенар перестал делать двусмысленные предложения, с ним стало интересно. Они говорили обо всем, но чаще всего о ее мире.

Нарис, зная о ее тоске, старался не напоминать о ее прошлом.

Эрик был не разговорчив.

А Лаир, как только ему что-то рассказывали, как истинный патриот, начинал утверждать, что у них не хуже. Или приводить примеры того, что у них действительно было лучше.

Так и получилось, что человек, с которым попаданка вспоминала прошлое, оказался герцог.

Ему она и рассказывала чудеса, которые могли сотворить компьютеры.

— Не могу представить, как такое возможно — задумчиво произнес Раенар на это.

Эллина вспомнила, что в телефоне у нее был скачен небольшой ролик из фэнтезийного блокбастера.

— Я могу продемонстрировать — немного неуверенно предложила она, не зная, как отразится на психике здешнего человека, технологии ее мира. Но поскольку до сих пор они с ума не сходили, она решила рискнуть.

Они как раз вернулись в «Жемчужину», поэтому она решила показать телефон, не откладывая. Эллина направилась к себе. Раенар последовал за ней.

Поскольку он следовал буквально по пятам, она не решилась захлопнуть перед его носом дверь, посчитав, что это будет несколько грубо.

Подойдя к шкафу, она достала котомку, которую хранила в боевой готовности. Чтобы вытащить сумку пришлось вытряхивать все вещи. Добравшись до искомого Эллина полезла вытаскивать телефон. Когда она повернулась к Раенару с зажатым в руке гаджетом, она остолбенела…

Темная загорелая рука четко выделялась на ее блузке. Пальцы скользнули, распрямляя скомканную голубую ткань… Ей показалось, что рука скользит по ее коже, оставляя за собой горячий след…

В затемненной шторами комнате сверкнули зеленые глаза:

— Это одежда твоего мира? — его голос хриплый и низкий, заставил ее вздрогнуть. Горло перехватило, и она сумела только кивнуть.

— Я бы хотел тебя в ней увидеть — прошептал он, не спуская с нее глаз — Это цвета моего рода…

Словно завороженный он протянул к ней руки…

Ее талию обхватили и прижали к сильному телу.

У нее бешено забилось сердце.

Его голова склонилась к ней очень медленно, словно давая ей возможность увильнуть, но такая мысль даже не возникла…

Губы прильнули к губам. Между ними словно проскочила искра. На мгновение они застыли, а потом снова ринулись друг другу. Раенар впился в пухлые губы с таким отчаянием, словно он пил что-то живительное. Казалось, если он отпустит этот источник, он умрет. Он должен выпить его до дна…

Только Эллина не чувствовала себя опустошенной. Наоборот. По ее венам хлынул горячий поток. Несясь по всему телу, он словно наполнял ее всю до кончиков пальцев, заставляя проснуться нечто, что до этих пор спало.

Вцепившиеся друг в друга двое не видели и не слышали ничего вокруг.

Словно они одни во вселенной…

Когда они очнулись…

Раенар выпустил ее и отступил на шаг:

— Прости — прошептал он — Это…это…больше не повториться.

Эллина отвернулась и обхватила себя руками.

— Будем считать, что ничего не было — глухо проговорила она, стараясь не выдавать своей горечи.

Пробормотав еще раз извинения, Раенар ушел.

Оставшись одна, Эллина положила телефон, который так и оставался у нее в руке, на стол и стряхнула на пол все, что лежало на кровати.

Забравшись на кровать, она свернулась клубочком.

Пред глазами начали проноситься картинки из прошлого…

Вот она почти дошла до работы, когда ее светлый плащ обрызгивает выезжающая из-за угла машина…

Вот у них в библиотеке появляется парень с букетом цветов, извинениями и объяснениями и умоляющий ее простить…

Вот они в кинотеатре, а там любовная сцена. А она краем глаза видит, что Руслан смотрит на нее.

И вот он. Их первый поцелуй.

Ей понравилось. Но всего того что описывалось в любовных романах не произошло. Впрочем, она так и знала, что строки «они вознеслись к небесам» и «их сердца бились в унисон» — это все для привлечения женской аудитории. В жизни такого не бывает.

Но, то, что случилось… То, что она испытала…

Значит это правда. Значит, действительно можно забыть обо всем на свете. Только с ней это произошло не от любви, а от сексуального притяжения.

Она пыталась вспомнить все свои ощущения от поцелуев Руслана, коих было не так уж и много…

Нет.

Ничего, даже похожего.

Она целовалась, потому что так было принято.

Было приятно, но она не чувствовала жгучую потребность в этом. Ту, что чувствовала сейчас, вспоминая случившееся…

Ее щеки залило румянцем стыда.

Он извинился. Словно не хотел этого делать. Просто так получилось.

Чего он испугался? Что она захочет использовать его влечение, чтобы пробиться выше… Эллина вспомнила рассказы Лаира о неравных браках.

Нет, ваша светлость, можете не беспокоиться. Даже если бы у меня была возможность выйти за вас, я бы не стала этого делать. Не прельщает меня перспектива оказаться изгоем, запертым в отдаленном имении.

Надо его успокоить. Она объяснит, что ему не нужно переживать из-за случившегося.

Они оказались вдвоем в полутемной комнате, в интимной обстановке…

Ничего страшного не произошло. Просто все нужно забыть, как мелкий инцидент…

Скоро вечер и друзья, по сложившейся у них традиции, соберутся за ее столиком.

До встречи с ними Эллина попыталась привести свои растрепанные чувства в порядок. Нельзя чтобы они что-то заметили.

Когда Эллина закончив все дела, пришла в ресторан, за столом сидели Эрик и Нарис.

Целитель уже завел свою пластинку «Лориан Догор», а Эрик флегматично выслушивал, потягивая коту.

Эллина подошла к столу и удостоилась очередной порции восхваления их ксан-целителя, который в очередной раз совершил невозможное. Выслушав очередное описание процесса излечения со всеми подробностями, Эрик, дождавшись небольшого перерыва в рассказе, вставил свое слово.

Его мама встречается с алхимиком Орилом.

За столом воцарилось молчание.

Потом оба бросились поздравлять и Эрика и его маму.

Посыпались вопросы. Неужели они сумели оплатить услуги ментала?

Эрик объяснил, что лечения не было. Просто, как и предполагала Эллина, нахождение среди людей, ощущение своей нужности, осознание того, что она не обуза отныне сделали чудо. Сани Теланея уже не так часто уставала. Она подолгу могла обходиться без кресла. Приступы удушья мучили реже.

Встречая каждый вечер Орила, который приводил к ней ее среднего сына, она начала общаться с алхимиком. Следствием чего явилось образование пары.

Честно говоря, Эллина не была удивлена случившимся.

Когда она в первый раз увидела сани Теланею, то была поражена ее красотой.

В инвалидном кресле, с обильной сединой в волосах, со следами изможденности на лице она все равно оставалась невероятно красивой женщиной. Ее сыновья постарались и в первый, за долгое время, свой выход на люди они одели ее в красивое платье персикого цвета, а волосы заплели в косу.

Первая мысль попаданки, когда она увидела Теланею «а какой она была до болезни?». Наверняка, она была настолько красива, что стало понятно, почему ей делали предложения и представители дворянства.

В общем, когда к сидевшим за столом присоединился герцог Кирион, и у него и у Эллины появился повод не говорить друг с другом, а обсуждать чудесное исцеление сани Теланеи.

Вскоре подошли последние гости — Лаир и Лиания, и можно было заказать ужин.

Только вот вид Лаира отбил всякий аппетит.

Он бросал на Раенара озлобленные взгляды из-под нахмуренных бровей.

Правда, тот ушедший в свои мысли, не особо обращал на него внимания. Эллина спросила у Лиании, что случилось. Вместо нее ответил Лаир.

Глядя на герцога, он с горечью произнес:

— А случилось то, что цены на железо подскочили. Очень интересная у нас ситуация. Все спокойно, все дороги просохли, цены должны были понижаться. А вместо этого они повысились в два раза. Ничего не хотите сказать, ваша светлость? Вашему дяде спокойно спиться, наживаясь на простых людях?

Раенар вскинул на него удивленные глаза:

— А причем тут мой дядя? И почему это он наживается? Может, объяснишься Баникер?

— Только не говори, что ты этого не знаешь. С дохода от повышения цен Ксант получает свою долю. Это все знают. О, Килах. Когда все с нетерпением ожидали, что вот-вот спадут цены и можно будет хоть что-то прикупить, твой дядя-живоде…

— Если ты сейчас не заткнешь свой рот, Баникер, то я забуду об уважении к твоей бабушке и вырву твой язык — зеленые глаза потемнели, а от фигуры герцога повеяло угрозой — А что касается железа… Магический источник, находящийся в Щипах увеличился. Последний портал дал сбой, и все что через него перевозилось — затерялось. Шарк оказался в изоляции. Оттуда нельзя выйти и туда нельзя войти. Если цены повысились, значит, проведали о сбое портала, и наживаются на этом те, кто этим занимается. — все эти слова презрительно процеживались сквозь зубы — Мой дядя в данное время решает несколько проблем одновременно. Король отсутствует в стране. И все взвалено на плечи одного человека. У нас появились проблемы со всеми соседями. Малейшая ошибка с его стороны и в Ристаларе начнется война. Я сказал «слово» и не могу всего рассказать, но вы все понятия не имеете, какие вопросы приходится решать Ксанту. Но, по всей видимости, живущий в провинциальном городке «слабак», решил, что он лучше всех знает положение дел. Оказывается, Ксанту Кириону делать больше нечего, как ценами на что-то там заниматься — тут Раенар наклонился к Лаиру и мрачно произнес — И если бы у тебя, Баникер, был нормальный резерв, я заставил бы тебя ответить за свои слова. Чтобы впредь ты раз десять подумал, прежде чем кого-то в чем-то обвинять.

За столом воцарилась тишина. Полог не пропускал сюда звуки из зала.

Ошарашенный Лаир выглядел пристыженным.

Злой Раенар с шумом отодвинул стул, собираясь уходить, когда он услышал:

— Ваша светлость — огромные карие глаза смотрели на него умоляюще — Прошу не уходите. Расскажите нам про Шарк — она оглядела всех за столом — Мы об этом ничего не знаем. Эллина пыталась сгладить ситуацию. Она разозлилась на Лаира. Неудивительно, что его недолюбливают в высшем свете, раз он так себя ведет.

Раенар смотрел на девушку с раскосыми глазами, понимая, что не сможет ей отказать, хотя очень хотел оказаться подальше отсюда. И не только из-за Баникера.

Нехотя придвинув стул, он опустился на него.

— Расскажите про Шарк — повторила Эллина свою просьбу.

И он рассказал. О том, как был ранен, как заподозрил, что зверо-волки неспроста настолько сильны, как он приблизился к Щипам пешком, потому что источник мог создать помехи. Он рассказал, что действие магического источника настолько усилилось, что он почти подобрался к его лагерю лесорубов, и его пришлось свернуть. Он и не думал, что ареал достигнет Шарка, который находится на другой стороне Щипов.

Он рассказал все.

Перед сидящими за столом вырисовывалась безрадостная картина. Без металлов — нет оружия. Нет оружия — нет защиты от поползновений соседей.

Эллина задала, как ей показалось, логический вопрос:

— А почему вы этих зверо-волков не уничтожите?

На нее посмотрели как на ребенка, задающего нелепые вопросы.

— Их почти невозможно убить — пояснил Раенар — а чем ближе они находятся к источнику, тем меньше шансов с ними справиться. Магией нельзя, а без магии…

— А нельзя их просто стрелами закидать?

Несмотря на унылую атмосферу за столом, все рассмеялись.

— Эллина, мы перестали использовать стрелы уже лет сто — успокаивающе погладил ее руку Нарис. Раенар поджал губы — Мы не можем тратить столько железа просто так.

Эллина задумалась. Получается, безвыходная ситуация?

— А вот «крошку» против них нельзя использовать? — спросила она, вспомнив ее свойства.

На нее уставились все разом.

У Эрика загорелись глаза, как и всякий раз, когда он уже представлял себе нечто задуманное им.

Лаир похлопав своими длинными ресницами, задумался, видно что-то подсчитывая в уме.

Раенар пробормотал что-то вроде «никогда в голову не приходило».

Лиания смотрела на нее, словно видела ее впервый раз.

Нарис, понимая, что тема мало ему понятная, просто наслаждался осознанием того, что его связанная, кажется, нашла решение еще одной проблемы.

Эрик вынул блокнот (здесь уже и этим могли похвастаться) и начал что-то писать ручкой Эллины (своих еще не изобрели).

— Где самое слабое место у зверо-волка? — спросил он у единственного их эксперта в этой области.

— Пластины на них очень прочны — задумчиво проговорил Раенар — но есть несколько сочленений. Я обычно пытаюсь проткнуть сверху, около ключицы в месте соединения пластин, чтобы добраться до сердца. Только — он усмехнулся — они не ждут, когда мы прицелимся и приловчимся. Приходиться бить куда попадется, главное между пластин попасть — от неприятных воспоминаний он поморщился — Чтобы справиться с одним затрачиваешь столько сил, а со стаей… — он покачал головой.

— А глаза? В них можно попасть на расстоянии? Если стрелу сделать из «крошки»?

— Нет, глаза тоже защищены. Если только случайно…

— Значит, на расстоянии их не убить. Но и подбираться к ним — смертельная глупость. Многие просто погибнут — расстроено заявила Эллина.

— Но мы знаем, что зверо-волки не уходят далеко от источника — не отрываясь от писанины сказал Эрик.

Раенар согласно кивнул:

— Когда они выходят за пределы ареала, они слабеют, бывает даже, умирают.

Эти слова почему-то застряли в голове Эллины. Объяснить почему, правда, в этот момент она бы не смогла.

— Значит, нужно убрать действие источника — заявил Эрик. Раенар, Лаир и Лиания, как более продвинутые в плане магии, дружно покачали головой.

— Это не возможно — уверенно сказала Лиания — Даже если бы мы смогли закрыть источник, а это повторяю невозможно, это привело бы к непредсказуемым последствиям. Что будет с тобой, если ты не освободишь переполненный резерв? — спросила она, и, видя, что картину Эрик уже представил, продолжила — А теперь представь, что это не крошечный резерв, а огромный источник…

Всем, даже магически неподкованной Эллине, стало ясно, что это приведет к катастрофе.

— А левитация? — упрямо спросила иномирянка, считающая, что нужно рассмотреть любые возможности.

— Что левитация? — переспросил Лаир.

— Ну, кто-то левитирующий, мог бы посыпать сверху «крошку» — с надеждой сказала Эллина. Надежду тут же забрали.

— Источник создает помехи. Рядом с ним магичить опасно. Там нет правильных магических потоков. Все настолько перемешано, что попытка сделать что-то магией, для которой нужны четкие направленные каналы, может привести к неожиданным последствиям. Из-за этого и был сбой в последнем портале, он оказался в границе ареала — пояснил Раенар.

— Опишите мне этот источник. Как это выглядит схематически? — попросила Эллина. Лиания, забрав блокнот у Эрика, быстро что-то набросала.

Когда схему разъяснили, оказалось что это что-то похожее на вулкан. Только вулкану нужен кратер, а источник мог выйти на поверхность в любом месте. Понятное дело, что накрывать его каким-нибудь куполом бесполезно.

Как и лава из вулкана, энергия магического источника растекается по земле. А вот тут можно призадуматься…

— А что если — заговорила Эллина — сделать заграждение?

Сидящие за столом ребята отличались достаточно острым умом, чтобы сразу понять суть. Забор, сделанный из «крошки» остановит растекание энергии, а заодно и нейтрализует ее.

Оставалась самая малость.

Как добраться сквозь дремучий лес, с рыскающими по нему зверо-волками и начать строительство ограждения?

— Может сделать…эээ…что-то типа переносного ящика — заговорила Эллина, вспомнив, как в исторических фильмах под прикрытием таранили ворота. Понимая, что на словах это звучит маловразумительно, она просто набросала эскиз.

Головы всех склонились над маленькой бумажкой.

— Думаю, как человеку, сталкивавшемуся с этими монстрами лицом к лицу, тебе лучше знать — возможно ли это провернуть — в голосе Лаира звучало извинение — Но, я со своей стороны сделаю все от меня зависящее, чтобы оказать посильную помощь в этом деле. Хоть какая-то помощь Ксанту Кириону, в такое непростое время.

Раенар посмотрел ему в глаза.

Состоялся молчаливый диалог. Лаир принес извинения, Раенар их принял.

— Так — подвел итог герцог — всем здесь сидящим, незачем участвовать в этом. Мы же не хотим светиться? — спросил он, окидывая всех взглядом и останавливаясь на Эллине. Все отрицательно покачали головой — В таком случае передам нашу идею людям, которые обязаны этим заниматься. Очень хочется верить, что что-то получится.

Все, кроме Эллины, зашептали страстную молитву, прося Килах о помощи.

Эллина же просила помощи у своего бога.

Раенар ушел первым, за ним и остальные начали расходиться.

Глядя вслед, идущим под руку Лаиру и Лиании, Эллина иронично сказала:

— Ну, у всех есть пары, даже у твоей мамы. Остались только мы с тобой.

Эрик покачал головой.

— Что ты хочешь сказать? — полюбопытствовала девушка.

— Я женюсь на Арис — коротко, но емко объяснил местный гений.

— На Арис???





47 глава




— На Арис???

Лаир подскочил с места и пронесся по комнате.

— Это невозможно — воскликнул он — Что эта дурочка опять наворотила? — он снова пробежался по комнате.

Эллина меланхолично подумала, что пробел в воспитании у Лаира чувствуется. Например, Лианию и Раенара не так легко вывести из себя. Сидят себе, с невозмутимыми рожами. А этот чуть что — сразу вскипает.

— Надо спасать парня — после некоторых раздумий выдал барон — Он, наверное, как и я вляпался. И не понимает, что ее можно отшить. Я сегодня же с ним встречусь…

— И поздравишь его с предстоящей свадьбой — заявила Эллина.

— Чтооо??? Ты это о чем? Неужели ты собираешься допустить, чтобы такой умный парень пропал, связавшись с этой…

Эллина резко перебила его:

— Лаир, успокойся. Ты сам сказал он умный. Неужели ты думаешь, что он со всех сторон не проанализировал свой шаг и не взвесил все за и против? Уверяю тебя, все это он уже проделал. И потом Арис будет ему хорошей парой — Лаир поперхнулся воздухом — Да, да. Первая моя реакция было в точности как у тебя. Но затем я все обдумала… У нас говорят, что противоположности притягиваются…

— Эллина, опомнись. Ты соображаешь, что ты говоришь? Он же гений, ему нужна умная жена. А у Арис ума на медяк.

— Лаир, ты не справедлив к ней. Она не глупа, просто легкомысленна. Он гений, его ума хватит и на нее. Он сумеет решить любые проблемы, мы этому свидетели. А со стороны Арис нужно только чтобы она создала вокруг него уют, бегала, хлопотала. Все это она прекрасно умеет. Он молчун — она любит болтать, она поверхностна, зато он вдумчивый, она открыта всем — он сдержан. В общем полные противоположности. А значит, они будут взаимно дополнять друг друга. Так что, когда ты увидишь Эрика, ты что сделаешь? — спросила «грозно» нахмурив брови Эллина.

— Я его поздравлю — пробубнил не совсем убежденный Лаир.

— Ай, какой хороший мальчик — барона потрепали по щеке, и рассмеялись над его возмущением.

У Раенара было неплохое настроение.

Идею, которую он подкинул Ксанту, сумели претворить в жизнь. Второй человек в государстве заставил сильных магов взяться за это дело.

Маги земли, спрятались под решетку, отлитой без применения магии, и покрытой «крошкой». Что у кристаллической крошки было хорошо — она без проблем сочеталась с любым материалом: металл, дерево, камень…

Под таким прикрытием, рассеивающим любое магическое воздействие снаружи, маги выстраивали закрытый со всех сторон коридор.

Это было похоже на то, как грызун строит свою норку.

Только тут норку не строили…

Узнать местонахождение источника не составляло труда, и потому маги, сменяя друг друга, передвигали решетку, оставляя после себя каменный тоннель.

Стоя на безопасном расстоянии за этим следил первый министр.

Его красиво очерченные губы кривила усмешка.

Число его врагов увеличилось.

Никто, из так называемых сильнейших, не собирался делать то, что делали сейчас. Они не собирались делать это за золото, высокомерно заявляя, что не опустятся до этого. И не собирались делать это во имя родины, утверждая, что этим должны заниматься наемные работники. Даже призыв «во имя короля» не подействовал. Ссылались на Тровандальский договор. Там четко указано, когда король может призвать дворян, а этот случай под него не попадает.

Ксанту пришлось действовать проверенным путем. Неспроста он завел досье на каждого. То, что не сделали ради золота, короля и родины, сделали, чтобы скрыть свои грешки…

И теперь снова вспыхнут слухи о его жестокости. Будут рассказывать небылицы…, но все уверуют, не усомнятся… Ну что ж — ему не привыкать…

А вот то, что происходит на его глазах.

Несмотря на злобу, бушующую в груди, маги-строители задавались вопросом — почему до сих пор до этого никто не додумался? Ведь решение проблемы с Шарком лежало на виду. Везде при строительстве домов использовали «крошку». Так почему же никому не пришло в голову, что ее можно применить и к источнику?

Ксант задавался тем же вопросом.

Раенар стоял рядом с ним. Он уже знал что для того чтобы добраться до источника нужно несколько дней. Слишком густым был лес. Некоторые деревья приходилось огибать. Довольный тем, что одну из проблем дяди, да и не только его, удалось почти решить, герцог начал прощаться. Его немного напрягал задумчивый взгляд Ксанта, рождая тревожные предчувствия. Построив портал в Ларосу, Раенар улизнул от карих глаз дяди, заодно и от всяких ощущений. У него были дела. Ему необходимо заработать как можно больше… Он не забыл как одна иномирянка, после перечисления им всего его имущества, разочаровано потянула «и все?». До этих пор все только восторгались его богатством. Его самолюбие было уязвлено.

Откуда ему было знать, что это маленькая месть попаданки, за то, что она от него страху натерпелась?

Раенару не нравилось, что все его мысли в последнее время всегда возвращаются к маленькой иномирянке. О чем бы он ни задумывался, в итоге он думал о ней.

И тот поцелуй.

Что на него нашло? Как наваждение. Он потерял способность мыслить, когда увидел ее одежду.

Она пришла в этот мир в его родовых цветах. Если бы он оказался там в тот момент, возможно, она теперь была бы его связанная…

От этой мысли он вздрогнул. Он никогда не допускал мысли о подобном. Что-то его не туда занесло. Она связана. Нужно забыть о ней, найти себе любовницу… С тех пор как расстался с Льёли, у него никого не было.

Правда, эта мысль не вызвала у герцога энтузиазма.

Он шел по вечерней Ларосе. Сейчас он часто так делал — строил портал не в ту точку, в которую хотел попасть, а где-нибудь в городе, чтобы можно было пройтись. Лароса менялась буквально на глазах. Раньше, как только темнело, жители разбредались по домам. Что делать на улицах в кромешной тьме?

Сейчас же город вечером буквально оживал. Стояло лето. По предположению Эллины здешний климат схож с итальянским. Но учитывая, что в Италии она никогда не была… В общем днем было очень жарко. Поэтому вечером на улицы высыпали все. Благо теперь по городу было просто приятно пройти. Ровные мощеные улицы, каменные кадки с цветами, фонари…

Раенар шел через маленький скверик с фонтанчиком, который был разбит специально для свиданий, разглядывая парочки, когда вдруг остановился, словно врезавшись в невидимую стену…

Несмотря на то, что уже было довольно темно, не узнать этого человека он не мог. Тем более фонари…

Построив портал он ворвался в кабинет к Эллине. Никого.

Откинув правила этикета, он прошел в ее комнаты. Никого.

Он обежал всю «Жемчужину».

Да, сани Эллина была здесь недавно. Но где она сейчас никто не знает.

Тьма, что это за слуги, которые не знают где их хозяйка. Раенар не хотел слушать внутренний голос, который говорил ему, что его слуги вообще никогда не знают, где пропадает он.

Стоя посреди холла сжимая кулаки, он увидел входящего Эрика.

— Ты знаешь, где Эллина? — подскочив к нему, спросил Раенар.

— В гостях — немногословно ответил Эрик. Раенар еще сильнее сжал кулаки. Из этого молчуна вытряхивать информацию придется долго.

Но посмотрев в его черные глаза, он передумал. Этот парень видит и знает многое…

— Я видел Нариса с девушкой — вывалил он новость, внимательно следя за его реакцией. Ведь он дружит с Эллиной…

— С Меларой? — спокойно спросил Эрик. Значит, он знает? Тогда что же происходит?

Местный гений уже сложил в уме некоторые исходные данные…

— Эллина и Нарис связаны родственными узами — пояснил он растерянному герцогу.

Раенар прикрыл глаза.

Да!

Это была отличная новость.

Как он мог так ошибиться?

Ее аура… Это из-за нее! Он так засмотрелся на нее… А потом увидел ниточку. Рассмотреть ее детально он не удосужился. Из-за шока.

И тот поцелуй. Он же чувствовал ее ответную реакцию. Такого бы не было, если бы она была связана с другим.

Открыв глаза, он встретился с понимающим взглядом Эрика.

Действительно умный. Схватывает на лету. Или как говорит про него Эллина — гений.

Раенар протянул ему руку. Тот пожал ее с достоинством.

— Я слышал, ты мечтаешь о куске металла, чтобы из него что-нибудь сотворить.

В черных глазах зажглись искры.

Эрик стоял посреди зала уставленного стеллажами.

То, что на них лежало…

Это была сокровищница Кирионов.

Но Эрик не обращал внимания на драгоценные камни, золото, серебро…

Здесь было нечто более ценное в его понимании.

Чугунные болванки, стальные пластины, железные прутья…

Когда-то распродав все, что у них было, чтобы прокормиться, он все же сохранил кинжал отца. Но его пришлось продать, чтобы увезти семью в Ларосу. В четырнадцать лет его бы забрали в Академию, а мама и маленькие братья остались бы в Элоре.

Никто так и не узнал, чего ему стоило продать оставшийся от отца клинок.

С тех пор у него не было возможности купить не то, что кинжал, хотя бы нож.

Но с некоторых пор, воображая, как бы сработал тот или иной механизм, он понимал, что если бы у него остался тот кинжал, он не дрогнувшей рукой расплавил бы его, чтобы претворить свои идеи в жизнь.

И вот ему предлагают взять то, что ему нужно…

И он взял.

В последнее время с ним происходит много хороших вещей. Но этот день будет одним из счастливейших.

Эллина вернулась в «Жемчужину». Сегодня баронесса Эстинара Торн, пригласила ее на ужин. Своего рода выражение благодарности за изменения в жизни внука. Баронесса не расстилалась, не говорила пафосных речей… Все было в ее глазах и в голосе полным достоинства, которым ей объявили, что отныне она самый желанный гость в этом доме.

Лаир рассказал, как баронесса отреагировала, когда он продемонстрировал заработанное им. Женщина, которая все удары судьбы встречала с высоко поднятой головой, расплакалась… Никто и никогда не видел Эстинару плачущей…

Эллина улыбалась, вспоминая, как они чудно провели вечер. Бабушка, Лаир, Лиания и их гостья… По-семейному, тепло, уютно…

Она открывала дверь в кабинет, когда почувствовала за спиной движение…

На ее плечи опустились горячие руки и развернули ее.

В зеленых глазах вспыхивали какие-то искры.

«Это магия, наверное» сумбурно подумалось девушке.

Раенар взял ее руку и молча, прижал к своему сердцу.

С трудом сделав глоток пересохшим горлом, Эллина хрипло спросила:

— Что означает этот жест? Я его видела… — голос ее затих.

— Это выражение восхищения — также хрипло ответил Раенра.

Эллина сделала попытку засмеяться:

— А у нас руку целуют — сказала она, чтобы хоть что-то сказать.

Раенар, взяв ее маленькую ладонь двумя руками, поцеловал:

— Вот так? — шепотом спросил он, продолжая касаться губами ладони.

— Почти… — также прошептала она, тая от прикосновений горячих губ — Тыльную сторону… — продолжить она, не смогла. Ее руки начали осыпать медленными поцелуями, глядя при этом прямо в глаза. Они словно говорили, что могли бы перейти и к другим частям тела…

Эллина закрыла глаза.

Она ведь не собирается…

Ей нельзя…

Она медленно высвободила руку.

— Ваша светлость — нужно постараться, чтобы голос не дрожал — Уже поздно. Пусть Килах пошлет хорошие сны — она сумела проговорить традиционное «спокойной ночи».

Раенар провел рукой по ее щеке, а потом коснулся пальцем за ушком, заставив ее вздрогнуть.

— Пусть Килах пошлет сладкие сны — промурлыкал он, разрывая прикосновение.

Он ушел.

И сны у нее были не сладкие, а сладострастные.

Вот гад!





48 глава




На следующий день она была буквально атакована герцогом. Он сопровождал ее повсюду, развлекал, рассказывая всевозможные смешные истории, помогал в решении ее мелких проблем. Потом уговорил посмотреть, как идет строительство гостиниц и дорог. Пообещав не дать ее в обиду, он построил портал на холм, откуда все было видно как на ладони.

Эллина была поражена скоростью и темпами происходящего.

Здание уже стояло. В нем велись отделочные работы.

Но самое главное — дорога. Эта вела в Ристу.

Ровное широкое полотно, разделенное посередине фонарными столбами.

Жители столицы офигееют, предположила Эллина.

Раенар довел ее до конца построенного полотна и объяснил, что гостиницы будут располагаться на расстоянии одного дня пути.

Когда Эллина спросила, а что же делать с теми постоялыми дворами, которые уже стоят по дороге?

Раенар рассказал, как взял всех трех хозяев постоялых дворов и привел в «Жемчужину», объяснив, что вот такое у них будет соседство. Выбор за ними: или они будут конкурировать с ним, или он выкупает их хозяйства. Все трое согласились продать.

Эллина сказала, что не стоит останавливаться только на этой дороге. Другие направления не менее важны. На что с ней согласились и поцеловали ручку. Что, кстати, происходило довольно часто… Целование ручек.

Следующие дни потекли примерно в том же репертуаре.

Она переделывала все свои дела в «Жемчужине», а потом герцог забирал ее и показывал ей весь Ристалар, кроме столицы. У нее не было разрешения на посещение Ристы и если она пересечет контур, ее схватят. Он отведет ее туда, но потом… Сейчас ему просто хочется наслаждаться настоящим.

Первое время Эллину потряхивало от страха оказаться в незнакомом месте, но Раенар так умело отмел все ее отговорки, что она доверилась ему.

Они посетили прибрежные города, пахнущие солью, водорослями и рыбой. Он показал ей самый большой храм Килах. Черно-белое каменное здание впечатляло размерами. Они побывали на Луке Вантора, откуда они наблюдали за плывущими под ногами облаками.

Однажды он привел ее в какую-то комнату.

Эллина огляделась.

Пещера-люкс?

Высеченная в скале большая комната. В правом углу большая кровать. В левом — ширма, за ширмой — ванна. Посередине — круглый стол, окруженный четырьмя креслами. А под потолком — светящиеся шары.

Все почти как в номере «Жемчужины», но отсутствие городского шума подсказывал, что она, скорее всего, далеко от Ларосы.

— Раньше эта комната выглядела по-другому — сказал, улыбаясь Раенар — Но я настолько привык к удобствам в последнее время, что полностью сменил здесь обстановку.

Когда он улыбался у Эллины что-то внутри обрывалось. В последние дни она чувствовала себя… Счастливой? Она не знала. Но знала, что ничто не длится вечно, и надо пользоваться тем, что есть. И все чаще прислушивалась к внутреннему голосу, который говорил «А может…».

Раенар подошел к ней сзади и закрыл ее глаза руками. Он мог это сделать магией, но зачем…, прикасаться к ней гораздо приятней.

— Сейчас будет сюрприз — сказал он, и повел куда-то.

Эллина почувствовала, как они вышли на воздух. Легкий ветерок дарил свежесть после городской жары.

Когда Раенар отнял руки, он развеял и полог, который заглушал звуки.

На Эллину хлынуло все одновременно.

Яркий солнечный свет, теплый влажный воздух, морской бриз, шум волн, запах моря.

Она стояла на высокой скале, которая выдавалась в море. Вокруг бескрайнее, удивительно синее море. Внизу волны мягко набегали на прибрежные камни, словно поглаживая их.

И везде скалы. И зелень. И цветы.

Поразительное сочетание.

Эллина глубоко вдохнула.

В порту пахло не так. Там к запахам моря примешивались другие…людские.

А здесь только соль и йод. И солнце. И немного цветов.

Она оглянулась.

Домик, врезанный в скалу, был единым целым со всей этой картиной, вписываясь так, что его не возможно было отделить от того, что было создано природой.

Она еще долго стояла на площадке, наслаждаясь всем вокруг.

Она лишь однажды была на море. На Черном. Она проболела те две недели, что должна была провести там. Приятных воспоминаний не осталось.

Но зато здесь она постарается напитаться и морем и солнцем…

Раенар утащил ее в комнату, припугнув солнечными ожогами.

Здесь уже был накрыт стол, и Эллина почувствовавшая жуткий голод, резво бросилась дегустировать аппетитные блюда. Ее любимые котлетки, местные пирожки с мясом — танили, салаты, кота… Вкусненькоооо.

Утолив свой первый голод, она вспомнила о приличиях.

— Раенар, а где мы находимся? — у герцога и раньше «тыкал», когда он волновался, теперь же они оба решили отбросить условности и окончательно перейти на «ты»

— Это самый край гавани — объяснил он девушке — Про это место никто не знает. Однажды я тренировался. Строил порталы куда попадется. И случайно оказался здесь. Там только небольшая площадка была — он сидел откинувшись, с легкой полуулыбкой — Мне так понравилось здесь, что я запомнил это место. Немного подучился магии земли и, вернувшись, устроил себе тайное убежище. Когда устаю от всего…от людей, переправляюсь сюда.

— А мне, зачем показал, если оно тайное? — спросила Эллина.

Он пожал плечами.

— Тебе нравится море. Но почему-то среди людей ты не могла расслабиться. Хотя я и обещал защитить тебя — с легкой укоризной сказал Раенар — Я подумал, что здесь тебе никто не будет мешать…

— Ты же вернешь меня обратно? — вдруг испуганно спросила Эллина.

Раенар весь напрягся. Его вид утратил беззаботность.

— Еще никто не обвинял меня в насилии — голос прозвучал отчужденно. Несмотря на жару Эллина поежилась от холода.

Раенар встал из-за стола и с поклоном произнес:

— Пора домой, сува.

Эллина подошла к нему и взяла за руку.

— Прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто… — она замялась — У нас показывают по телевизору и рассказывают в газетах такие истории, что поневоле начнешь осторожничать.

Он не поднимая глаз, смотрел на ее руки. Белое на темном. Перехватив обе ее руки, он поцеловал одну ладонь, затем другую.

— Этот ваш мир вообще какой-то сумасшедший — нахмурив брови, сказал он, хотя в глубине глаз сверкали искры смеха.

Эллина облегченно выдохнула:

— Ты даже не представляешь насколько.

Они рассмеялись, напряженность схлынула.

Поскольку есть больше не хотелось они отправились наружу, где Раенар создал диванчик и навес от солнца.

— Оооо! — восхитилась Эллина.

Раенар ухмыльнулся, как бы говоря «знай наших».

— А почему некоторые закрывают глаза, когда магичат? — спросила она мага.

— Это поначалу — объяснил он — У неопытных магов при прикосновении к потокам белеют глаза. Картина неприглядная. Вот они и прикрываются веками. У средних и слабых магов тоже самое.

Эллина устроилась в уголке дивана, герцог же опустился рядом. Близко. Но Эллине нравилось. Хотя кровь стремительно бежала по венам, она чувствовала себя умиротворенно. Словно после долгой дороги пришла домой, скинула обувь и, забравшись на диван, смотрела телек.

На Раенара перекинулось ее настроение. Он тоже чувствовал себя умиротворенно. Почти. Мешала только самая малость. Девушка, сидящая рядом. А точнее, желание…

— Знаешь, это хорошо, что у тебя есть такое место, о котором никто не знает — задумчиво проговорила Эллина, глядя вдаль.

Почувствовав его вопросительный взгляд, она пояснила:

— Если тебе придется прятаться.

— А почему я должен прятаться? — неподдельно изумился герцог.

— Давно у тебя хотела спросить. Ты ведь унаследовал титул от отца? — Раенар кивнул — А ты не боишься, что твой дядя, может что-нибудь предпринять в этом плане?

Раенар смотрел непонимающе. Эллина вздохнула:

— Как погибли твои родители?

— Они были исследователями. Искали разгадки каких-то тайн. Плыли на корабле, когда возникла буря. Это в принципе не страшно. Но иногда появляется магическая буря. Им не повезло. Корабль попал под обе эти бури. У них не было шанса. Ни у кого.

— А откуда вы это знаете?

— Так смотрящие сказали — Эллина не поняла.

— Ну, маги, которые видят свершившееся — объяснили ей.

— То есть провидцы — уточнила Эллина.

— Есть те, кто видят свершившееся, есть те, кто видит предстоящее — поставил точку Раенар.

— Но откуда ты знаешь, что они сказали правду? — не успокаивалась Эллина — Вдруг их твой дядя подкупил.

— Зачем? — Раенар уже окончательно запутался. А потом его осенило — Ты что думаешь, что мой дядя желал смерти своему брату? Зачем? — снова спросил он.

— Ну как же? Большие деньги и титул герцога, по-моему, достаточно веская причина. Тебе так не кажется?

Раенар рассмеялся:

— Мои родители все свои деньги вкладывали в экспедиции. После их смерти я остался со счетами, которые необходимо было срочно оплатить. Их оплатил дядя. Тогда я поклялся, что больше это не повторится, заработаю столько денег, что больше не придется думать о счетах. Я ведь с таким никогда не сталкивался. Жил большую часть жизни с дядей, который обеспечивал меня всем. А насчет титула… У Ксанта есть титул. Он герцог Досар. Его полное имя — Ксант Кирион герцог Досар, граф Тимар. Графом он был изначально. А герцогом стал лет тридцать назад, за какие-то заслуги.

— Но про него, ни разу не говорили, что он герцог — растеряно, пробормотала Эллина.

— Он просто не любит этот титул. Его произносят только во время официальных церемоний.

— Ну вот — Эллина скорчила обиженную рожу — А я хотела тебя предостеречь.

Мужская рука, стремительно проскользнув за ее спиной, подхватила ее и пересадила к себе на колени.

— Я рад, что ты обо мне беспокоишься — низким голосом произнес Раенар, вызывая в ее теле дрожь.

Он обхватил ее лицо ладонями. Посмотрел в затуманившиеся глаза, а затем нежно прикоснулся к ее губам. Только этого было мало. Им обоим. Он раздвинул ее губы языком. Никто не возражал. Языки сплелись в стремительном жарком танце. У нее не было опыта. Зато у него хватало на двоих. Глубокие чувственные поцелуи сменялись легкими порхающими.

Когда они, наконец, оторвались друг от друга, солнце начало клониться к закату.

— Пора домой — прошептала Эллина, опухшими губами.

Он долго смотрел в ее глаза, не переставая гладить по щекам:

— Да, конечно — прохрипел он.

Выйдя из портала у ее кабинета, он еще раз поцеловал ее и, прошептав «до завтра», исчез в клубящемся мареве.





49 глава




Чудесный день.

Эллина встала невероятно довольная жизнью.

Какая здесь прекрасная погода!

Никаких дождей. Солнце. Чистый воздух. Магия.

Даже мелкие проблемы не беспокоили. Решались они быстро… Да и незачем из-за них переживать. Все прекрасно.

Сейчас она подсказывала портье, куда кого заселить.

Благодаря герцогу появилась мода «пожить некоторое время в гостинице». Первой до этого додумалась женская половина, которая вдруг поняла, что это все равно, что жить в одном доме со столь высокородным аристократом.

Эллина даже подняла цены. Но это никого не отпугнуло. И теперь срочно понадобилась табличка «мест нет».

Шутка.

Просто, пришлось обговаривать с постояльцами время, на которое снимают номер.

Проживание в «Жемчужине» привело к скачку производства мебели.

Когда богатейшие люди города увидели и испытали диваны и кресла, которые были настолько удобны, что на них запросто можно было уснуть. Да, широкий стул с подлокотниками из драгоценной древесины, украшенный резьбой, обтянутый шкурой, мехом наружу может и выглядит роскошно. Только сидеть на таком долго не получится. А уж заснуть…?

Поэтому роскошные деревянные сиденья выкидывались, и заменялись пухлыми диванами и креслами.

Местные умельцы сумели сплавить хлопок и волокна ветки Чунара, изобретя водонепроницаемую ткань. Ее назвали талас, что означало — бегущая от воды.

Из мешков, набитых шерстяными шариками, складывали необходимую конструкцию и обтягивали таласом, придавая нужную форму.

Оп! Вот вам и кресло, и диван, и матрас. Протер влажной тряпочкой — чистота и ляпота.

Правда, вначале было не мало «блинов», тех что «комом». Все неудачные образцы мебельщики разбирали по домам. Но их упорный, или вернее упрямый труд, был в итоге вознагражден.

В общем, элита теперь была занята благоустройством своих домов. Не забывая прописываться на некоторое время в гостинице. Что поделать. Мода!

Эллина разобравшись с постояльцами, ушла в сад, подышать свежим воздухом. Она мысленно покачала головой — из всех постояльцев, приезжих только несколько человек, остальные местные.

Подойдя к фонтану, она подставила руки под струю. В садике было много людей, одни прогуливались парами, другие отдыхали на скамьях. В жаркий полдень деревья создавали густую тень, а небольшие фонтанчики — освежали воздух.

— Благодати килах — раздался за спиной бархатный голос, от которого внутри звенели струны.

— Привет — ответила она оборачиваясь.

— Как прошла ночь? — улыбаясь своей ленивой улыбкой, спросил он.

— Хорошо. А у тебя?

— Плохо!

— Почему?

— Вот и я думаю — почему? — герцог лукаво улыбнулся — Может, надо было с тобой остаться?

Эллина вспыхнула.

— Полагаешь, со мной ты бы спал лучше? — язвительно бросила она… и закрыла рот руками, запоздало поняв двусмысленность своего вопроса.

— Определенно… Лучше.

Медленно оторвав ее руку ото рта, он поцеловал ее. Руку. А потом вложил в нее цветок.

Изумительный цветок. Похожий на пион. Только с лепестками разных оттенков синего. От темно-синего до бледно-голубого.

Пока она восхищенно разглядывала подношение, герцог исчез.

Эллина напевая, наполнила вазу водой и поставила в нее цветок. От него исходил легкий, немного островатый аромат. Поместив вазу на столе, напротив себя, она села за бухгалтерию. Пока она делала записи, по ее губам иногда скользила улыбка.

В дверь постучались.

— Благодати Килах, Эллина. Можно войти?

— Ой, Лаир, конечно. Проходи — Эллина встретила гостя радостной улыбкой — Как дела? Что нового? Как бабушка? — она забросала его вопросами пока он усаживался.

— Все хорошо. В последнее время заказов столько, что беспокоиться о заработке не приходится — Лаир улыбался, но вел себя несколько скованно.

— Мне кажется, Лароса еще не скоро вернется к тихому размеренному образу жизни — сказала Эллина, вспоминая ажиотаж вокруг мебели.

— Да. Ларосу еще потрясет — согласился Лаир.

Эллине показалось, что Лаир ведет себя странно.

— Лаир, что-то случилось? — посерьезнев, спросила она.

— Нет. С чего ты взяла? — голосу не хватало уверенности.

— Лаир! — какое-то предчувствие поскреблось внутри.

— Да брось. Ничего не случилось… — сказал он, махнув рукой, а потом добавил — Пока.

— Лаир!

— Ладно… Я не хотел в это лезть. Но я считаю тебя своим другом… — Эллина нетерпеливо крутила ручку в руках — В общем…я видел тебя с Кирионом… В саду… — Лаир не поднимал на нее глаз — Вроде как он к тебе…эээ — у Эллины сжалось сердце «что она услышит?» — В общем его интерес заметен…был…всем…

У нее не хватило смелости его поторопить.

— Короче. О Кирионе ходят слухи, что он коллекционирует экзотичных женщин. В последнее время все его любовницы несколько… необычны… Говорят, что поскольку ему никто не отказывал, то все обычные…нормальные женщины ему приелись. И теперь он ищет что-то более…

— Лаир уйди, пожалуйста — глухим голосом перебила Эллина.

Барон, вздрогнув, поднял на нее глаза. Несколько секунд он смотрел на нее, а потом:

— Прости — и торопливо вышел.

Оставшись одна, Эллина с такой силой сжала ручку, что она сломалась.

Единственная ручка. Которую постоянно утаскивал Эрик. И которую она постоянно у него забирала.

Сейчас это не имело значения.

Сейчас имела значение злость.

Эллина была зла.

Эллина была очень зла.

Ну чего Лаир лезет?

Зачем он это сказал?

Кто его просил?

Чего ему не хватало?

Неужели он не мог оставить ее в покое?

Она ведь не мешала его счастью.

Неужели, нельзя было заняться своими делами?

Развлечь Лианию. Переделать кристаллы в накопители. Подсчитать денежки.

И ОСТАВИТЬ ЕЕ В ПОКОЕ!

Злость клубилась в ней, не давая спокойно сидеть. Она подскочила, и, накинув на голову косынку от солнца, просто сбежала.

Оставив позади городские ворота, Эллина шла по дороге к плантациям. Она знала, что никого здесь не встретит. Сегодня выходной.

Не то чтобы ей было нужно сюда…

Она хотела побыть одна. Подальше от людей.

Стремительный марш-бросок помог выпустить пар, и добравшись до полей, она уже успокоилась.

Она ходила между ровными рядами растений, которые позволили этому миру стать более красочным. Эти неказистые цветочки дали возможность раскрасить все вокруг. От тканей до картин. Картин здесь раньше не было. Только портреты. У дворян…, у которых были алхимики.

Удивительно! Все это не добывается непосильным трудом. Это все буквально под ногами.

Лиания, не опытный маг, она изучала магию дома с отцом. За несколько минут она выдала, что с чем надо сочетать, чтобы получить основу для краски.

Это мог сделать любой из сильных магов. Но здешние дворяне, возомнившие себя полубогами, упорно не хотят снизойти до простых людей, чтобы помочь им. Даже мысли такой не допускают. Они могут жить в полуразвалившемся доме, на доходы от крошечных деревень, но при этом палец о палец не ударят чтобы использовать свой дар. Хотя бы за деньги. Это, видите ли, роняет их достоинство. Работать? Ни за что. Работать за деньги? Килах упаси. Благотворительность? Все соседи засмеют.

Эллина шла вдоль рядов, касаясь кустиков кончиками пальцев.

Это немного странный мир.

Но возможно, попади кто-то здешний в ее мир — он сказал бы тоже самое.

Ей, наверное, стоило принимать все как, есть. Но она не смогла. Что-то на нее нашло, когда она узнала, что не скоро попадет домой. Что-то переклинило. Или сломалось. Она ринулась переделывать все. Ей повезло. Пока. Пока все что она предпринимала, было только во благо. Во всяком случае, ей хочется надеется, что от новшеств этот мир не пострадает.

Она, конечно, кое-что привнесла сюда… Но не стоит обольщаться. Переделать его под себя ей не удастся. Он такой какой есть. И люди в нем такие, какие есть.

Он дворянин, привыкший получать то, что захочет. Избалованный вниманием. Обласканный королем. Это естественно, что ему хочется чего-то нового. Ведь многое способствует тому, чтобы его желания исполнялись.

Экзотика.

Она для него — экзотика!

Сама виновата. Не нужно было раскатывать губу. Даже Лаир, благожелательный к простолюдинам, испугался, подумав, что она имеет на него виды.

Эллина сделала глубокий вдох.

Все хорошо.

Она забылась.

Но теперь все хорошо.

Уже начали сгущаться сумерки, когда она в задумчивости приблизилась к мосту, за которым загорались огни «Жемчужины».

Недалеко от себя она увидела высокую фигуру, закутанную с ног до головы в черный плащ.

Эллина, вздрогнула.

Раенар?

Но нет. Этот был потоньше. Постройнее. А когда он оглянулся, оказался чернокожим.

Рассеяно подумав о том, что и в этом мире есть негры, Эллина поторопилась перейти через мост.

Пора приниматься за дело.

Если бы она в тот момент, оглянулась по сторонам, она бы увидела…что-то странное.

Прохожие, разглядев черную фигуру, смертельно бледнели, и в ужасе разбегались…

Войдя в кабинет, она подошла к вазе с цветком. Выкинуть его у нее не поднялась рука. Она, просто переставила вазу на подоконник.

Нужно было приниматься за приход-расход. Что-то она распустилась в последнее время.

Внося очередную запись о закупке мяса, она нахмурилась. Что-то не давало покоя. Что-то… Что-то связанное с…

Додумать ей не дали.

Посреди комнаты заклубился портал.

Эллина выпрямилась и нацепила на лицо бесстрастное выражение.

Раенар был хорош.

В смысле выглядел прекрасно.

В зеленых штанах и колете с пуговицами из драгоценных камней. На поясе из темной кожи, украшенном золотыми пластинами, короткий меч, усыпанный сапфирами… Высокий, загорелый… Хорош, в общем.

Он подошел к ней и, взяв за руку, произнес:

— Я почти не видел тебя сегодня — и, наклонившись, коснулся руки губами. Понравилось, кажись, ручки целовать.

Эллина мягко вырвала свою конечность:

— Раенар у меня много работы.

Герцог, немного удивленный, стоял, глядя сверху вниз на ее макушку. Затем он плавно обошел стол и опустился в кресле напротив.

— Цанелёк, что-то случилось? — чуть обеспокоенно спросил он.

— Что такое цанелёк? — подозрительно спросила Эллина. Он улыбнулся своей улыбкой, от которой у нее внутри все обрывалось.

Нет! Нельзя. Нельзя поддаваться.

Эллина перевела взгляд на угол стола.

— Цанелёк — это такой зверек. Белый…, пушистый — мечтательно прикрыв глаза, проговорил он.

Эллина усмехнулась. Кажется, герцог полагает что она «белая и пушистая». Ну, ну.

Эллина склонилась над бумагами.

Раенар слегка нахмурился.

— Что случилось?

— Ничего — спокойно ответила Эллина — У меня много работы. Я в последнее время что-то размякла, размечталась… А работа стоит — она снова изобразила «вся в работе, аки пчелка».

Раенар посмотрел на нее сочувствующе. А потом сделал пас рукой…

— У тебя не очень хорошее настроение. Но я знаю, как это исправить — и поставил перед девушкой плоскую резную шкатулочку.

Эллина посмотрела на коробок, потом на герцога, и сказала:

— Раенар, это неправильно.

Тот вскинул бровь.

— Мы ведь компаньоны, верно? — на нее смотрели молча, в ожидании — Так что подарки, совместные ужины, прогулки — это все не вписывается… Я не буду принимать от тебя какие-либо подношения. Отныне мы общаемся только по делу. Я подкидываю идеи, ты делаешь на этом деньги.

— Что случилось? — на этот раз вопрос задавался холодным голосом.

— Ничего — она хотела, чтобы он ушел. Оставил ее одну.

— Утром ты была веселой, а сейчас смотришь исподлобья. Я бы хотел знать, что произошло за это время.

— Раенар, повторяю, ничего не случилось — устало сказала девушка — Все было прекрасно. Мне понравилось. Спасибо. Но отныне, все в рамках нашего договора. А это — она показала глазами на шкатулку — забери, и подари девушке. Той, что не будет твоим компаньоном.

Лицо Раенара было спокойным, бесстрастным, глаза смотрели холодно…,и только крошечная жилка пульсировала на виске, подсказывая, что ее хозяин не так спокоен.

— Сува Эллина — голос звучал надменно — Вы можете не беспокоится. Этот подарок уместен в рамках…нашего договора. Вы со спокойной совестью можете его принять. Своей девушке я подарю, что-нибудь более приличествующее. Не хочу ее оскорбить…этим.

При последних словах, за его спиной заклубился портал. Плавно поднявшись, без суеты и лишних движений он слегка кивнул головой и ушел.

Как она и хотела.

Эллина облокотилась на стол и закрыла лицо руками.

Она чувствует себя такой усталой.

И такой несчастной.

И одинокой.

Так хочется домой…

Она начала собирать листки в стопку. Завтра все сделает. Сегодня просто нет сил.

Ее рука наткнулась на шкатулку.

Начался мысленный диалог, в котором приводились доводы за и против ознакомления.

Извечное женское любопытство победило и крышечку открыли.

Некоторое время Эллина смотрела не понимая. Затем она осторожно подняла сережку и посмотрела ее на свет.

Она не удержалась и расплакалась.

В шкатулке лежал сапфирный комплект, проданный, уже кажется, что в прошлой жизни, в маленьком городке Нарисом.

Раенар его, наверное, выкупил.

Эллина плакала и думала, что даже алмазы не смогли бы доставить ей большего удовольствия, чем бабушкин комплект, с которым она попрощалась тогда навсегда.

Слезы высохли, и она сидела, перебирая украшения.

Да. За это она готова была ему простить то, что она для него была всего лишь эпизодом.

Когда она подумала об этом, появилась воронка портала.

Чудно. Она извинится и поблагодарит его.

Она смотрела улыбаясь, когда из портала вышел невысокий мужчина в красном колете.

Удивленная Эллина не успела ничего понять, когда тот шевельнул рукой.

На нее накатила темнота.

Мужчина, подхватив падающую девушку на руки, и ушел в портал.

На полу сиротливо осталась лежать сережка с сапфирами.





50 глава




Эллина открыла глаза. У нее закружилась голова. Глаза пришлось закрыть.

Пока она так лежала, последние события предстали перед ней яркой картиной.

Итак, это случилось!

Она могла бы понадеяться, что это выходка обиженного герцога. Но что-то ей подсказывало, что это проделки, хоть и Кириона, но совсем другого.

Немного придя в себя, Эллина села и огляделась.

Интересно.

Комната без окон.

Обстановка обычная для этих мест. Что-то подобное она видела в доме у Лаира.

Стеллажи вдоль стен. На них большое количество свитков. А еще книги. Были здесь и такие. Шкура животного обрабатывалась таким образом, что на ней сохранялись надписи. Потом они сшивались как обычные книги. Но стоили, конечно, баснословно. На них записывалась наиболее значимая информация. Для свитков же использовался некий материал, привозимый из Байхана, и секрет которого там строго охранялся.

Большой стол посреди комнаты. На нем деревянные пластины, между которыми хранят местную бумагу, которая, как известно очень хрупкая. Чернильница, перья, серебряный кувшин и стаканчик… Два кресла — одно для хозяина кабинета, большое, роскошное. Кресло попроще для посетителя…

Эллина сидела на местном диване. В ее понимании — деревянная скамейка покрытая шкурой. Только резьбой богато украшенная. На полу — ковер. А под потолком — магические светляки. Эллина за все время проживания в этом мире была только в одном дворянском доме. Но несмотря на это понимала, обстановка этой комнаты довольно таки дорогая. Ковер на полу позволить себе здесь могли не многие. Да и книги относились к особо роскошным вещам.

Все сводилось к тому, что хозяин этого помещения — Ксант Кирион, герцог Досар, граф Тимар…

Ну что ж… Как говорится — сколько веревочке не виться…

Но и она не лыком шита.

У нее есть чем ответить.

Зря Лаир думал, что она легкомысленно отнеслась к его словам. Как только она узнала о Ксанте, она предприняла меры…

Только думать она об этом не будет.

Насколько она знает у них здесь менталы… Что ж не будем облегчать им жизнь…





* * *


У баронета Мареса Арки, пытающегося поставить блок, попеременно мелькали две мысли.

Первая, как ему не повезло, что Мастер отсутствует, а герцогу подвернулся он — его помощник.

И вторая, как ему повезло, что тот на кого гневается его светлость — это не он.

Что светлость гневается, было ясно. Лицо хоть и было бесстрастным, зато глаза сверкали…

Идя за выбитым мечом, баронет пытался представить, на кого же так сердит герцог. Судя по силе наносимых ударов — тому очень повезло… Что его нет поблизости.

Их бой длился почти кан. А у его светлости даже намека нет на усталость. Марес Арки с ужасом думал, что он может и не дотянет до возвращения Мастера меча. Очень хотелось предложить Кириону в напарники фантом, но один взгляд на бесстрастное лицо с горящими глазами отбивал всякую охоту открывать рот…

Становясь в очередной раз в позицию, Марес начал про себя молиться…

И его услышали! Его молитва была услышана!!!

Герцог, легко крутанув в руке меч, словно это тростинка, встал напротив, когда что-то произошло…

Раенар прикрыл глаза

— Охранки! — прорычал он, одновременно открывая портал…

В огромном фехтовальном зале фигура с мечом медленно опустилась на пол и принялась горячо поблагодарить Килах…





* * *


Сколько времени она провела без сознания и сколько сейчас времени она не знала. Здесь не было понятия часов, для этого здесь были одаренные. Приблизительное время определяли по солнцу. Алхимики для своих «химикатов» использовали специальные светящиеся шары, что-то вроде наших песочных. Через определенный промежуток времени они гасли. А вот чтобы отсчитывать секунды, нужны были считальщики. И они же, кстати, вели и математический счет.

Вот Эллина и сидела в комнате без окон, гадая, сколько же времени она провалялась здесь.

В дверь постучались.

Оооочень смешно, подумала Эллина.

Через несколько мгновений дверь отворилась, и вошел высокий мужчина.

И к гадалке не ходи, подумала попаданка, Ксант Кирион. Если бы не знала, что он дядя, подумала бы что он отец Раенара. Так они похожи. Только у этого глаза карие. И он не такой широкоплечий. Хотя фигура тоже спортивная.

Эллина встретилась с ним глазами. Ксант почтительно склонил голову:

— Благодати Килах, благородная сува Эллина — проговорил он глубоким невероятно красивым голосом.

Впервые за то время что девушка очнулась в этой комнате, она ощутила страх и обреченность. Ей говорили, что Ксант ментал. А если он уже сейчас начал вскрывать ее? Как это узнать? Будет ли она что-то чувствовать?

Крепко сцепив руки, Эллина смотрела мимо главы дознавания, пытаясь понять, скребется ли кто-то в ее мозгах.

Ксант некоторое время простоял в тишине. Поняв, что ответа не последует, он хотел пригласить девушку пересесть на кресло. Но глядя на ее побледневшее лицо, стиснутые руки и напряженную осанку, передумал.

Взмах рукой — и кресло появилось у дивана, напротив застывшей на ней фигурки.

Ксант опустился на кресло и закинул ногу на ногу.

— Вы выглядите испуганной — сказал он, не спуская с нее глаз.

Молчание.

— Вы простите меня за способ доставки вас сюда — глава дознавания вздохнул — Это была вынужденная мера.

Фигурка не шелохнулась. Она все так же не смотрела на него.

Ксант пробарабанил пальцами по подлокотнику.

— По донесению моего агента из Ларосы, вы представлялись кузиной Нариса и Арис Авера — Эллиной Колари. Впоследствии, правда начали ходить слухи, что это не так, и на самом деле вы попали к нам с Туманной Земли. Поскольку в свете ходят рассказы о том, что из-за моих зверств был доведен до сумасшествия ваш соплеменник, то могу предположить, что вы боитесь меня — голос звучал легко и спокойно, внушая умиротворение.

Только все было зря.

Девушка оставалась неподвижной. И напряженной.

— Эллина, поверьте, то, что тогда произошло — случайность. Мы хотели расспросить этого парня. Но даже амулет не помогал. Он плохо понимал нас, а объяснялся еще хуже. Тогда было решено прочитать его. В этот момент меня вызвали во дворец. Наш молодой сотрудник, пытаясь выслужиться, решил все проделать сам. У него было мало опыта, и когда у него ничего не получилось, он подумал, что это блок и попытался прорваться. До него не дошло, что это просто неприятие магии. Я появился слишком поздно… Но губить карьеру мальчишки я не стал и взял все на себя. Вам не нужно бояться, я не собираюсь использовать магию…

Эллина тоскливо подумала, что лапша у него какая-то пресная. И не я это был, и меня там не было, и все они бяки, а я один хороший. Хоть бы сдобрил чем-нибудь…

Некоторое время они просидели в молчании.

Потом Ксант нахмурился.

— Что ж, вижу мое красноречие потрачено зря. Вообще-то я надеялся, что наше знакомство начнется более приятно… — он снова пробарабанил по подлокотнику — Тогда буду действовать по-другому…

Ну вот, подумала Эллина, слегка задрожав, теперь другое дело. А то, как кисейная барышня. Тю-тю-тю, ля-ля-ля…

Ксант подошел к стене. Что он там делал, она не увидела, он стоял спиной.

Стена вдруг замерцала. Маг прошел сквозь стену и вернулся через некоторое время, неся медальон.

Ликар!

Опять!

Эллина наклонила голову. Со стороны могло показаться, что это покорность судьбе, на самом деле она хотела удостовериться, что до бусинки, пришитой к вороту, можно легко добраться.

Как только Лаир рассказал о Ксанте, она попросила Нариса найти для нее быстродействующий яд. К воротникам всех ее нарядов были пришиты бусинки, раскрашенные под цвет одежды. Даже к воротникам пижам. Всю свою одежду она стирала сама, аккуратно отпарывая опасное украшение, а затем также аккуратно его пришивая.

Ну вот, она спокойно может прокусить шарик, отлитый из сока Чунара, и наполненный ядом.

Только… Нарис взял с нее обещание — «… в самом безвыходном положении. Когда уже точно не будет ни одного шанса на спасение…».

Пока она еще поживет…, посмотрит, чего удумал второй человек королевства.

Ксант между тем снова опустился в кресло. Но ликар почему-то надевать не стал. А положил его на подлокотник. Провел над ним рукой…

— Вы знаете, Эллина — сказал Ксант, задержав ладонь над ликаром — Я не очень доверяю своим сотрудникам. Власть — это такой соблазн. А ликар дает власть. Тот, кто его надел имеет право судить. И приговаривать. И исполнять приговор… Поэтому, я постарался не допустить того, чтобы дознаватели использовали его в корыстных целях…

Ага, это только небожителям вроде Кирионов можно так поступать, подумала попаданка. Ее слегка подташнивало от страха.

— Мой племянник — сильный маг. Но он забывает, что я тоже сильный. Вдобавок у меня опыта побольше. Он, конечно, обходит мою защиту, но зря он думает, что я не узнаю об этом в ту же секунду…

Ксант Кирион закончив свой жест, отвел руку…

Поскольку теперь Эллина на него смотрела, то она увидела…

Из большого золотого медальона появился дымок. Он стремительно сгущался, а потом резко рассеялся…

У девушки появилось ощущение, что она смотрит телевизор…

Она видела себя и Нариса. Они сидели рядом. Она в кресле, он на стуле. В ее кабинете.

Потом она заговорила…

Говоря языком ее мира, в этот самый ликар была встроена записывающая камера. И все что она тогда рассказала, глава дознавания узнал, возможно, в тот же вечер…

Он знал все!

Какой у меня затравленный вид, рассеянно подумала она.

Нужно было решать…, умирать сейчас или еще немного подождать.

Как же страшно…

— Как вы понимаете, разыгрывать из себя жительницу Туманной передо мной не стоит — сказал Ксант, когда запись кончилась — Вы попали сюда из другого мира… — он замолчал.

Молчание…

Затем, выжатая эмоционально Эллина, не глядя на него спросила:

— Зачем вы меня сюда притащили?

Ксант молча смотрел на нее. Потом он щелчком отправил ликар на стол, уселся поудобнее и заговорил:

— Чтобы вы поняли, о чем пойдет речь, я объясню все с начала. Для начала немного географии. — Эллина чуть не ахнула, когда перед ней появилось 3-Д изображение местности, с высоты птичьего полета. Целый континент с реками, озерами, морями, горами, городами, деревнями растянулся между нею и герцогом, на всю длину дивана. — Как вы, наверное, догадались — это Алетан. — сказал рассказчик — Это Ристалар — указал где-то посередине. Эллина покачала головой. Было бы лучше, если бы были надписи. Ее амулет позволял ей читать местную письменность. Но на карте не было надписей.

— Лучше укажите границы и напишите названия — тихо попросила она.

Ксант посмотрел на нее очень внимательно. Затем кивнув каким-то своим мыслям, сделал несколько пасов. Теперь это выглядело как карта, но намного круче.

Встретившись с его взглядом, Эллина слегка кивнула, как бы говоря «да, так лучше». Герцог улыбнулся. От его улыбки сердце не обрывалось, но все же… Эти обаятельные улыбки — у них это семейное что ли?

— Это — рука показала на север, где все было засыпано снегом — Шовдан. Это — теперь показали самый край континента — Лазурный Лед. Шовдан северное царство. Живущие там люди очень воинственны и любят свою страну. Но вот незадача. С некоторых пор Лазурный Лед начал расти — видя, что девушка внимательно слушает, Ксант продолжил — Никто не знает причину этого. Знают только, что он каждый год продвигается вглубь страны на несколько десятков метров. А иногда и несколько сотен — скорее всего здесь другие меры измерения, но ее амулет перевел как метры — Это началось давно, но некоторое время назад выяснили, что есть что-то, что может затормозить продвижение Льда. Это магия. Если во время движения рядом с ним оказывались одаренные, а еще лучше маги, то Лед вытягивал из них магию и останавливался. Стоит ли говорить, что одаренные шовданцы, как истинные патриоты своей страны, стали добровольно приносить свою магию в жертву, пытаясь остановить нашествие. Даже, несмотря на то, что после такой процедуры они умирали или сходили с ума. Но вскоре одаренные закончились. В Шовдане уже сотни лет не рождаются маги. Тогда они начали захватывать их в соседних странах. Не рискуя с ними воевать, я уже говорил, что они воинственны, соседи даже сами им выдавали своих одаренных. Но это тоже продлилось недолго… Вы видите, как горы проходят по Алетану?

Она видела. Огромные Драконовы горы начинались с юго-запада на северо-восток и по косой пересекали весь континент.

То есть на юго-востоке начинались Драконовы горы и обрывались аккурат в Ристаларе. Затем шел небольшой пробел, и начинались горы Лук Вантора, они уже дугой ограждали весь запад и север и заканчивались на северо-востоке прямо у моря. В общем, ощущение, что сама природа отделила север и запад от юга и востока, оставив небольшой зазор, можно сказать — калитку.

Ксант продолжил:

— Так вот по ту сторону гор уже много лет не рождаются магически одаренные. А Лед продолжает двигаться. И вот больше каста назад шовданский посол передал нам ультиматум. Или мы ежегодно поставляем им по сто одаренных или они начинают войну, и тогда уже они будут забирать их насильно. Была у нас одна проблема, но затем их стало больше. — министр откинулся — Наш король Тамирдин Третий, несмотря на мои предостережения не женился в свое время. Ему скоро тридцать один, а он не позаботился о наследнике, все ждет, когда его огреет по голове любовь… — слова звучали ехидно — А вот наш южный сосед — карта переместилась, и теперь перед ними лежала пустыня — царь Байхана позаботился о потомстве и теперь окружен большим количеством принцев и принцесс. И вот уже байханский посол передал нам письмо, в котором царь недвусмысленно заявляет, что неплохо бы королю Тамирдину и принцессе Циари познакомиться. Поскольку ристаларский правитель до сих пор не нашел девушку достойную занять место рядом с ним, то принцесса Циари, сосредоточие всевозможных достоинств и осененная Матерью Пустыни неземной красотой, согласна соединить свой путь с дорогой Тамирдина. — после этой длинной пафосной речи, которую он скорее всего цитировал, Ксант замолчал, а потом продолжил — Не знаю Эллина, известно ли вам про дипломатические тонкости… В общем дело обстоит так, что если мы откажем без объективной причины, то объявив об оскорблении царского достоинства, нам объявят войну. Казалось бы, что плохого? Принцесса Циари вполне достойна стать королевой. Как только будет сыграна свадьба, угроза войны рассеется, король, наконец, остепенится, очень скоро у него появится наследник, а южный сосед станет союзником… Чтобы понять, почему Циари не подходит, нужно совершить экскурс в историю. На юге, как вы видите, пустыня. Байханцы когда-то были кочевниками. Но у них был свой главный город Анкерлашан, что на древнем языке означает Сердце Пустыни. Со временем город разросся и стал самым огромным городом в Алетане. Все больше и больше байханцев начало вести оседлый образ жизни. Теперь только треть из них остаются кочевниками. Но это все давняя история. Нас интересует дни не столь далекие. Все началось при отце нынешнего байханского царя. Между Ристаларом и Байханом находится, вернее — находились, три страны. Чесар, Лисиан и Горид. Лисиан был княжеством. Там возникла непонятная ситуация с престолонаследием. Тогда мы не очень следили за тем, что происходит в Лисиане, в политическом, в торговом, да и во всех других отношениях, это княжество было нам не интересно. Поэтому сказать точно, что там было, не могу. В общем страна разделилась на два лагеря. Байхан вмешался в это, приняв одну из сторон и введя войска. Скоро все претенденты на престол благополучно сгинули, а Лисианом начал править один из байханских принцев. Затем в Чесаре, в соседнем королевстве, загадочным образом исчез наследный принц. Единственный. Поиски ничего не дали. Его отец-король уже был одной ногой в могиле. Поэтому здесь предсказуемо началась смута и попытка захвата власти. Каждый считал, что именно он является наиболее законным претендентом на престол. Байхан заявив, что из-за волнений резко возросло число разбойников, нападающих на их торговцев, подвел свои войска прямо к границе. Потом случилось нечто из ряда вон выходящее. Была похищена байханская принцесса, путешествовавшая по Чесару. С этой страной у нас были тесные связи и, как вы можете догадаться, у нас были там агенты. Которые донесли, что никакого похищения не было. Это было хорошо разыгранное представление. Но это представление дало возможность, под благовидным предлогом розысков принцессы, переводить через почти не охраняемую границу все больше и больше отрядов. Все попытки наших послов примирить враждующие стороны и показать опасность, грозящую от соседей, провалились. Чесар даже не пришлось захватывать. Пока они грызлись между собой, вся их страна оказалась под байханским флагом. Горид, видя сменившиеся на границе знамена, решил подстраховаться. Их король заключил брак с байханской принцессой. Хотя мы и пытались отговорить их от такого шага. Как только новая королева родила мальчика, горидский король на охоте был ужален змеей. Самые лучшие целители, до сих пор не могут его исцелить. Они только отсрочили его смерть. Я знаю, что в вашем мире нет магии Эллина, и попытаюсь объяснить вам всю абсурдность этой ситуации. Чтобы ужалить короля, нужно было быть не простой гадюкой, а драконовой сороконожкой. На нем столько охранных заклинаний, что эта гадюка не смогла бы даже приблизиться… Но факт остается фактом. Поскольку править король не может из-за болезни, принцесса назначила регента. Нужно ли объяснять, что им оказался байханец? Три свободные страны, в течение сорока лет оказались захваченными — перед лицом Ксанта мелькнула красноватая вспышка. «Быстро, слишком быстро…» пробормотал министр. Он внимательно посмотрел на девушку — Я продолжу. Осталось не много. Как я уже говорил, нам поступило недвусмысленное предложение о заключении брака с еще одной байханской принцессой. Они знают, что у нас два выхода. Либо согласиться — и тогда повторится история с Горидом, либо отказаться — и тогда нас ждет война. У Ристалара самая лучшая армия в Алетане. Самая обученная, самая боеспособная… Только это мало что нам даст. Они просто задавят нас количеством… — герцог задумчиво смотрел в сторону, затем встряхнув головой, продолжил — Наш король не придумал ничего более умного, чем заявить байханскому послу, что он уже обручен, и что это пока держится в секрете. Тот ответил, что его повелитель будет чрезвычайно рад первым поздравить будущую королеву… Говоря нормальным языком, они потребовали доказательств. Тогда наш король вместе с выжившим из ума королевским магом отправились вот сюда — карта снова переместилась, и теперь перед ними были страны, лежащие за горами — Эти двое возомнили, что тут они смогут найти подходящую принцессу. Правда, все правители этих государств, иногда вежливо, а иногда не очень, отказали в решении наших матримониальных проблем… Оказалось, что их разведка ест свой хлеб недаром. Они все были в курсе, что Шовдан предъявил ультиматум. Сориться со своим ближайшим и очень серьезным соседом никто не захотел. Вот и возвращается теперь Тамирдин без невесты, которую можно было бы предъявить…

Опять вспышка света…

Ксант прикрыл глаза…

А Эллина все это время просидевшая неподвижно, уже была близка к тому чтобы свалиться.

Внутри смешались чувства — страх, обреченность, ужас…

«Получается, не только промышленная и культурная революция, а еще и спасение мира…» — с горечью думала она. «Неужели я в коме…?».

Перед ней медленно начала проявляться картина — вот она лежит на койке, опутанная проводами, подключенная к разным аппаратам…

Затем эта картина сменилась другой — в глубокой яме лежит девушка, наполовину объеденная насекомыми и червями…

Эллину затрясло от отвращения. Впервые за то время, что она попала сюда, она готова была молиться, чтобы это действительно оказался другой мир.

Картина с объеденным телом была ужасна. Не лучше и другая… Ей ли не знать, какое отношение будет в обшарпанной больнице к бессознательному телу, у которого нет родственников…

Два карих взгляда встретились…

— Помогите нам Эллина — попросил Ксант.

Ну что же, так и должно быть. Она героическая попаданка али кто?

Эллина прокашлявшись, прочистила горло, и начала:

— Хочу сразу предупредить, у меня нет магии, так что отправлять меня в Шовдан вместо одаренных не имеет смысла.

Бровь министра изогнулась.

— Поверьте сува Эллина, даже не думал о таком.

— Если вы полагаете, что я смогу возглавить вашу армию и разгромить Байхан, должна вас разочаровать.

Бровь взлетела вверх.

— Я так…не полагал — изумленно ответил Ксант.

— И если вы полагаете, что я выйду замуж за вашего короля, то тут я тоже ничем не могу вам помочь — твердо закончила Эллина.

Теперь уже подпрыгнули обе брови.

Да, подумала попаданка, у меня так не получается. Несмотря на все тренировки, вскидывать бровь я так и не научилась…





51 глава




Герцог Кирион появился в кабинете из портала.

Взгляд сразу зацепился за сережку.

Волна бешенства начала подниматься, грозясь захлестнуть и разум и чувства…, когда он представил, что хрупкую девушку, где-то насильно удерживают…

Огромным усилием воли он заставил себя успокоиться.

Вначале нужно разобраться.

Перейдя на другое зрение, он стал рассматривать остаточные магические колебания…

Злая усмешка скользнула по губам.

Тут пытались затереть следы!

Если бы он не достиг таких высот в порталостроении, возможно им бы это и удалось. А поскольку это не так…

Отследив точку адреса, герцог открыл портал…





* * *


Некоторое время глава дознавания смотрел на нее молча…, а затем расхохотался.

Смеялся он долго и со вкусом.

Красивый смех, с завистью подумала девушка…

— Простите Эллина — покаялся он, немного успокоившись. — Я в последний раз смеялся… Я уже и не помню, когда я так от души смеялся — сообщил герцог — Спасибо.

Встретившись с ее недоверчивым взглядом, он пояснил:

— Вы очень необычная девушка… У меня даже в мыслях не было, что вы поймете все так…превратно.

— А как я, по-вашему, должна была понять? — изумилась Эллина — Выкрали меня из дома, рассказываете, что должны послать в…этот…в Шовдан одаренных. Потом рассказываете про кочевников, с которыми должны воевать. А потом объявляете, что королю нужна невеста. Естественно я подумала, что меня как-то собираются использовать…

— Простите еще раз за способ доставки — извинился Ксант — Повторяю, это была вынужденная мера. А насчет использования… Я просто хотел, чтобы вы взглянули на эту ситуацию…

— Вы тоже меня простите, но вы ошиблись — твердо сказала Эллина — Я простая девушка. Я ничего…, ничего не знаю о войне. Я не имею никакого понятия об интригах…

— Но ведь это вы предложили оградить источник — перебил ее герцог-граф.

— Эээ…я? — Эллина не смогла скрыть смущение.

Но ведь предполагалось, что Ксант не будет знать об этом?!

— Да бросьте — протянул тот — Неужели вы думаете, что я не понял, кто за всем этим стоит? Раенару столько лет приходилось выступать против зверо-волков, и все это время его воины прос